Неточные совпадения
Но это продолжалось всего одну секунду; он опустил голову, и лицо его приняло снова строгое, задумчивое выражение. Мало-помалу он снова вмешался в разговор, но речь его была отрывиста, принужденна.
Беседа шла страшными извилинами,
предмет россказней изменялся беспрерывно между пильщиком и шерстобитом, но со всем тем строгое, задумчивое лицо Глеба оставалось все то же.
Но старики ровно ничего не замечали и продолжали вести свою
беседу, которая мало-помалу снова перешла к главному
предмету совещания и не замедлила принять прежний веселый характер.
Николай Герасимович только что закончил длинное письмо отцу, то самое, которое послужило
предметом беседы между Герасимом Сергеевичем и Фанни Михайловной, описанной в предыдущей главе.
Горсткин заранее назначал нам день и намечал
предмет беседы, выбирая темой какой-нибудь прошедший или готовящийся спектакль, и предлагал нам пользоваться его старинной библиотекой. Для новых изданий я был записан в библиотеке Умнова.
— Скажите мне, Никандр Саввич, — спросил он вдруг, уклоняясь от главного
предмета беседы, — что же сталось с ссудосберегательным товариществом?.. В одном из ваших сельских обществ?.. Или оно для обоих действовало?
Неточные совпадения
Но что же было
предметом этих жарких споров, тихих
бесед, чтений, далеких прогулок?
Эта старина — древняя Болгария (когда болгары еще сидели на Волге) и Византия — не находилась нимало в связи с его постоянно взвинченным, чисто литературным настроением, но литературным не в смысле художественной писательской работы, а по
предметам своих чтений,
бесед, записей.
И вся обширная квартира в доме Краевского на Литейной совсем не смотрела редакцией или помещением кабинетного человека или писателя, ушедшего в книги, в коллекции, в собирание каких-нибудь
предметов искусства. В бильярдной одну зиму стоял и стол секретаря редакции. В кабинет Некрасова сотрудники проникали в одиночку; никаких общих собраний,
бесед или редакционных вечеринок никогда не бывало.
Что касается до самого Аггея Никитича, то он, побеседовав с Сусанной Николаевной, впал в некоторую задумчивость. Его мучило желание, чтобы разговор поскорее коснулся масонства или чего-либо другого возвышенного; но — увы! — его ожидания и желания не осуществились, а напротив,
беседа перешла на весьма житейский
предмет. Мартын Степаныч, заметно вспомнив что-то важное и проведя, по своей привычке, у себя за ухом, сказал:
— Следственно, прихожу я к ним вроде как бы для
беседы, а сам, между прочим, в голове свой особый
предмет держу.