Бывает, что общественные улучшения, которые должны быть результатом известной степени
развития народа, появляются в нем тогда, когда он еще не достиг до этой степени развития.
В
развитии народов и всего человечества — сами принципы, признаваемые главнейшими двигателями истории, зависят, несомненно, от того, в каком положении находятся, в ту или другую эпоху, человеческие познания о мире.
Неточные совпадения
Таким образом, от идеи своего
народа и государства человек, не останавливающийся: в своем
развитии, возвышается посредством изучения чужих народностей до идеи
народа и государства вообще и, наконец, постигает отвлеченную идею человечества, так что в каждом человеке, представляющемся ему, видит прежде всего человека, а не немца, поляка, жида, русского и пр.
Их
развитие не так высоко, чтобы понять значение своей родины в среде других
народов; их чувства не так сильны, чтобы выразиться в практической деятельности; их личность не столько самобытна, чтобы в собственных силах искать прав на какое-нибудь значение.
Для полного
развития человека и целого
народа необходимы, — говорит он, — хорошее знание предметов, уменье хорошо мыслить о них и любовь к общему благу.
Относительно знаний и силы убеждения это, правда, представитель довольно плохой; но зато он очень полно выразил мнения своей партии, систематически провел их по всей русской истории и весьма откровенно высказал те начала, которым, по его мнению, должен следовать русский
народ в своем
развитии.
Вовсе не думают взглянуть прямо и просто на современное положение
народа и на его историческое
развитие, с тем чтобы представить картину того, что им сделано для усвоения общечеловеческих идей и знаний, для применения их к своему быту или что им самим создано полезного для человечества.
Но даже если различие в умственных способностях разных
народов и признать фактом справедливым, и тогда все-таки этого различия нельзя принять за исходную точку для взгляда на
развитие цивилизации.
Очевидно, что люди, отыскивающие в
народах развитие любви к общему благу, берут уже здесь не массу
народа, а отдельные личности.
Согласно со многими из славянофилов г. Жеребцов полагает, что русский
народ находился на пути к прогрессу и уже стоял на высокой степени совершенства нравственного и умственного, когда Петр внезапно изменил направление русской цивилизации и произвел на целое столетие застой и даже отступление назад в
развитии истинно народном.
И что это за
развитие древней Руси, успевшее довести
народ до такой эластичности?
Признавая реформы Петра произвольными, сделанными наперекор естественному ходу исторического
развития Руси, г. Жеребцов с братиею невольно обнаруживают презрение к русскому
народу, неверие в его внутренние силы.
Если они были приняты
народом без прекословия и рассуждения, даже со всеми несовершенствами, какие в них были, — так и это опять обусловливалось характером исторического
развития Руси до Петра.
Развитие это было так скудно и слабо, начала, приводящие в восторг г. Жеребцова, так мало проникли в сознание масс, что
народу ничего не стоило принять новое направление, имевшее то преимущество пред старым, что заключало в себе зародыш жизни и движения, а не застоя и смерти.
И вдруг, после всего этого, в конце книги г. Жеребцов каким-то манером вычисляет, что новые
народы Европы для
развития цивилизации имели тысячу лет вперед против нас (том II, стр. 622).
Это бывает именно тогда, когда, по ходу исторического
развития народа, выдвигаются из общей массы некоторые фамилии и лица, в полное распоряжение которых переходит судьба народа.
— Общественная жизнь, это очень важно, потому что в
развитии народа, в судьбах, так сказать, отечества…
Но мы убеждены, что при известной степени
развития народа литература становится одною из сил, движущих общество; и мы не отказываемся от надежды, что и у нас в России литература когда-нибудь получит такое значение.
Неточные совпадения
— Но я всё-таки не знаю, что вас удивляет.
Народ стоит на такой низкой степени и материального и нравственного
развития, что, очевидно, он должен противодействовать всему, что ему чуждо. В Европе рациональное хозяйство идет потому, что
народ образован; стало быть, у нас надо образовать
народ, — вот и всё.
— Мне кажется, — неторопливо и вяло отвечал Алексей Александрович, — что это одно и то же. По моему мнению, действовать на другой
народ может только тот, который имеет высшее
развитие, который…
— Но вы сами сказали, что
народ стоит на низкой степени материального
развития. Чем же тут помогут школы?
К его вескому слову прислушиваются политики всех партий, просветители, озабоченные культурным
развитием низших слоев
народа, литераторы, запутавшиеся в противоречиях критиков, критики, поверхностно знакомые с философией и плохо знакомые с действительной жизнью.
В самой глубине народной жизни, у лучших людей из
народа никакого народничества нет, там есть жажда
развития и восхождения, стремление к свету, а не к народности.