Неточные совпадения
—
Как? — удивился и с
досадой промолвил Марко Данилыч. — А дом-от
как же?.. Хозяйство-то?.. Дом-от тогда на кого я покину?
— Ну,
как знаете, — с небольшой
досадой молвил Смолокуров и, встав со стула, к окну подошел.
—
Какое хорош! — с
досадой сказал Марко Данилыч. —
Как есть шалыган, повеса… С еретиками съякшался, с колонистами!..
—
Как же ты этого не знаешь!..
Какой же ты после этого извозчик! — с
досадой крикнул Смолокуров.
— Хвоста судачьего не продавывал, — с
досадой ответил Марко Данилыч. — Всего пятый день караван на место поставили.
Какой тут торг?.. Запоздал — поздно пришел, на самом стрежне вон меня поставили.
— Роспись кушаньям,
какие у вас готовят, — повыся голос, крикнул на него с
досадой Морковников.
— Сам ты тюлень! Я ему,
как другу, про всю свою участь, а он про тюленя! — вспыльчиво вскликнул Дмитрий Петрович. И плюнул даже с
досады.
Досада берет жениха, что мешкотно едет извозчик, так бы взял и махнул за Оку да
как лист перед травой стал бы перед милой невестой.
— Полно дурить-то. Ах ты, Никита, Никита!.. Время нашел! — с
досадой сказал Веденеев. — Не шутя говорю тебе: ежели б она согласна была, да если бы ее отдали за меня, кажется, счастливее меня человека на всем белом свете не было бы… Сделай дружбу, Никита Сокровенный, Богом прошу тебя… Самому сказать — язык не поворотится…
Как бы знал ты,
как я тебя дожидался!.. В полной надежде был, что ты устроишь мое счастье.
Глянь-ка,
каким стал богатеем!» Зависть и
досада звучали в праздных словах праздного народа…
— Вот нужно было! — молвил с
досадой Марко Данилыч. — Языки-то больно долги у вас там! Говорили бы да оглядывались, а то с дуру,
как с дубу.
Благодушно улыбался Марко Данилыч, глядя на воздаваемый ему почет. А больше всего тем был он счастлив, тем доволен, что подставил подножку Онисиму Самойлычу. «Лопнет с
досады пес смердящий! — в радостном восторге думал Марко Данилыч. — Передернет его,
как услышит он, что я весь караван скупил».
Услыхав потешные речи Абросима, артель со́ смеху покатилась. Маркел замолчал и,
как волк в засаде, со злобы да с
досады только зубами постукивал. Величался он в артели своим высокоумием, но смех и не таковских в лоск уложит.
— Экая
досада! — вскричал Андрей Александрыч, садясь на диван в передней горнице. — А я было к нему за делом. Как-то раз батюшка говорил мне, что у вас и домик и надворные службы обветшали, и я обещал ему сделать поправки. А теперь хочу нанимать плотников, теплицы поправить надо, застольную, а скотный двор заново поставить. Так я было и пришел с конторщиком осмотреть,
какие поправки нужно сделать у вас, чтоб заодно плотников-то рядить.
— Вот у нас дело-то
как идет, — с
досадой молвил Патап Максимыч, обращаясь к Дуне. — Ни из короба, ни в короб, в короб не лезет, из короба нейдет и короба не отдает. В первые-то года по скольку барышей получали? — прибавил, обращаясь к Чубалову.
Как проведала про мужнины проказы Прасковья Патаповна, затряслась вся от злобной
досады.
— Деньги подайте — это бесчестно не отдавать, — говорил Марк, — я вижу любовь: она, как корь, еще не вышла наружу, но скоро высыпет… Вон, лицо уже красное!
Какая досада, что я срок назначил! От собственной глупости потерял триста рублей!
— Нет, это уж ни на что не годится. Они облиты едким веществом, их теперь нельзя набивать.
Какая досада! — окончила девушка, отряхивая марселиновую юбку. — Это все прогорит теперь, — продолжала она, указывая на брызги.
— Конечно. И представь себе,
какая досада: я сейчас потеряла браслет и, главное, — подарок брата, сама не знаю как. Эта несносная моя Бьюти ужасно горячится; я ее крепко держала и, должно быть, задела как-нибудь рукавом или перчаткой — такая досада.
Неточные совпадения
Что ж, если вашим пистолетом // Сражен приятель молодой, // Нескромным взглядом, иль ответом, // Или безделицей иной // Вас оскорбивший за бутылкой, // Иль даже сам в
досаде пылкой // Вас гордо вызвавший на бой, // Скажите: вашею душой //
Какое чувство овладеет, // Когда недвижим, на земле // Пред вами с смертью на челе, // Он постепенно костенеет, // Когда он глух и молчалив // На ваш отчаянный призыв?
Он оставляет раут тесный, // Домой задумчив едет он; // Мечтой то грустной, то прелестной // Его встревожен поздний сон. // Проснулся он; ему приносят // Письмо: князь N покорно просит // Его на вечер. «Боже! к ней!.. // О, буду, буду!» и скорей // Марает он ответ учтивый. // Что с ним? в
каком он странном сне! // Что шевельнулось в глубине // Души холодной и ленивой? //
Досада? суетность? иль вновь // Забота юности — любовь?
Главная
досада была не на бал, а на то, что случилось ему оборваться, что он вдруг показался пред всеми бог знает в
каком виде, что сыграл какую-то странную, двусмысленную роль.
Досада ли на то, что вот не удалась задуманная назавтра сходка с своим братом в неприглядном тулупе, опоясанном кушаком, где-нибудь во царевом кабаке, или уже завязалась в новом месте
какая зазнобушка сердечная и приходится оставлять вечернее стоянье у ворот и политичное держанье за белы ручки в тот час,
как нахлобучиваются на город сумерки, детина в красной рубахе бренчит на балалайке перед дворовой челядью и плетет тихие речи разночинный отработавшийся народ?
Но
досада ли, которую почувствовали приезжие кони за то, что разлучили их с приятелями, или просто дурь, только, сколько ни хлыстал их кучер, они не двигались и стояли
как вкопанные.