Неточные совпадения
— Мне сегодня необыкновенно легче, но я уже знаю, что это всего лишь минута. Я мою болезнь теперь безошибочно понимаю. Если же я вам кажусь столь веселым, то ничем и никогда не могли вы меня столь обрадовать, как сделав такое замечание. Ибо для
счастия созданы люди, и кто вполне счастлив, тот прямо удостоен сказать себе: «Я выполнил завет Божий
на сей земле». Все праведные, все святые, все святые мученики были все счастливы.
Если не дойдете до
счастия, то всегда помните, что вы
на хорошей дороге, и постарайтесь с нее не сходить.
Истинно славно, что всегда есть и будут хамы да баре
на свете, всегда тогда будет и такая поломоечка, и всегда ее господин, а ведь того только и надо для
счастья жизни!
Грушенька, ангел, дайте мне вашу ручку, посмотрите
на эту пухленькую, маленькую, прелестную ручку, Алексей Федорович; видите ли вы ее, она мне
счастье принесла и воскресила меня, и я вот целовать ее сейчас буду, и сверху и в ладошку, вот, вот и вот!
Я обращусь лишь в средство для его
счастия (или как это сказать), в инструмент, в машину для его
счастия, и это
на всю жизнь,
на всю жизнь, и чтоб он видел это впредь всю жизнь свою!
— Ах, Алеша, напротив, ужасно как хорошо, — нежно и со
счастьем посмотрела
на него Lise. Алеша стоял, все еще держа свою руку в ее руке. Вдруг он нагнулся и поцеловал ее в самые губки.
Так знайте, что и я, напротив, не только в самом главном подчиняться готова, но и во всем уступлю вам и вам теперь же клятву в этом даю — во всем и
на всю жизнь, — вскричала пламенно Lise, — и это со
счастием, со
счастием!
Я, положим, только бульонщик, но я при
счастье могу в Москве кафе-ресторан открыть
на Петровке.
— И можешь ли ты допустить идею, что люди, для которых ты строишь, согласились бы сами принять свое
счастие на неоправданной крови маленького замученного, а приняв, остаться навеки счастливыми?
Есть три силы, единственные три силы
на земле, могущие навеки победить и пленить совесть этих слабосильных бунтовщиков, для их
счастия, — эти силы: чудо, тайна и авторитет.
И мы сядем
на зверя и воздвигнем чашу, и
на ней будет написано: «Тайна!» Но тогда лишь и тогда настанет для людей царство покоя и
счастия.
И мы, взявшие грехи их для
счастья их
на себя, мы станем пред тобой и скажем: «Суди нас, если можешь и смеешь».
Какие это носители тайны, взявшие
на себя какое-то проклятие для
счастия людей?
«Брак? Что это… брак… — неслось, как вихрь, в уме Алеши, — у ней тоже
счастье… поехала
на пир… Нет, она не взяла ножа, не взяла ножа… Это было только „жалкое“ слово… Ну… жалкие слова надо прощать, непременно. Жалкие слова тешат душу… без них горе было бы слишком тяжело у людей. Ракитин ушел в переулок. Пока Ракитин будет думать о своих обидах, он будет всегда уходить в переулок… А дорога… дорога-то большая, прямая, светлая, хрустальная, и солнце в конце ее… А?.. что читают?»
Калганов так и залился самым детским смехом и почти упал
на диван. Рассмеялась и Грушенька. Митя же был
на верху
счастья.
— Ну, вот вам и платье, — развязно проговорил он, по-видимому очень довольный успехом своего хождения. — Это господин Калганов жертвует
на сей любопытный случай, равно как и чистую вам рубашку. С ним все это, к
счастию, как раз оказалось в чемодане. Нижнее белье и носки можете сохранить свои.
Илюша с беспредельным
счастием смотрел
на Колю.
Газетное известие было весьма характерное и, конечно, должно было
на нее очень щекотливо подействовать, но она, к своему
счастью может быть, не способна была в сию минуту сосредоточиться
на одном пункте, а потому чрез минуту могла забыть даже и о газете и перескочить совсем
на другое.
Нет: мы совсем расти оставлены
на счастье, // Тогда как у тебя цветы, // Которыми ни сыт, ни богатеешь ты, // Не так, как мы, закинуты здесь в поле, — // За стёклами растут в приюте, в неге, в холе.
Неточные совпадения
Вот, окружен своей дубравой, // Петровский замок. Мрачно он // Недавнею гордится славой. // Напрасно ждал Наполеон, // Последним
счастьем упоенный, // Москвы коленопреклоненной // С ключами старого Кремля; // Нет, не пошла Москва моя // К нему с повинной головою. // Не праздник, не приемный дар, // Она готовила пожар // Нетерпеливому герою. // Отселе, в думу погружен, // Глядел
на грозный пламень он.
Когда ж и где, в какой пустыне, // Безумец, их забудешь ты? // Ах, ножки, ножки! где вы ныне? // Где мнете вешние цветы? // Взлелеяны в восточной неге, //
На северном, печальном снеге // Вы не оставили следов: // Любили мягких вы ковров // Роскошное прикосновенье. // Давно ль для вас я забывал // И жажду славы и похвал, // И край отцов, и заточенье? // Исчезло
счастье юных лет, // Как
на лугах ваш легкий след.
Вообрази, Деребину какое
счастье: тетка его поссорилась с сыном за то, что женился
на крепостной, и теперь записала ему все именье.
На такую сумятицу успели, однако ж, собраться мужики из деревни, которая была, к
счастию, неподалеку.
Все, что мог сделать умный секретарь, было уничтоженье запачканного послужного списка, и
на то уже он подвинул начальника не иначе, как состраданием, изобразив ему в живых красках трогательную судьбу несчастного семейства Чичикова, которого, к
счастию, у него не было.