Неточные совпадения
Предлагали они ему: «
Дай нам по десяти тысяч — всё по чистой совести покажем!»
Скажем: «Подписались по неосмотрительности — и дело с концом».
Ну,
дал бы, а потом еще бабушка надвое
сказала, какова бы по векселям-то получка была!
— По правде
сказать, невелико вам нынче веселье, дворянам. Очень уж оплошали вы. Начнем хоть с тебя: шутка
сказать, двадцать лет в своем родном гнезде не бывал!"Где был? зачем странствовал?" — спросил бы я тебя — так сам, чай, ответа не
дашь! Служил семь лет, а выслужил семь реп!
— И дело. Вперед наука. Вот десять копеек на пуд убытку понес да задаром тридцать верст проехал. Следственно, в предбудущем, что ему ни
дай — возьмет. Однако это, брат, в наших местах новость!
Скажи пожалуй, стачку затеяли! Да за стачки-то нынче, знаешь ли, как! Что ж ты исправнику не шепнул!
— Заладил одно! Ты бы лучше
сказал, подходящую ли цену
дает Дерунов?
— Я тебе вот как
скажу: будь я теперича при капитале — не глядя бы, семь тысяч за него
дал! Потому что, сейчас бы я первым делом этот самый лес рассертировал. Начать хоть со строевого… видел, какие по дороге деревья-то стоят… ужастёенные!
— А Бородавкин ежели не поедет — Хмелева Павла Фомича за бока приволокем! И насчет его опять есть фортель: амбицию большую имеет!
Скажи ему только:"Дерунов, мол, Осип Иваныч, пять тысяч
давал", — сейчас он, не глядя шесть тысяч отвалит!
— Нехороши наши места стали, неприглядны, — говорит мой спутник, старинный житель этой местности, знающий ее как свои пять пальцев, — покуда леса были целы — жить было можно, а теперь словно последние времена пришли. Скоро ни гриба, ни ягоды, ни птицы — ничего не будет. Пошли сиверки, холода, бездождица: земля трескается, а пару не
дает. Шутка
сказать: май в половине, а из полушубков не выходим!
— Зачем врать! Намеднись везу я ее в этом самом тарантасе… Только везу я, и пришла мне в голову блажь.
Дай, думаю, попробую:"А знаешь ли, говорю, Меропа Петровна, что я вам
скажу?" — «Сказывай», говорит. — "
Скажу я тебе, говорю, что хоша я и мужик, а в ином разе против двух генералов выстою!"
Во внимание к тому, что противная сторона предупредительно избавила меня от грустной обязанности ходатайствовать пред судом, я
дал ей полезный совет."Берегитесь! —
сказал я наследнику должника, — перед вами еще целых десять лет, в продолжение которых вас могут тревожить подобными документами!"
— Если он ему обещал… положим, десять или пятнадцать тысяч… ну, каким же образом он этакому человеку веры не
даст? Вот так история!! Ну, а
скажите, вы после этого видели эскулапа-то?
Этою критикою я, так
сказать, напоминаю о себе; я не
даю забыть, что существует и другая система, которая состоит не столько в очищении воздуха, сколько в умеренном пользовании его благорастворениями.
Азбука говорит, например, очень ясно, что все дети имеют равное право на заботы и попечения со стороны родителей, но если бы я или ты
дали одному сыну рубль, а другому грош, то разве кто-нибудь позволил бы себе
сказать, что подобное действие есть прямое отрицание семейственного союза?
Следовательно, самая лучшая внутренняя политика относительно печенегов — это раз навсегда
сказать себе: чем меньше им
давать, тем больше они будут упорствовать в удовольствии.
Нельзя
сказать, чтобы Марья Петровна не «утешалась» им: когда он в первый раз приехал к ней показаться в генеральском чине, она даже потрепала его по щеке и
сказала: «ах, ты мо-ой!», но денег не
дала и ограничилась ласковым внушением, что люди для того и живут на свете, чтобы друг другу тяготы носить.
— Маменька, мне надо будет мундир новый сшить! —
сказал Сенечка, думая деликатным образом
дать понять об истинной цели своего посещения.
Митенька сидит и хмурит брови. Он спрашивает себя: куда он попал? Он без ужаса не может себе представить, что
сказала бы княгиня, если б видела всю эту обстановку? и
дает себе слово уехать из родительского дома, как только будут соблюдены необходимые приличия. Марья Петровна видит это дурное расположение Митеньки и принимает меры к прекращению неприятного разговора.
Я вперед предвижу, что будет. Сначала меня будут называть «сынком» и на этом основании позволят мне целовать ручки. Потом мне
дадут, в награду за какую-нибудь детскую услугу, поцеловать плечико, и когда заметят, что это производит на меня эффект, то
скажут:"Какие, однако ж, у тебя смешные глаза!"Потом тррах! — et tout sera dit! [и делу конец (франц.)]
P. S. Лиходеева опять залучила Федьку,
дала ему полтинник и
сказала, что на днях исправник уезжает в уезд"выбивать недоимки". Кроме того, спросила: есть ли у меня шуба?.. уж не хочет ли она подарить мне шубу своего покойного мужа… cette naivete! [что за простодушие! (франц.)] Каждый день она проводит час или полтора на балконе, и я без церемоний осматриваю ее в бинокль. Положительно она недурна, а сложена даже великолепно!"
— Как тебе
сказать, мой друг! Я бы на твоем месте продала. Конечно, кабы здесь жить… хорошенькие в твоем именье местечки есть… Вот хоть бы Филипцево… хорош, очень хорош лесок!.. Признаться
сказать, и я иногда подумывала твое Чемезово купить — все-таки ты мне родной! — ну, а пяти тысяч не
дала бы! Пять тысяч — большие деньги! Ах, какие это большие деньги, мой друг! Вот кабы"Кусточки"…
— Вот видите: и сейчас оне это слово «так»
сказали, — хихикнул он, словно у него брюшко пощекотали, — что же-с! в
даме это даже очень приятно, потому
дама редко когда в определенном круге мыслей находится.
Дама — женщина-с, и им это простительно, и даже в них это нравится-с.
Даме мужчина защиту и вспомоществование оказывать должен, а
дама с своей стороны… хоть бы по части общества: гостей занять, удовольствие доставить, потанцевать, спеть, время приятно провести — вот ихнее дело.
— Ну-с, а теперь пора тебе, Машенька, и покой
дать! —
сказал я, вставая и отыскивая шапку. Машенька как бы встревожилась.
— Да я с того и начал, что
сказал: вот она, подоплека-то! вот как она
дала себя почувствовать!
— Ну, насчет уверенности — это еще бабушка надвое
сказала. Начальство — оно тоже с умом: иногда нарочно новадку
дает, чтоб ты в уверенности был, а само между тем примечает!
Неточные совпадения
Сначала все к нему езжали; // Но так как с заднего крыльца // Обыкновенно подавали // Ему донского жеребца, // Лишь только вдоль большой дороги // Заслышат их домашни дроги, — // Поступком оскорбясь таким, // Все дружбу прекратили с ним. // «Сосед наш неуч; сумасбродит; // Он фармазон; он пьет одно // Стаканом красное вино; // Он
дамам к ручке не подходит; // Всё да да нет; не
скажет да-с // Иль нет-с». Таков был общий глас.
— Покупайте, Павел Иванович, —
сказал он. — За именье можно всегда
дать эту <цену>. Если вы не
дадите за него тридцать тысяч, мы с братом складываемся и покупаем.
— Константин, пора
дать Павлу Ивановичу отдохнуть и поспать, —
сказала хозяйка, — а ты все болтаешь.
— Ах, что вы это говорите, Софья Ивановна! —
сказала дама приятная во всех отношениях и всплеснула руками.
«Нет, этого мы приятелю и понюхать не
дадим», —
сказал про себя Чичиков и потом объяснил, что такого приятеля никак не найдется, что одни издержки по этому делу будут стоить более, ибо от судов нужно отрезать полы собственного кафтана да уходить подалее; но что если он уже действительно так стиснут, то, будучи подвигнут участием, он готов
дать… но что это такая безделица, о которой даже не стоит и говорить.