Неточные совпадения
— Известно что: двои сутки
пил! Что хошь, то и делайте. Нет моей силушки: ни ложки, ни плошки в доме не стало: все перебил; сама еле жива ушла;
третью ночь с детками в бане ночую.
Третий учитель
был преподаватель словесности Румянцев.
Экономка тупилась, модничала и, по-видимому, отложила свое обыкновение вставать из-за стола. За горячим действительно следовала стерлядь, которой Калинович оказал достодолжное внимание. Соус из рябчиков с приготовленною к нему подливкою он тоже похвалил; но более всего ему понравилась наливка, которой,
выпив две рюмки, попросил еще
третью, говоря, что это гораздо лучше всяких ликеров.
— Поклянись мне, Жак, — начала она, глотая слезы, — поклянись над гробом матушки, что ты
будешь любить меня вечно, что я
буду твоей женой, другом. Иначе мать меня не простит… Я
третью ночь вижу ее во сне: она мучится за меня!
Неуклонно с тех пор начал он в уплату долга отдавать из своего жалованья две
трети, поселившись для того в крестьянской почти избушонке и ограничив свою пищу хлебом, картофелем и кислой капустой. Даже в гостях, когда предлагали ему чаю или трубку, он отвечал басом: «Нет-с; у меня дома этого нет, так зачем уж баловаться?» Из собственной убитой дичи зверолов тоже никогда ничего не
ел, но, стараясь продать как можно подороже, копил только деньгу для кредитора.
— Что ж? — отвечал как-то нехотя Белавин. — Дело заключалось в злоупотреблении буржуазии, которая хотела захватить себе все политические права, со всевозможными матерьяльными благосостояниями, и работники сорок восьмого года показали им, что этого нельзя; но так как собственно для земледельческого класса народа все-таки нужна
была не анархия, а порядок, который обеспечивал бы труд его, он взялся за Наполеона
Третьего, и если тот поймет, чего от него требуют, он прочней, чем кто-либо!
— Я доставляю, — продолжал тот, — проходит месяц… другой,
третий… Я, конечно, беспокоюсь о судьбе моего произведения… езжу, спрашиваю… Мне сначала ничего не отвечали, потом стали сухо принимать, так что я вынужден
был написать письмо, в котором просил решительного ответа. Мне на это отвечают, что «Ермак» мой может
быть напечатан, но только с значительными сокращениями и пропусками.
И так мне вот досадно на Якова Васильича:
третьего дня, вообразите, приходил к нему какой-то молодой человек, Иволгин, который, как сам он говорит, страстно любит театр и непременно хочет
быть актером; но Яков Васильич именно за это не хочет
быть с ним знаком!
— Еще бы! — подхватила баронесса. — Ах! A propos [кстати (франц.).] о моем браслете, чтоб не забыть, — продолжала она, обращаясь к Полине. — Вчера или
третьего дня
была я в городе и заезжала к monsieur, Лобри. Он говорит, что берется все твои брильянты рассортировать и переделать; и, пожалуйста, никому не отдавай: этот человек гений в своем деле.
Теперь вот рекрутское присутствие открыло уже свои действия, и не угодно ли
будет полюбопытствовать: целые вороха вот тут, на столе, вы увидите просьб от казенных мужиков на разного рода злоупотребления ихнего начальства, и в то же время ничего невозможно сделать, а самому себе повредить можно; теперь вот с неделю, как приехал флигель-адъютант, непосредственный всего этого наблюдатель, и, как я уже слышал,
третий день совершенно поселился в доме господина управляющего и изволит там с его супругой, что ли, заниматься музыкой.
Третий — и тоже очень хороший дом —
был у предводителя, добивавшегося Анны на шею.
— Он
третий раз уж в остроге сидит, два раза сквозь строй
был прогнан; человек ломаный, не наболтает на себя лишнего!
— Мне надобно, ваше сиятельство, не больше других. Вон тоже отсюда не то, что по уголовным делам, а по гражданским искам чиновники езжали в Петербург, так у всех почти, как калач купить,
была одна цена: полторы тысячи в год на содержание да потом
треть или половину с самого иска, а мне в вашем деле, при благополучном его окончании, если назначите сверх жалованья десять тысяч серебром, так я и доволен
буду.
Третий пункт превышал всякое ожидание, всякую меру терпенья — и это
был официальный прием, который сделал новый губернатор чиновникам.
В начале 1861 года (цензурное разрешение 5 декабря 1860 года) в 3-м томе «Сочинений А.Ф.Писемского», изданных Ф.Стелловским, роман
был напечатан в
третий раз.
Одна треть государственных людей, стариков, были приятелями его отца и знали его в рубашечке; другая
треть были с ним на «ты», а третья — были хорошие знакомые; следовательно, раздаватели земных благ в виде мест, аренд, концессий и тому подобного были все ему приятели и не могли обойти своего; и Облонскому не нужно было особенно стараться, чтобы получить выгодное место; нужно было только не отказываться, не завидовать, не ссориться, не обижаться, чего он, по свойственной ему доброте, никогда и не делал.
Наконец мы, более или менее, видели четыре нации, составляющие почти весь крайний восток. С одними имели ежедневные и важные сношения, с другими познакомились поверхностно, у
третьих были в гостях, на четвертых мимоходом взглянули. Все четыре народа принадлежат к одному семейству если не по происхождению, как уверяют некоторые, производя, например, японцев от курильцев, то по воспитанию, этому второму рождению, по культуре, потом по нравам, обычаям, отчасти языку, вере, одежде и т. д.
Неточные совпадения
У всякого
есть свой задор: у одного задор обратился на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие места в ней;
третий мастер лихо пообедать; четвертый сыграть роль хоть одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый, с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться на гулянье с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым и даже незнакомым; шестой уже одарен такою рукою, которая чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке, тогда как рука седьмого так и лезет произвести где-нибудь порядок, подобраться поближе к личности станционного смотрителя или ямщиков, — словом, у всякого
есть свое, но у Манилова ничего не
было.
— Я готов, — сказал Чичиков. — От вас зависит только назначить время.
Был бы грех с моей стороны, если бы для эдакого приятного общества да не раскупорить другую-третью бутылочку шипучего.
— Я уж знала это: там все хорошая работа.
Третьего года сестра моя привезла оттуда теплые сапожки для детей: такой прочный товар, до сих пор носится. Ахти, сколько у тебя тут гербовой бумаги! — продолжала она, заглянувши к нему в шкатулку. И в самом деле, гербовой бумаги
было там немало. — Хоть бы мне листок подарил! а у меня такой недостаток; случится в суд просьбу подать, а и не на чем.
— Ох, не припоминай его, бог с ним! — вскрикнула она, вся побледнев. — Еще
третьего дня всю ночь мне снился окаянный. Вздумала
было на ночь загадать на картах после молитвы, да, видно, в наказание-то Бог и наслал его. Такой гадкий привиделся; а рога-то длиннее бычачьих.
Дамы тут же обступили его блистающею гирляндою и нанесли с собой целые облака всякого рода благоуханий: одна дышала розами, от другой несло весной и фиалками,
третья вся насквозь
была продушена резедой;