— Что ж из того, что не делалось! — возразил ему, в свою очередь, губернатор и обратился потом к управляющему. — Завтрашний день я сам
приеду в дом Петра Григорьича, распечатаю деньги и бумаги и лично вместе с вами отправлю их Катерине Петровне!
Неточные совпадения
— По какому же праву ты
приедешь в незнакомый тебе
дом? — сделала первый вопрос gnadige Frau.
— Какое приличное место для дворянина! — имела только силы произнести Катрин и, захлопнув дверь
в овине, поскакала
в Синьково, куда
приехав, прошла во флигель к управляющему, которого застала
дома.
— Говорить тут, сударыня, особенно нечего, — продолжал Савелий. — Я, слышучи, что Аксинья сбежала из
дома и
приехала в Петербург, первоначально пошел к генералу Сквозникову…
На другой день
в одиннадцать часов Артасьев, конечно,
приехал к губернскому предводителю, жившему
в огромном
доме Петра Григорьича, за который он хоть и должен был платить тысячу рублей
в год, но еще
в продолжение двух лет ни копейки не внес
в уплату сей суммы, и здесь я считаю нужным довести до сведения читателя, что сей преемник Крапчика являл совершенную противоположность своему предшественнику.
Всех этих подробностей косая дама почти не слушала, и
в ее воображении носился образ Валерьяна, и особенно ей
в настоящие минуты живо представлялось, как она, дошедшая до физиологического отвращения к своему постоянно пьяному мужу, обманув его всевозможными способами, ускакала
в Москву к Ченцову, бывшему тогда еще студентом,
приехала к нему
в номер и поселилась с ним
в самом верхнем этаже тогдашнего
дома Глазунова, где целые вечера, опершись грудью на горячую руку Валерьяна, она глядела
в окна, причем он, взглядывая по временам то на нее, то на небо, произносил...
— Выхлопочу! — отвечал Углаков и, не заезжая к отцу, отправился
в дом генерал-губернатора, куда
приехав, он
в приемной для просителей комнате объяснил на французском языке дежурному адъютанту причину своего прибытия.
У нас не заговор какой-нибудь!» — «Совершенно, говорю, согласен, сударыня; но я
приехал сюда только осведомиться, так как нас известили, что
в здешнем
доме открылся некогда существовавший Евин клуб».
— Не знаю, но говорят, что лечит, — повторила та; ей, конечно, хотелось бы разузнать еще многое от пани Вибель, но она не решалась, видя, что Марья Станиславовна была очень расстроена, особенно после того, как откупщица сказала ей, что Аггея Никитича лечит аптекарь, а потому она, нежнейшим образом распростившись с пани Вибель, умоляла ее не скучать и
приезжать к ней
в дом для развлечения,
в какое только угодно время, а главное, быть откровенной с ней и не скрывать ничего.
Приехав на Гороховое поле, он очень скоро отыскал бывший
дом госпожи Зудченко и
в нем обрел нужную ему даму
в особе Миропы Дмитриевны.
— Выходит, да не больно… В наше время жених-то
приехал в дом, поглядел невесту издальки, а потом тебе и свадьба. А нынче: тянут-тянут, ходят-ходят, говорят-говорят по-умному-то, а глядишь — дело и рассохлось, да и время напрасно пропало.
Рано утром городничий со стряпчим
приехали в дом Смолокурова. Марко Данилыч уж на столе лежал, покрытый простынею. С Дуней беспрестанно делались нервные припадки, однако лекарь сказал, что большой опасности для нее нет, но необходимо, чтоб она, сколько возможно, оставалась в покое. Дарья Сергевна, Аграфена Петровна, глухая Степановна, разбитная Матрена и прочая женская прислуга были безотлучно при Дуне. Городничего со стряпчим встретил Патап Максимыч.
Неточные совпадения
В сей утомительной прогулке // Проходит час-другой, и вот // У Харитонья
в переулке // Возок пред
домом у ворот // Остановился. К старой тетке, // Четвертый год больной
в чахотке, // Они
приехали теперь. // Им настежь отворяет дверь, //
В очках,
в изорванном кафтане, // С чулком
в руке, седой калмык. // Встречает их
в гостиной крик // Княжны, простертой на диване. // Старушки с плачем обнялись, // И восклицанья полились.
В красавиц он уж не влюблялся, // А волочился как-нибудь; // Откажут — мигом утешался; // Изменят — рад был отдохнуть. // Он их искал без упоенья, // А оставлял без сожаленья, // Чуть помня их любовь и злость. // Так точно равнодушный гость // На вист вечерний
приезжает, // Садится; кончилась игра: // Он уезжает со двора, // Спокойно
дома засыпает // И сам не знает поутру, // Куда поедет ввечеру.
Кипя враждой нетерпеливой, // Ответа
дома ждет поэт; // И вот сосед велеречивый // Привез торжественно ответ. // Теперь ревнивцу то-то праздник! // Он всё боялся, чтоб проказник // Не отшутился как-нибудь, // Уловку выдумав и грудь // Отворотив от пистолета. // Теперь сомненья решены: // Они на мельницу должны //
Приехать завтра до рассвета, // Взвести друг на друга курок // И метить
в ляжку иль
в висок.
С каждым годом притворялись окна
в его
доме, наконец остались только два, из которых одно, как уже видел читатель, было заклеено бумагою; с каждым годом уходили из вида более и более главные части хозяйства, и мелкий взгляд его обращался к бумажкам и перышкам, которые он собирал
в своей комнате; неуступчивее становился он к покупщикам, которые
приезжали забирать у него хозяйственные произведения; покупщики торговались, торговались и наконец бросили его вовсе, сказавши, что это бес, а не человек; сено и хлеб гнили, клади и стоги обращались
в чистый навоз, хоть разводи на них капусту, мука
в подвалах превратилась
в камень, и нужно было ее рубить, к сукнам, холстам и домашним материям страшно было притронуться: они обращались
в пыль.
Словом, ни одного часа не приходилось ему оставаться
дома, и
в гостиницу
приезжал он с тем только, чтобы заснуть.