Неточные совпадения
Мало
того, в пренебрежении ее ко мне были, например,
вот какие утонченности: она знает, положим, что мне известно какое-нибудь обстоятельство ее жизни или что-нибудь о
том, что сильно ее тревожит; она даже сама расскажет мне что-нибудь из ее обстоятельств, если надо употребить меня как-нибудь для своих целей, вроде раба или
на побегушки; но расскажет всегда ровно столько, сколько надо знать человеку, употребляющемуся
на побегушки, и — если мне еще не известна целая связь событий, если она и сама видит, как я мучусь и тревожусь ее же мучениями и тревогами,
то никогда не удостоит меня успокоить вполне своей дружеской откровенностию, хотя, употребляя меня нередко по поручениям не только хлопотливым, но даже опасным, она, по моему мнению, обязана быть со мной откровенною.
Да к
тому же баронесса,
вот уж три раза, встречаясь со мною, имеет обыкновение идти прямо
на меня, как будто бы я был червяк, которого можно ногою давить.
Иногда русские за границей бывают слишком трусливы и ужасно боятся
того, что скажут, и как
на них поглядят, и будет ли прилично
вот то-то и то-то? одним словом, держат себя точно в корсете, особенно претендующие
на значение.
И
вот в это-то мгновение мне вдруг пришло
на мысль, что это совершенно погибший человек, к
тому же все это не мое дело, и я только недавно имел честь узнать мисс Полину.
— То-то charmante; знаю я тебя, фигляр ты этакой, да я-то тебе
вот на столечко не верю! — и она указала ему свой мизинец. — Это кто такая? — обратилась она, указывая
на m-lle Blanche. Эффектная француженка, в амазонке, с хлыстом в руке, видимо ее поразила. — Здешняя, что ли?
Я, однако, желал проводить бабушку. Кроме
того, я был в каком-то ожидании, я все ждал, что вот-вот сейчас что-то случится. Мне не сиделось у себя. Я выходил в коридор, даже
на минутку вышел побродить по аллее. Письмо мое к ней было ясно и решительно, а теперешняя катастрофа — уж, конечно, окончательная. В отеле я услышал об отъезде Де-Грие. Наконец, если она меня и отвергнет как друга,
то, может быть, как слугу не отвергнет. Ведь нужен же я ей, хоть
на посылки, да пригожусь, как же иначе!
«Однако, он хочет меня застрелить
на дуэли, — думал я, — если mademoiselle Полина умрет, —
вот еще комиссия!» Клянусь, мне было жаль Полину, но странно, — с самой
той минуты, как я дотронулся вчера до игорного стола и стал загребать пачки денег, моя любовь отступила как бы
на второй план.
Зато она очень и очень недурно отделала
на эти деньги свою квартиру и когда потом перевела меня
на новоселье,
то, показывая мне комнаты, сказала: «
Вот что с расчетом и со вкусом можно сделать с самыми мизерными средствами».
Неточные совпадения
Стихи
на случай сохранились; // Я их имею;
вот они: // «Куда, куда вы удалились, // Весны моей златые дни? // Что день грядущий мне готовит? // Его мой взор напрасно ловит, // В глубокой мгле таится он. // Нет нужды; прав судьбы закон. // Паду ли я, стрелой пронзенный, // Иль мимо пролетит она, // Всё благо: бдения и сна // Приходит час определенный; // Благословен и день забот, // Благословен и
тьмы приход!
Татьяна
то вздохнет,
то охнет; // Письмо дрожит в ее руке; // Облатка розовая сохнет //
На воспаленном языке. // К плечу головушкой склонилась. // Сорочка легкая спустилась // С ее прелестного плеча… // Но
вот уж лунного луча // Сиянье гаснет. Там долина // Сквозь пар яснеет. Там поток // Засеребрился; там рожок // Пастуший будит селянина. //
Вот утро: встали все давно, // Моей Татьяне всё равно.
«Ну, что соседки? Что Татьяна? // Что Ольга резвая твоя?» // — Налей еще мне полстакана… // Довольно, милый… Вся семья // Здорова; кланяться велели. // Ах, милый, как похорошели // У Ольги плечи, что за грудь! // Что за душа!.. Когда-нибудь // Заедем к ним; ты их обяжешь; // А
то, мой друг, суди ты сам: // Два раза заглянул, а там // Уж к ним и носу не покажешь. // Да
вот… какой же я болван! // Ты к ним
на той неделе зван. —
Еще страшней, еще чуднее: //
Вот рак верхом
на пауке, //
Вот череп
на гусиной шее // Вертится в красном колпаке, //
Вот мельница вприсядку пляшет // И крыльями трещит и машет; // Лай, хохот, пенье, свист и хлоп, // Людская молвь и конский топ! // Но что подумала Татьяна, // Когда узнала меж гостей //
Того, кто мил и страшен ей, // Героя нашего романа! // Онегин за столом сидит // И в дверь украдкою глядит.
Он мог бы чувства обнаружить, // А не щетиниться, как зверь; // Он должен был обезоружить // Младое сердце. «Но теперь // Уж поздно; время улетело… // К
тому ж — он мыслит — в это дело // Вмешался старый дуэлист; // Он зол, он сплетник, он речист… // Конечно, быть должно презренье // Ценой его забавных слов, // Но шепот, хохотня глупцов…» // И
вот общественное мненье! // Пружина чести, наш кумир! // И
вот на чем вертится мир!