Неточные совпадения
— Здравствуй, Зиновий Алексеич!.. Вот где
Господь привел свидеться! — радостным голосом говорил Марко Данилыч. — Татьяна Андревна, здравствуйте, сударыня! Давненько
с вами не видались… Барышни, Лизавета Зиновьевна, Наталья Зиновьевна!.. Выросли-то как!.. Господи!.. Да какие стали раскрасавицы!.. Дуня, а Дуня! Подь скорее, примай подружек, привечай барышен-то… Дарья Сергевна, пожалуйте-ка сюда, матушка!
— Уж как я жалела, как жалела, Марко Данилыч, что не привел
Господь вас с Дунюшкой-то
с вашей в обители видеть… Дела-то ведь у нас, знаете, какие…
Свел меня однажды
Господь этак же вот, как и
с вами, на пароходе
с одним
барином.
— Как так? Да нешто можно без обеда? —
с удивленьем вскликнул Морковников. — Сам
Господь указал человеку четырежды во дню пищу вкушать и питие принимать: поутру́ завтракать, потом полудничать, как вот мы теперь, после того обедать, а вечером на сон грядущий ужинать… Закон, батюшка… Супро́тив Господня повеленья идти не годится. Мы вот что сделаем: теперича отдохнем, а вставши, тотчас и за обед… Насчет ужина здесь, на пароходе, не стану говорить, придется ужинать у Макарья…
Вы где пристанете?
— Чего ты тут? — крикнул городовой. — Проваливай… Мошенники этакие!.. Спокою
с вами нет!.. Хочешь к
господину квартальному?
— Погляжу я на
вас, сударыня, как на покойника-то, на Ивана-то Григорьича,
с лица-то
вы похожи, — говорил Марко Данилыч, разглядывая Марью Ивановну. — Хоша я больно малешенек был, как родитель ваш в Родяково к себе в вотчину приезжал, а как теперь на него гляжу — осанистый такой был, из себя видный, говорил так важно… А душа была у него предобреющая. Велел он тогда собрать всех нас, деревенских мальчишек и девчонок, и всех пряниками да орехами из своих рук оделил… Ласковый был
барин, добрый.
— Доброго здоровья вашей чести, Герасим Силыч,
господин честной!
С приездом
вас!..
— Полноте, полноте, — говорил смущенный Герасим, подымая
с полу невесту и брата. — Как
вам не стыдно? Перестаньте ж
Господа ради!.. Нешто разобидеть меня хотите!.. И
вы, мелюзга, туда же… Идите ко мне, Божьи птенчики, идите к дяде, ангельски душеньки… Держите крепче подолы, гостинцами
вас оделю.
— Вот до чего мы
с вами договорились, —
с улыбкой сказала Марья Ивановна. — В богословие пустились… Оставимте эти разговоры, Марко Данилыч. Писание — пучина безмерная, никому вполне его не понять, разве кроме людей, особенной благодатью озаренных, тех людей, что имеют в устах «слово живота»… А такие люди есть, — прибавила она, немного помолчав, и быстро взглянула на Дуню. — Не в том дело, Марко Данилыч, — не невольте Дунюшки и все предоставьте воле Божией.
Господь лучше
вас устроит.
— Себе я возьму этот лист. Каждый из
вас от меня получит за наличные деньги товару, на сколько кто подписался. Только, чур, уговор — чтоб завтра же деньги были у меня в кармане. Пущай Орошин хоть сейчас едет к Меркулову
с Веденеевым — ни
с чем поворотит оглобли… Я уж купил караван… Извольте рассматривать… Только,
господа, деньги беспременно завтра сполна, — сказал Марко Данилыч, когда рыбники рассмотрели документ. — Кто опоздает, пеняй на себя — фунта тот не получит. Согласны?
— Привел
Господь и
с вами, Дмитрий Петрович, делишки завести, — потирая руки, отвечал Марко Данилыч. — Напредки́ просим не оставить. А я ото всей души и во всякое время желаю вашим покупателем быть… Условийца только стеснительны. Так я думаю, что, сколько ни стоит Макарьевская ярманка, таких условий на ней никогда не бывало…
— В гости приехал, —
с улыбкой промолвил Чапурин. — Груня у меня была, когда получила ваше письмо. Крестины мы справляли, внучка
Господь мне даровал.
Вы Ивана Григорьича звали, а ему никак невозможно. Заместо его я и поехал. Выхожу — гость незваный, авось не буду хуже татарина.
— Вашего хозяина
Господь недугом посетил, — сказал Патап Максимыч. — Болезнь хоша не смертна, а делами Марку Данилычу пока нельзя займоваться. Теперь ему всего пуще нужен спокой, потому и позвал он меня, чтобы распорядиться его делами. И только мы
с ним увиделись, первым его словом было, чтобы я
вас рассчитал и заплатил бы каждому сполна, кому что доводится. Вот я и велел Василию Фадеичу составить списочек, сколько кому из
вас денег заплатить следует. Кому кликну, тот подходи… Пимен Семенов!..
— Я отвезу
вас в губернию. Там будет безопасно — еретики там ничего не посмеют сделать. Привезу я
вас в хороший купеческий дом. Семейство Сивковых есть, люди благочестивые и сердобольные,
с радостью приютят
вас у себя. Только уж
вы, пожалуйста, ни про наших
господ, ни про Денисова, ни про их богохульную веру ничего им не рассказывайте. Ежели донесется об этом до Луповиц, пострадать могу. Так уж
вы, пожалуйста, Богом прошу
вас, Авдотья Марковна.
— То-то, смотрите. У меня на этот счет строго. Высшее начальство обратило внимание на вашего брата. А то и в самом деле очень много уж воли
вы забрали, — проговорил, нахмурясь, городничий. — Так подайте объявление, а в день похорон я побываю у
вас вот
с господином стряпчим да еще, может быть, кое
с кем из чиновных. А что дочь покойника?
—
Вы, Авдотья Марковна, слышал я, много книг перечитали и
с образованными
господами знакомство водите, так не может же быть, чтоб и
вам на ум не приходило, до чего дошел я чтением книг.
— Именно оттого, — ответил Самоквасов, — только Фленушку я и не видал почти тогда. При мне она постриглась. Теперь она уж не Фленушка, а мать Филагрия… Ну да
Господь с ней. Прошу я
вас, не помышляйте никогда о ней — было у нас
с ней одно баловство, самое пустое дело, не стоит о нем и вспоминать. По правде говорю, по совести.
Неточные совпадения
Городничий. Тем лучше: молодого скорее пронюхаешь. Беда, если старый черт, а молодой весь наверху.
Вы,
господа, приготовляйтесь по своей части, а я отправлюсь сам или вот хоть
с Петром Ивановичем, приватно, для прогулки, наведаться, не терпят ли проезжающие неприятностей. Эй, Свистунов!
Хлестаков. Вздор — отдохнуть. Извольте, я готов отдохнуть. Завтрак у
вас,
господа, хорош… Я доволен, я доволен. (
С декламацией.)Лабардан! лабардан! (Входит в боковую комнату, за ним городничий.)
Городничий. Ах, боже мой,
вы всё
с своими глупыми расспросами! не дадите ни слова поговорить о деле. Ну что, друг, как твой
барин?.. строг? любит этак распекать или нет?
Городничий. Я пригласил
вас,
господа,
с тем, чтобы сообщить
вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор.
Осип. «Еще, говорит, и к городничему пойду; третью неделю
барин денег не плотит. Вы-де
с барином, говорит, мошенники, и
барин твой — плут. Мы-де, говорит, этаких шерамыжников и подлецов видали».