Неточные совпадения
— Может быть-с, но дело не
в людях, — возразил он, — а
в том, что
силу дает
этим господам, и какую еще
силу: совесть людей становится
в руках Таганки и Якиманки; разные ваши либералы и демагоги, шапки обыкновенно не хотевшие поднять ни перед каким абсолютизмом, с наслаждением, говорят, с восторгом приемлют разные субсидии и службишки от Таганки!
— Не знаю-с, есть ли
в ней цивилизующая
сила; но знаю, что мне ваша торговля сделалась противна до омерзения. Все стало продажное: любовь, дружба, честь, слава! И вот что меня, по преимуществу, привязывает к
этой госпоже, — говорил Бегушев, указывая снова на портрет Домны Осиповны, — что она обеспеченная женщина, и поэтому ни я у ней и ни она у меня не находимся на содержании.
Оставшись одна, она, для успокоения нерв, несколько времени ходила по комнате; а потом, снова подправив себе лицо, позвала опять парикмахера и с ним, наконец, общими
силами устроила себе прическу, которая вышла как-то вся на сторону; но это-то больше всего и нравилось Домне Осиповне: она видела
в этом выражение какого-то удальства — качество, которое
в последнее время стало нравиться некоторым дамам.
После ужина гостья и хозяин снова перешли
в кабинет, и, по поводу коснувшегося разговора о Хмурине и Янсутском, Бегушев стал толковать Домне Осиповне, что
эти дрянные люди суть продукт капитала, самой пагубной
силы настоящего времени; что существовавшее некогда рыцарство по своему деспотизму ничто
в сравнении с капиталом.
Домна Осиповна по наружности слушала Бегушева весьма внимательно; но
в душе скучала и недоумевала: «Бог знает, что такое он
это говорит: деньги — зло, пагубная
сила!» — думала она про себя и при
этом была страшно утомлена, так что чрезвычайно обрадовалась, когда, наконец, часу
в четвертом утра экипаж Бегушева повез ее на Таганку.
Оставшись одна, Домна Осиповна впала
в мучительное раздумье, хоть
в сущности она уже окончательно решила
в мыслях своих сойтись с мужем, потому что лишиться пятисот тысяч было выше всяких нравственных
сил ее и почти равнялось бы самоубийству; но весь вопрос для нее состоял
в том, как ей поступить
в этом случае с Бегушевым?
Домна Осиповна закрыла себе сначала глаза рукой, провела потом
этой рукой по лицу и, с свойственной ей
силой характера овладев, наконец, собою, возвратилась
в кабинет.
Откуда проистекало все
это — определить трудно; может быть,
в силу того, что сухие и завядшие растения любят влагу и только
в ней оживают.
Будь на месте генерала другой человек, он давно бы убежал от Татьяны Васильевны на край света, утопился бы, удавился; но он,
в силу своего превосходного пищеварения, как будто бы не видел ее безобразия, не чувствовал ее злого характера, и только одно его очень уедало:
это ее философствование.
Аделаида Ивановна с наслаждением отсыпала им все, сколько у нее было, и
в прежнее время некоторые из
этих знакомых возвращали ей вполне всю сумму, а другие аккуратно платили проценты, причем Аделаида Ивановна отнекивалась, зажимала себе уши, и ее почти
силою надо было заставить взять деньги.
В искренность всех
этих увлечений Долгова Бегушев верил, но
в силу — нет: очень их было много и чрезвычайно они были разнообразны!
Вышел священник и, склонив голову немного вниз, начал возглашать: «Господи, владыко живота моего!» Бегушев очень любил
эту молитву, как одно из глубочайших лирических движений души человеческой, и сверх того высоко ценил ее по
силе слова,
в котором вылилось
это движение; но когда он наклонился вместе с другими
в землю, то подняться затруднился, и уж Маремьяша подбежала и помогла ему; красен он при
этом сделался как рак и, не решившись повторять более поклона, опять сел на стул.
В этих стремлениях преследовать злых и помогать именно несчастным людям
в Бегушеве отражалось чисто прирожденное ему рыцарство характера: он еще
в школе всегда заступался за слабых и смирненьких товарищей и тузил немилосердно, благодаря своей
силе и мощности, нахалов, буянов и подлецов; затрещины, которые он им задавал, носили даже особое название: «бегушевская затрещина».
Тот,
в свою очередь, обезумел от гнева: с замечательною для семидесятилетнего почти старика
силою он выхватил у близстоящего маркера тяжеловесный кий, ударил им Янсутского по голове, сшиб его
этим ударом с ног, затем стал пихать его ногами, плевать ему
в лицо.
— Об
этом напечатано было
в газетах… Я сама читала!.. Янсутский назван по имени, а о господине, который бил его, сказано только, что он очень храбрый и
силы необыкновенной!
— Домна Осиповна, — начала она докладывать Бегушеву, — не знаю, правда ли
это или нет, — изволили
в рассудке тронуться; все рвут, мечут с себя… супруг их, доктор, сказывала прислуга, бился-бился с нею и созвал докторов, губернатора, полицеймейстеров, и ее почесть что
силой увезли
в сумасшедший дом.
Неточные совпадения
Он так привык теряться
в этом, // Что чуть с ума не своротил // Или не сделался поэтом. // Признаться: то-то б одолжил! // А точно:
силой магнетизма // Стихов российских механизма // Едва
в то время не постиг // Мой бестолковый ученик. // Как походил он на поэта, // Когда
в углу сидел один, // И перед ним пылал камин, // И он мурлыкал: Benedetta // Иль Idol mio и ронял //
В огонь то туфлю, то журнал.
И дождалась… Открылись очи; // Она сказала:
это он! // Увы! теперь и дни, и ночи, // И жаркий одинокий сон, // Всё полно им; всё деве милой // Без умолку волшебной
силой // Твердит о нем. Докучны ей // И звуки ласковых речей, // И взор заботливой прислуги. //
В уныние погружена, // Гостей не слушает она // И проклинает их досуги, // Их неожиданный приезд // И продолжительный присест.
— Ну нет,
в силах! У тетушки натура крепковата.
Это старушка — кремень, Платон Михайлыч! Да к тому ж есть и без меня угодники, которые около нее увиваются. Там есть один, который метит
в губернаторы, приплелся ей
в родню… бог с ним! может быть, и успеет! Бог с ними со всеми! Я подъезжать и прежде не умел, а теперь и подавно: спина уж не гнется.
Странное дело! оттого ли, что честолюбие уже так сильно было
в них возбуждено; оттого ли, что
в самых глазах необыкновенного наставника было что-то говорящее юноше: вперед! —
это слово, производящее такие чудеса над русским человеком, — то ли, другое ли, но юноша с самого начала искал только трудностей, алча действовать только там, где трудно, где нужно было показать бóльшую
силу души.
Остановился пораженный божьим чудом созерцатель: не молния ли
это, сброшенная с неба? что значит
это наводящее ужас движение? и что за неведомая
сила заключена
в сих неведомых светом конях?