Неточные совпадения
Шамра бежит в одну сторону с судами, «святой воздух» дополнá выдувает «апостольскую скатерть», и довольные попутным ветром бурлаки, разметавшись по палубе
на солнышке, весело распевают про старые казацкие времена, про поволжскую вольную вольницу.
— Разумеется, чужой, — немножко смутившись, ответил Зиновий Алексеич. — Причитается племянником, сродником зовется, да какая ж в самом-то деле родня? Седьмая водина
на квасине,
на одном
солнышке онучки сушили.
— Гораздо бежим, — молвил рассказчик. —
Солнышко не закатится, будем
на месте. — И, маленько помолчав, снова повел рассказ про старинных волжских разбойников.
— Надейся, тезка, надейся. Молод еще, Бог даст и до денег доживешь. Дождешься времени, и к тебе
на двор
солнышко взойдет, — сказал Василий Петрович.
— Значит, сироту красть? Погони не чаешь… Дело!.. Можем и в том постараться… Останетесь много довольны… Кони — угар. Стрижена девка косы не поспеет заплесть, как мы с тобой
на край света угоним… Закладывать, что ли, а может, перекусить чего не в угоду ли? Молочка похлебать с ситненьким не в охотку ли?.. Яичницу глазунью не велеть ли бабам состряпать?
Солнышко вон уж куда поднялось — мы-то давно уж позавтракали.
День выдался красный, в небе ни облачка; ветер не шелохнет, пряди паутины недвижно висят в чистом, прозрачном воздухе, клонящееся к осени
солнышко приветно пригревает высыпавшие
на улицы толпы горожан.
— Да с чего ты так к сердцу принимаешь? — говорил жене Зиновий Алексеич. — Жили без него и вперед будем жить, не тужить, никому не служить. Не бечи́ ж за ним, не знай зачем. Был, провалил; ну и кончено дело.
На всех, мать моя, не угодишь,
на всех и
солнышко не усветит… По-моему, нечего и поминать про него.
Высоко еще
солнышко на небе стояло, когда с грузным возом воротился Семен Ермолаич.
«Не нажить прошлых дней, — они жалобились, — не светить
на нас
солнышку по-старому».
Что по гридне князь,
Что по светлой князь,
Наше красное
солнышко похаживает,
Что соколий глаз,
Молодецкий глаз,
На малых пташек —
на девиц — он посматривает.
— «Ты еси Бог творяй чудеса!» — допел дьякон прокимен и, лениво привстав
на лавке, молвил: — Ну, Христос воскрес!.. Эку жару Бог послал, яйца
на солнышке в песке пеку. Вечор вкрутую испек
на завалинке. Что хорошенького?
— Лошадку-то я поставил к тебе
на конюшню, Степапушка. Переночую у тебя, а только что поднимется
солнышко, поеду в монастырь.
На пристань из работной избы пошел Марко Данилыч, а там лесники, развалясь
на плотах, спят себе, пригретые
солнышком.
Заморгал глазами, ровно взглянул
на солнышко, Фадеев. Вытянув шею длинней прежнего, робко и тихо ответил он...
—
На здоровье свет государю боярину ласковому! — заголосили и мужчины, и женщины. — Сияй, государь, барской лаской-милостью, как
на высоком небе сияет красное
солнышко. Свети добротой-щедрото́й, светлая наша боярыня, как ясен месяц светит во темну́ю ночь. Цвети, ненаглядная наша боярышня, расцветай, ровно звездочка яркая. Белей, ровно белый снег, румяней, как заря-зорюшка, нам
на радость, себе
на пригожесть.
Неточные совпадения
Но наше северное лето, // Карикатура южных зим, // Мелькнет и нет: известно это, // Хоть мы признаться не хотим. // Уж небо осенью дышало, // Уж реже
солнышко блистало, // Короче становился день, // Лесов таинственная сень // С печальным шумом обнажалась, // Ложился
на поля туман, // Гусей крикливых караван // Тянулся к югу: приближалась // Довольно скучная пора; // Стоял ноябрь уж у двора.
— Лежать бы теперь
на траве, под деревом, да глядеть сквозь ветки
на солнышко и считать, сколько птичек перебывает
на ветках.
После чая все займутся чем-нибудь: кто пойдет к речке и тихо бродит по берегу, толкая ногой камешки в воду; другой сядет к окну и ловит глазами каждое мимолетное явление: пробежит ли кошка по двору, пролетит ли галка, наблюдатель и ту и другую преследует взглядом и кончиком своего носа, поворачивая голову то направо, то налево. Так иногда собаки любят сидеть по целым дням
на окне, подставляя голову под
солнышко и тщательно оглядывая всякого прохожего.
— Няня! Не видишь, что ребенок выбежал
на солнышко! Уведи его в холодок; напечет ему головку — будет болеть, тошно сделается, кушать не станет. Он этак у тебя в овраг уйдет!
Стану я руки убийством марать, // Нет, не тебе умирать!» // Яков
на сосну высокую прянул, // Вожжи в вершине ее укрепил, // Перекрестился,
на солнышко глянул, // Голову в петлю — и ноги спустил!..