Неточные совпадения
Отсюда дверь в переднюю, тоже очень чистую, с
двумя окнами на двор; из передней налево большая комната с
двумя окнами в одной стене и с итальянским окном в
другой.
Здесь также
два окна в одной стене и одно широкое, тройное, «итальянское» окно в
другой.
— Позволь, однако, любезный
друг, тебе заметить, что ведь одна из этих
двух, о которых ты говоришь, мне родная сестра!
Висленев ушел, а Горданов запер за ним двери на ключ, достал из дорожной шкатулки
два револьвера, осмотрел их заряды, обтер замшей курки и положил один пистолет на комод возле изголовья кровати,
другой — в ящик письменного стола. Затем он взял листок бумаги и написал большое письмо в Петербург, а потом на
другом клочке бумаги начертил...
Приятели пожали
друг другу руки, и Висленев проводил Горданова до коляски, из которой тот сунул Иосафу Платоновичу
два пальца и уехал.
Из-под сарая вылетела стая кур, которых посреди двора поджидал голенастый красный петух, и вслед за тем оттуда же вышла бойкая рябая, востроносая баба с ребенком под одною рукой и
двумя курицами — под
другою.
Кишенский пошел строчить в трех разных газетах, трех противоположных направлений, из коих
два, по мнению Ванскок, были безусловно «подлы». Он стал богат; в год его уже нельзя было узнать, и он не помог никому ни своею полицейскою службой, ни из своей кассы ссуд, а в печати, если кому и помогал одною рукой, то
другой зато еще злее вредил, но с ним никто не прерывал никаких связей.
Продолжительное кривлянье имеет
два роковые исхода: для людей искренно заблуждающихся оно грозит потерей смысла и способности различать добро от зла в теории, а для
других — потерей совести.
Висленев повернул
два раза в руках это письмо Ванскок и хотел уже его бросить, как горничная квартирной хозяйки подала ему
другой конверт, надписанный тою же рукой и только что сию минуту полученный.
К Кишенскому вела совершенно особенная лестница, если не считать
двух дверей бельэтажа, в коих одна вела в аптеку, а
другая в сигарный магазин.
— Не трудитесь отгадывать, — отвечал Горданов, — потому что, во-первых, вы этого никогда не отгадаете, а во-вторых, операция у меня разделена на
два отделения, из которых одно не открывает
другого, а между тем оба они лишь в соединении действуют неотразимо. Продолжаю далее: если бы вы и уладили свадьбу своими средствами с
другим лицом, то вы только приобрели бы имя… имя для будущих детей, да и то с весьма возможным риском протеста, а ведь вам нужно и усыновление
двух ваших прежних малюток.
В эти
два года он беспрестанно подвергался таким пертурбациям, что, не имей он своей природной доброты, легкости и покладливости, и не будь при нем Горданова, мастерски дававшего ему приемы хашиша пред каждою новою операцией, совершаемою над ним его женой и ее
другом Кишенским, ему бы давно надо было десять раз умереть смертью самоубийцы; но Висленеву, как заметила Катерина Астафьевна Форова, бог за доброту только лица прибавил, то есть Иосаф Платонович, не состаревшись, оплешивел.
Врученное Алине Гордановым за
два часа до бракосочетания ее с Висленевым, оно навсегда осталось покоиться в несгораемом железном шкафе, вместе с банковыми билетами и
другими драгоценностями, ключ от которого никогда не разлучался с Алиной Дмитриевной.
— Так оставайся же здесь, а я пойду, и через час, много через
два, ты будешь иметь результат моего свидания. Не обещаю тебе ничего, но надеюсь, что в ту ли или в
другую сторону положение твое выяснится.
Они проверили все свои книги и счеты; вычислили барыши, расчислили их по сумме оборотных капиталов того и
другого, и сделали вывод, по которому на долю Павла Николаевича теперь падало тридцать
две тысячи чистогана.
Здесь, в небольшой комнате, уставленной старинною мебелью, помещались теперь
два знакомые нам лица: сама генеральша и
друг ее, майорша Катерина Астафьевна Форова.
— С точки зрения дураков — это вздор, но с моей точки это не вздор, — размышлял Горданов, — женщина, которая мне нравится, должна быть моею, потому что без этого мне не будет хорошо. Но мне нужна и одна, и
другая, я гонюсь за
двумя зайцами и, по глупой пословице, я должен не поймать ни одного. Но это вздор!
— Вы не употребите же против меня силы, да и это теперь было бы бесполезно, вы видите, конверт сгорел. Берите скорее точно такой
другой и делайте на нем ту же надпись. Они должны быть похожи как
две капли воды.
В домике у них всего было
две квартиры, с которых с обеих выходило доходца в месяц рублей двенадцать, да и то одна под эту пору пустовала, а за
другую Спиридонов месяца три уже не платил.
В это время и случись происшествие: ехала чрез их город почтовая карета, лопнул в ней с горы тормоз, помчало ее вниз, лошадей передушило и
двух пассажиров искалечило: одному ногу переломило,
другому — руку.
Идет и не смотрит на гостя, и обошел вокруг печки и скрылся в
другую комнату, а чрез
две минуты опять идет сзади и опять проходит таким же манером.
Отправления сердца, как известно, производятся постоянным его сокращением и расширением, — эти попеременно один за
другим следующие моменты, называемые в медицине sistole [сжимание (греч.).] и diastole, [растягивание (греч.).] дают
два звука: тик и так.
О
других героях этого дня пока было словно позабыто: некоторым занимавшимся их судьбой мнилось, что Горданова и Подозерова ждет тягчайшая участь впереди, но справедливость требует сказать, что
двумя этими субъектами занимались лишь очень немногие из губернского бомонда; наибольшее же внимание масс принадлежало майору.
Ее словно не было в живых, и о ней только невзначай вспомнили
два или три человека, которые, возвращаясь однажды ночью из клуба, неожиданно увидели слабый свет в окнах ее комнаты; но и тут, по всем наведенным на
другой день справкам, оказалось, что Глафира Васильевна приезжала в город на короткое время и затем выехала.
Дама тоже заметила его в окне, и они оба кивнули
друг другу и встретились на платформе без удивления неожиданности, как встречаются
два агента одного и того же дела, съехавшиеся по своим обязанностям.
Описанная неожиданная сцена между Ларисой и Подозеровым произошла очень быстро и тихо, но тем не менее, нарушив безмолвие, царившее во все это время покоя больного, она не могла таиться от
двух женщин, присутствовавших в
другой комнате, если бы внимание их в эти минуты не было в сильнейшей степени отвлечено
другою неожиданностью, которая, в свою очередь, не обратила на себя внимания Ларисы и Подозерова только потому, что первая была слишком занята своими мыслями, а второй был еще слишком слаб для того, чтобы соображать разом, что делается здесь и там в одно и то же время.
И с этим он перехватил ее руку себе под руку, а под
другую взял генеральшу и, скомандовав: раз,
два и три! пустился резвым бегом к дому, где на чистом столе готов был скромный, даже почти бедный ужин.
Два остальных письма Бодростина, из которых одно последовало чрез три месяца после первого, а
другое — совсем на днях, были очень коротки и лаконичны.
Казимире было жаль этих денег, но с
другой стороны она не могла рассчитывать, чтоб история эта потянулась на год, на
два.
Глафира вздрогнула, обвела комнату полудремотным взглядом и заметила, что по полу комнаты прокатились один за
другим два мягкие клубка серой пряжи. Бодростина догадалась, что это были
две немецкие мыши, но она не могла понять, что за коричневый череп кивает ей вылезая из полу в темном угле? Она всматривается и видит, что это в самом деле череп, и вот, когда движения его стали тише, вот видны ясно
два белые глаза.
Объятому ревностью сердцу Лары показалось, что эти
два лица помещаются слишком близко
друг к
другу, что лица их чересчур оживлены и что особенно ее муж находится в возбужденном состоянии. На каждое слово Синтяниной он отвечает целыми длинными репликами и то краснеет, то бледнеет.
— Ну, прекрасно; это можно будет только летом, когда я устрою что-нибудь более чем
две комнаты, в которых мещуся; но и тогда, Лариса, я не могу оставить моих
друзей.
Посланный застал Подозерова в городе и возвратился к вечеру с
двумя письмами: одним к Ларе,
другим — к ее брату.
В первом Андрей Иванович просил жену не беспокоиться и гостить сколько ей прогостится, а во втором он сообщал Жозефу, что он приискал человека, который согласен ссудить ему на не особенно тяжких условиях сумму денег, необходимую для выкупа Ларисиного дома, но что этот заимодавец, доверяя деньги Подозерову под его личное обязательство, желает только, чтобы вексель подписали
два лица с взаимною
друг за
друга порукой.
С тех пор как Бодростина укатила за границу, ни та, ни
другая из названных нами
двух дам не имели о ней никаких обстоятельных сведений, но с возвращением Глафиры Васильевны в свои палестины, молва быстро протрубила и про ее новую славу, и про ее полную власть над мужем, и про ее высокие добродетели и спиритизм.
— Чего моя супруга терпеть не может, то всегда и скверно, и мерзко, — и с этим он поцеловал
два раза кряду руку помещавшейся за рабочим столиком жены и, надувшись, вышел а
другую комнату.
Форов остался на жертву
двум женщинам: своей жене и генеральше, из которых первая яростно накинулась на него за его бестактность в только что оконченном разговоре, между тем как
другая молчала, давая своим молчанием согласие на слова Катерины Астафьевны.
Жозеф, всоруженный
двумя палками, сначала задавал на орлят сердитый окрик, а потом одною палкой дразнил их, а
другою — бил, и таким образом не без удовольствия проводил в прохладе целые часы, то дразня бедных своих заключенных, то валяясь на холодном каменном выступе стены и распевая арию Фарлафа: «Близок уж час торжества моего».
Был шестой час серого сентябрьского дня: генеральша и майор Форов стояли в огороде, где глухонемая Вера и
две женщины срезали ножницами головки семянных овощей и цветов. И Синтянина, и майор оба были не в духе: Александре Ивановне нелегко было покидать этот дом, где прошла вся ее жизнь, а Форову было досадно, что они теперь будут далее
друг от
друга и, стало быть, станут реже видеться.
Лариса возразила брату только против того, что он уже женат и что ему жениться не совсем удобно; но когда об этом зашел разговор
другой раз, то Горданов поддержал Жозефа, сказав, что развестись у нас трудно, но жениться
два раза гораздо легче, как и
два раза замуж выйти — тоже.
Неточные совпадения
Он в том покое поселился, // Где деревенский старожил // Лет сорок с ключницей бранился, // В окно смотрел и мух давил. // Всё было просто: пол дубовый, //
Два шкафа, стол, диван пуховый, // Нигде ни пятнышка чернил. // Онегин шкафы отворил; // В одном нашел тетрадь расхода, // В
другом наливок целый строй, // Кувшины с яблочной водой // И календарь осьмого года: // Старик, имея много дел, // В иные книги не глядел.
Но в них не видно перемены; // Всё в них на старый образец: // У тетушки княжны Елены // Всё тот же тюлевый чепец; // Всё белится Лукерья Львовна, // Всё то же лжет Любовь Петровна, // Иван Петрович так же глуп, // Семен Петрович так же скуп, // У Пелагеи Николавны // Всё тот же
друг мосье Финмуш, // И тот же шпиц, и тот же муж; // А он, всё клуба член исправный, // Всё так же смирен, так же глух // И так же ест и пьет за
двух.
«Ну, что соседки? Что Татьяна? // Что Ольга резвая твоя?» // — Налей еще мне полстакана… // Довольно, милый… Вся семья // Здорова; кланяться велели. // Ах, милый, как похорошели // У Ольги плечи, что за грудь! // Что за душа!.. Когда-нибудь // Заедем к ним; ты их обяжешь; // А то, мой
друг, суди ты сам: //
Два раза заглянул, а там // Уж к ним и носу не покажешь. // Да вот… какой же я болван! // Ты к ним на той неделе зван. —
«Так ты женат! не знал я ране! // Давно ли?» — «Около
двух лет». — // «На ком?» — «На Лариной». — «Татьяне!» // «Ты ей знаком?» — «Я им сосед». — // «О, так пойдем же». Князь подходит // К своей жене и ей подводит // Родню и
друга своего. // Княгиня смотрит на него… // И что ей душу ни смутило, // Как сильно ни была она // Удивлена, поражена, // Но ей ничто не изменило: // В ней сохранился тот же тон, // Был так же тих ее поклон.
Вот пистолеты уж блеснули, // Гремит о шомпол молоток. // В граненый ствол уходят пули, // И щелкнул в первый раз курок. // Вот порох струйкой сероватой // На полку сыплется. Зубчатый, // Надежно ввинченный кремень // Взведен еще. За ближний пень // Становится Гильо смущенный. // Плащи бросают
два врага. // Зарецкий тридцать
два шага // Отмерил с точностью отменной, //
Друзей развел по крайний след, // И каждый взял свой пистолет.