— Не больно ты, Сима, охотница до лесных-то дебрей. Да и насиделась, бедная, в этом захолустье. А меня
хлебом не корми, только пусти в лес. Не знаю сам, право, что ближе моей душе: Волга или лес.
— С мишуками косолапыми да с серыми волками, государь великий, — их в лесах нашей вотчины видимо-невидимо, — а братца моего
хлебом не корми, а дай за ними вдосталь погоняться…
Неточные совпадения
— Я только что пришел. Ils ont été charmants. [Они были восхитительны.] Представьте себе, напоили меня,
накормили. Какой
хлеб, это чудо! Délicieux! [Прелестно!] И водка — я никогда вкуснее
не пил! И ни за что
не хотели взять деньги. И все говорили: «
не обсудись», как-то.
— Уверяю вас, генерал, что совсем
не нахожу странным, что в двенадцатом году вы были в Москве и… конечно, вы можете сообщить… так же как и все бывшие. Один из наших автобиографов начинает свою книгу именно тем, что в двенадцатом году его, грудного ребенка, в Москве,
кормили хлебом французские солдаты.
— Тебя
не спрошу. Послушай, Галактион, мне надоело с тобой ссориться. Понимаешь, и без тебя тошно. А тут ты еще пристаешь… И о чем говорить: нечем будет жить — в прорубь головой. Таких ненужных бабенок и
хлебом не стоит
кормить.
— А по такой. Все деньги, везде деньги; все так и прячутся за деньги, а того
не понимают, что богача-то с его деньгами убогий своим
хлебом кормит.
— А что б ты взял с меня, Махметушка, чтоб того полоняника высвободить? — спросил Марко Данилыч. — Человек он уж старый, моих этак лет, ни на каку работу стал негоден, задаром только царский
хлеб ест. Ежели бы царь-от хивинский и даром его отпустил, изъяну его казне
не будет, потому зачем же понапрасну поить-кормить человека? Какая, по-твоему, Махметушка, тому старому полонянику будет цена?