Неточные совпадения
С этими
словами он
взял руку Бодростиной и добавил...
«Черт
возьми! — подумал он, — и в
словах этой дуры есть своя правда. Нет; нельзя отрешаться от Петербурга! „Свежие раны!“ О, какая это чертовски полезная штука! Поусердствуйте, друзья, „свежим ранам“, поусердствуйте, пока вас на это хватит!»
Висленев, грызя сухарь, распечатал конверт и прочел: «Примите к сведению, еще одна подлость: Костька Оболдуев, при всем своем либерализме, он женился на Форофонтьевой и
взял за нею в приданое восемьдесят тысяч. Пишу вам об этом со
слов Роговцова, который заходил ко мне ночью нарочно по этому делу. Утром иду требовать взнос на общее дело и бедным полякам. Завтра поговорим. Анна Скокова».
В этих соображениях Горданов принял ближайшее участие, не стесняясь нимало молчанием Кишенского, и через час времени было положено:
взять с Иосафа Платоновича вексель в пятнадцать тысяч рублей «по предъявлению» с тем, чтобы на
слове он был спокоен, что этого предъявления в течение трех лет не последует, и затем дать ему свободу на все четыре стороны.
Слово Кишенского оказалось с большим весом, и Ванскок на другой же день
взяла в конторе Бабиневича на полтинник двадцать листиков его издания и послала их в бандерольке Иосафу Платоновичу Висленеву.
Не только печатать, а даже и дружески предупреждать стало бесполезно, и я прекрасно это чувствую сию минуту, дописывая вам настоящие строки, но верьте мне, что я вам говорю правду, верьте… верьте хоть ради того, черт
возьми, что стоя этак на ножах друг с другом, как стали у нас друг с другом все в России, приходится верить, что без доверия жить нельзя, что… одним
словом, надоверить».
— Нет, извините, совсем не судороги, а этакое совершенно особенное тяготение… потребность писать, и только что
взяла карандаш, как вдруг на бумаге без всякого моего желания получились вот эти самые
слова.
Михаил Андреевич тревожно глядел на человека, на присутствующих,
взял трепетною рукой этот конверт, и, раскрыв его, вынул оттуда листок и, растерявшись, начал читать вслух. Он, вероятно, хотел этим показать, что он не боится этого письма и несколько затушевать свое неловкое положение; но первые
слова, которые он прочел громко, были: «Милостивый государь, вы подлец!»
Крылатые
слова, сказанные об этом стариком, исполнили глубочайшего страха Глафиру. Она давно не казалась такою смятенною и испуганною, как при этой вести. И в самом деле было чего бояться: если только Бодростин
возьмет завещание и увидит, что там написано, то опять все труды и заботы, все хлопоты и злодеяния, все это могло пойти на ветер.
Это было очень дурным знаком: находчивый жандармский офицер шепнул
слово казачьему уряднику, и четыре казака,
взяв пики на перевес, бросились вскачь и понеслись на двух прохожих.
И сему тоже будет ко благу, да не обольщается наперед сей философ, что мы, будучи созданы по образу Божию, такую же и власть Божию имеем, что довольно нам сказать расслабленному: „
возьми одр твой и ходи“, чтоб он тотчас же встал и начал ходить по
слову нашему.
— Да, вы отгадали, он отдал мне это письмо за пять дней до своей смерти и
взял с меня
слово передать его вам лично в девятый день по его смерти. Вот это письмо.
Это было невозможно; думая остаться несколько времени в Перми, я накупил всякой всячины, надобно было продать хоть за полцены, После разных уклончивых ответов губернатор разрешил мне остаться двое суток,
взяв слово, что я не буду искать случая увидеться с другим сосланным.
— Познакомила меня с управляющим и они оба согласились избрать его, он сегодня же едет в Москву знакомиться с графиней, я ему доставил средства прожить там несколько времени на широкую ногу, разыгрывая роль человека с независимым состоянием, и
взял слово не пить. Он в слове крепок и все оборудует.
Неточные совпадения
— Андрей Иванович, помилуйте! — сказал он,
взявши его за обе руки. — Какое ж оскорбление? что ж тут оскорбительного в
слове ты?
Купец, который на рысаке был помешан, улыбался на это с особенною, как говорится, охотою и, поглаживая бороду, говорил: «Попробуем, Алексей Иванович!» Даже все сидельцы [Сиделец — приказчик, продавец в лавке.] обыкновенно в это время, снявши шапки, с удовольствием посматривали друг на друга и как будто бы хотели сказать: «Алексей Иванович хороший человек!»
Словом, он успел приобресть совершенную народность, и мнение купцов было такое, что Алексей Иванович «хоть оно и
возьмет, но зато уж никак тебя не выдаст».
— Управитель так и оторопел, говорит: «Что вам угодно?» — «А! говорят, так вот ты как!» И вдруг, с этим
словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!»
Взяли, связали, да в город, да полтора года и просидел немец в тюрьме.
Хозяйка очень часто обращалась к Чичикову с
словами: «Вы ничего не кушаете, вы очень мало
взяли».
Если я увижу из твоих
слов, что ты употребишь их умно и деньги принесут тебе явную прибыль, — я тебе не откажу и не
возьму даже процентов.