Неточные совпадения
— Да что говорить, — продолжал мужик, пристально на нее глядя, — что говорить, хлебца-то небось и всякому хочется… иной
вот и не так чтобы больно нуждается, а глядишь, туда
же канючит, словно и взаправду с голоду…
— А
вот потолкуй-ка еще у меня, потолкуй, — перебил управляющий, делая движение вперед, — я тебя погублю! Завтра
же веди лошадь в город на ярманку, теперь пора зимняя, лошади не надо, — произнес он лукаво, — да смотри, не будет у меня через два дня подушных в конторе, так я не погляжу, что ты женат, — лоб забрею; я и так миловал тебя, мерзавца!..
— Эхва, у меня из памяти-то вышла могилка дяди Андрея! — воскликнул он, снимая шляпу и крестясь набожно. — Дорога-то
вот тут
же и сворачивает в город… на Закуряево… Эх, совсем запамятовал, чуть было с пути не сбился!
— Ладно, брат, толкуй дьяковой кобыле; я думал по чести вести с тобой дело, а ты
вот на что пустился! Других еще стал подзадоривать… Ладно
же, — вскричал мельник, мгновенно разгорячаясь, — коли так, отколе хошь возьми, а деньги мои подай! Подай мои деньги!.. Не то прямо пойду в контору… Никита Федорыч не свой брат… как раз шкуру-то вылущит! Погоди, я ж те покажу!
— Лачи (ладно). Ну, братцы, и ты, добрый человек, — продолжал тот, указывая на лошадь с видом недовольным, — дорого больно просишь; конь-то больно изъезжен, стар;
вот и ребята то
же говорят…
— Вестимо, что под навес…
вот добрый хозяин и соломки даст… да пей
же, брат, пей без опаски… хлеб ешь?
— Братцы! — закричал Антон, отчаянно размахивая руками. — Братцы, будьте отцы родные… он, он
же и поил меня…
вот как перед богом, он, и тот парень ему, вишь, знакомый… спросите хошь у кого… во Христа ты, видно, не веруешь!..
— Как! У тебя денег нету? — возразил хозяин, разгорячаясь. — Ах ты, мошенник! так как
же ты приходишь на постой?.. Ты, видно, надуть меня хотел… Братцы!
Вот вы за него стояли, меня еще тазать [Тазать — бранить.] зачали было… вишь он какой! Он-то и есть мошенник…
— Что и наш, верно, — перебил ярославец, молчавший все это время, — у нас вотчина-то большая, управляющий-то из немцев, такой
же вот бядовый! ни богу, ни людям, ни нам, мужикам… смерть!
— И такой-то человек этот Никита, — сказал фабричный, — что хоть бы раз забыл свою злобу.
Вот нагдысь сказывал мне наш
же мужик, приходит к нему нынешнюю весну Антон попросить осину — избенку поправить; уж он его корил, корил, все даже припомнил… опричь того, и осины не дал… Вестимо, одно в одно; до того дошел теперь Антон, что хошь ступай сумой тряси, то есть совсем, как есть, сгиб человек… Уж так-то, право, жаль мне его…
— Ну, ну… на
вот тебе еще два куска… — отвечала мать, боязливо взглянув на дверь, — ступай
же теперь.
— Небось не уйдет! — отвечал тот. — Ну, идемте, ребята… мотри
же, Антонушка, опростоволосишься,
вот те Христос, поминай как звали!..
— Стой, молодец! — произнес вдруг целовальник, удерживая бродягу. — Как
же ты говорил мне, вы с заработок шли… а
вот он его видел (тут Борис указал на ростовца и потом на Антона) с лошадью на ярманке… и сказывал, мужик пахатный… помнится, еще из ближайшей деревни…
— Эки мошенники! — произнес он, отряхиваясь и продолжая путь. — Ведь
вот говорил
же я, что вся семья такая… Недаром не жалел я их, разбойников… Ну, слава богу, насилу-то, наконец, отделался!.. Эк, подумаешь, право, заварили дело какое… с одним судом неделю целую, почитай, провозились… Ну, да ладно… Теперь по крайней мере и в помине их не будет!..
— Да ведь
вот же и тебя не знал, а ведь знаю же теперь всю. Всю в одну минуту узнал. Ты, Лиза, хоть и боишься смерти, а, должно быть, гордая, смелая, мужественная. Лучше меня, гораздо лучше меня! Я тебя ужасно люблю, Лиза. Ах, Лиза! Пусть приходит, когда надо, смерть, а пока жить, жить! О той несчастной пожалеем, а жизнь все-таки благословим, так ли? Так ли? У меня есть «идея», Лиза. Лиза, ты ведь знаешь, что Версилов отказался от наследства?
Неточные совпадения
Хлестаков. Да
вот тогда вы дали двести, то есть не двести, а четыреста, — я не хочу воспользоваться вашею ошибкою; — так, пожалуй, и теперь столько
же, чтобы уже ровно было восемьсот.
Аммос Федорович. А
вот я их сегодня
же велю всех забрать на кухню. Хотите, приходите обедать.
Анна Андреевна.
Вот хорошо! а у меня глаза разве не темные? самые темные. Какой вздор говорит! Как
же не темные, когда я и гадаю про себя всегда на трефовую даму?
Городничий. Я здесь напишу. (Пишет и в то
же время говорит про себя.)А
вот посмотрим, как пойдет дело после фриштика да бутылки толстобрюшки! Да есть у нас губернская мадера: неказиста на вид, а слона повалит с ног. Только бы мне узнать, что он такое и в какой мере нужно его опасаться. (Написавши, отдает Добчинскому, который подходит к двери, но в это время дверь обрывается и подслушивавший с другой стороны Бобчинский летит вместе с нею на сцену. Все издают восклицания. Бобчинский подымается.)
Мишка. Да для вас, дядюшка, еще ничего не готово. Простова блюда вы не будете кушать, а
вот как барин ваш сядет за стол, так и вам того
же кушанья отпустят.