А что касается его выстрела в Горданова, то он стрелял потому, что Горданов, известный мерзавец и в жизни, и
в теории, делал ему разные страшные подлости: клеветал на него, соблазнил его сестру, выставлял его не раз дураком и глупцом и наконец даже давал ему подлый совет идти к скопцам, а сам хотел жениться на Бодростиной, с которой он, вероятно, все время состоял в интимных отношениях, между тем как она давно дала Висленеву обещание, что, овдовев, пойдет замуж не за Горданова, а за него, и он этим дорожил, потому что хотел ее освободить от среды и имел в виду, получив вместе с нею состояние, построить школы и завести хорошие библиотеки и вообще завести много доброго, чего не делал Бодростин.
Неточные совпадения
Время, когда из Петербурга можно было наезжать
в провинции с тем, чтобы здесь пропагандировать да развивать свои
теории, прошло безвозвратно.
— Ты сюда и призван совсем не для того, чтобы спать или развивать
в висленевской Гефсимании твои примирительные
теории.
— Это
теория, — сказала она, — но
в чем же экспериментальная часть дела?
Эта «сила нервов» поражала и занимала скорбную головой девицу, и она проводила время
в упражнениях над своею нервною системой, не замечая, что делали
в это время другие, следуя гордановской
теории; и вдруг пред ней открылась ужасная картина неслыханнейших злодеяний.
Ванскок со своею
теорией «свежих ран» открывала Горданову целую новую, еще не эксплуатированную область, по которой скачи и несись куда знаешь, твори, что выдумаешь, говори, что хочешь, и у тебя везде со всех сторон будет тучный злак для коня и дорога скатертью, а вдали на черте горизонта тридцать девять разбойников, всегда готовые
в помощь сороковому.
К тому же, на горе Висленева, у него были свои привычки: он не мог есть бараньих пилавов
в греческой кухмистерской восточного человека Трифандоса и заходил перекусить
в ресторан; он не мог спать на продырявленном клеенчатом диване под звуки бесконечных споров о разветвлениях
теорий, а чувствовал влечение к своей кроватке и к укромному уголку,
в котором можно бы, если не успокоиться, то по крайней мере забыться.
— Ну, прочь мораль! Я не моральна! Скажите-ка нам что-нибудь о переходе душ. Мне очень нравится ваша
теория внесения
в жизнь готовых способностей, и я ее часто припоминаю: мне часто кажется, что во мне шевелится что-то чужое, но только вовсе не лестное, — добавила она с улыбкой к гостям. — Не была ли я, Светозар Владенович, Аспазией или Фриной, во мне прегадкие инстинкты.
Запечатав это письмо, она отнесла его
в комнату своей девушки, положила конверт на стол и велела завтра рано поутру отправить его к Водопьянову, а потом уснула с верой и убеждением, что для умного человека все на свете имеет свою выгодную сторону, все может послужить
в пользу, даже и спиритизм, который как крайняя противоположность тех
теорий, ради которых она утратила свою репутацию
в глазах моралистов, должен возвратить ей эту репутацию с процентами и рекамбио.
По заслугам опороченное, недавнее юродство отрицательниц было выставлено пугалом для начинающих жить юношей и юниц последнего пятилетия, но
в противовес ему не дано никакого живого идеала, способного возвысить молодую душу над уровнем вседневных столкновений
теории и житейской практики.
Родители столкнулись на вопросе о судьбе сына только при выборе заведения, где младший Грегуар должен был получить образование. Отец, разумеется, желал видеть
в сыне современного реалиста, руководясь
теориями, к которым мать питала отвращение. Но мать восстала решительно и победила.
Висленев
в одно и то же время и усердно раскрывал историю, и немилосердно ее путал. Просидев
в уединении эту тяжелую ночь, он надумался облагородить свое поведение, притянув к нему социалистские
теории: он, как мы видели, не только не отрицал того, что хотел смерти Бодростина, но даже со всею откровенностию объяснял, что он очень рад, что его убили!
Пасифистская теория вечного мира легко превращается
в теорию вечного покоя, счастливой бездвижности, ибо последовательно должно отрицать не только боль, связанную с движением войны, но и боль, связанную со всяким движением, со всяким зачинающим историческим творчеством.
В учении Аристотеля о формах мы имеем только иную (в одном смысле улучшенную, а в другом ухудшенную) редакцию платоновского же учения об идеях, без которого и не мог обойтись мыслитель, понимавший науку как познание общего (το καθόλου) и, следовательно, сам нуждавшийся
в теории этого «общего», т. е. в теории идей-понятий.
Этот-то человек, живший последним открытием, вчерашним вопросом, новой новостью
в теории и в событиях, менявшийся, как хамелеон, при всей живости ума, не мог понять сен-симонизма.
Неточные совпадения
На одной было заглавие: «Философия,
в смысле науки»; шесть томов
в ряд под названием: «Предуготовительное вступление к
теории мышления
в их общности, совокупности, сущности и во применении к уразумению органических начал обоюдного раздвоения общественной производительности».
— Я эту
теорию его знаю. Я читала его статью
в журнале о людях, которым все разрешается… Мне приносил Разумихин…
«Чем, чем, — думал он, — моя мысль была глупее других мыслей и
теорий, роящихся и сталкивающихся одна с другой на свете, с тех пор как этот свет стоит? Стоит только посмотреть на дело совершенно независимым, широким и избавленным от обыденных влияний взглядом, и тогда, конечно, моя мысль окажется вовсе не так… странною. О отрицатели и мудрецы
в пятачок серебра, зачем вы останавливаетесь на полдороге!
Он очень страдал и теперь страдает от мысли, что теорию-то сочинить он умел, а перешагнуть-то, не задумываясь, и не
в состоянии, стало быть человек не гениальный.
Тут кстати подоспела новейшая модная
теория временного умопомешательства, которую так часто стараются применять
в наше время к иным преступникам.