Неточные совпадения
— Ну — учи! Хуже других в науке не будь. Хоша
скажу тебе вот что: в училище, — хоть двадцать пять классов в нем будь, — ничему, кроме как писать, читать да считать, — не научат. Глупостям разным можно еще научиться, — но не
дай тебе бог! Запорю, ежели что… Табак курить будешь, губы отрежу…
— То-то! — добродушно
сказал Игнат и крикнул, чтоб
дали коньяку…
— Я, деточка, паче всего боюсь глупости, — со смиренной ядовитостью ответил Маякин. — Я так полагаю:
даст тебе дурак меду — плюнь;
даст мудрец яду — пей! А тебе
скажу: слаба, брат, душа у ерша, коли у него щетинка дыбом не стоит…
— Иди в столовую, а я
скажу, чтоб самовар
дали… — проговорила она, не отвечая на его вопрос.
— Слушайте! — воскликнул Ухтищев, — я
дам вам хороший совет… человек должен быть самим собой… Вы человек эпический, так
сказать, и лирика к вам не идет. Это не ваш жанр…
— Попроще? Я хочу
сказать — бросьте вы думать об этой
даме… Она для вас — пища ядовитая…
— Да, пора ехать, — спокойно
сказала Ухтищеву его рыжая
дама. — Холодно… И скоро будет темно…
— Мало тебе! А больше — я ничего не
скажу… На что? Все из одного места родом — и люди и скоты… Пустяки все эти разговоры… Ты вот
давай подумаем, как нам жить сегодня?
— Разве наше дело понимать? —
сказал русый парень, тряхнув головой. Ему уже скучно стало говорить с Фомой; он заподозрил его в нежелании
дать на водку и сердился немножко.
— Я — не мечтаю, я — высчитываю со всей точностью, возможной в наших русских условиях, — внушительно
сказал Смолин. — Производитель должен быть строго трезв, как механик, создающий машину… Нужно принимать в расчет трение каждого самомалейшего винтика, если ты хочешь делать серьезное дело серьезно. Я могу
дать вам для прочтения составленную мною записочку, основанную мной на личном изучении скотоводства и потребления мяса в России…
— Я собрал бы остатки моей истерзанной души и вместе с кровью сердца плюнул бы в рожи нашей интеллигенции, чер-рт ее побери! Я б им
сказал: «Букашки! вы, лучший сок моей страны! Факт вашего бытия оплачен кровью и слезами десятков поколений русских людей! О! гниды! Как вы дорого стоите своей стране! Что же вы делаете для нее? Превратили ли вы слезы прошлого в перлы? Что
дали вы жизни? Что сделали? Позволили победить себя? Что делаете? Позволяете издеваться над собой…»
— Да и прыткий, ух какой, — улыбнулся опять старик, обращаясь к доктору, — и в речь не даешься; ты погоди,
дай сказать: лягу, голубчик, слышал, а по-нашему это вот что: «Коли ляжешь, так, пожалуй, уж и не встанешь», — вот что, друг, у меня за хребтом стоит.
Зарницын за это упрекал Евгению Петровну, указывая ей на высокое призвание гражданки; Вязмитинов об этом никогда не разговаривал, а доктор, сделавшийся жарким поклонником скромных достоинств Женни, обыкновенно не
давал сказать против нее ни одного слова.
Неточные совпадения
Сначала все к нему езжали; // Но так как с заднего крыльца // Обыкновенно подавали // Ему донского жеребца, // Лишь только вдоль большой дороги // Заслышат их домашни дроги, — // Поступком оскорбясь таким, // Все дружбу прекратили с ним. // «Сосед наш неуч; сумасбродит; // Он фармазон; он пьет одно // Стаканом красное вино; // Он
дамам к ручке не подходит; // Всё да да нет; не
скажет да-с // Иль нет-с». Таков был общий глас.
— Покупайте, Павел Иванович, —
сказал он. — За именье можно всегда
дать эту <цену>. Если вы не
дадите за него тридцать тысяч, мы с братом складываемся и покупаем.
— Константин, пора
дать Павлу Ивановичу отдохнуть и поспать, —
сказала хозяйка, — а ты все болтаешь.
— Ах, что вы это говорите, Софья Ивановна! —
сказала дама приятная во всех отношениях и всплеснула руками.
«Нет, этого мы приятелю и понюхать не
дадим», —
сказал про себя Чичиков и потом объяснил, что такого приятеля никак не найдется, что одни издержки по этому делу будут стоить более, ибо от судов нужно отрезать полы собственного кафтана да уходить подалее; но что если он уже действительно так стиснут, то, будучи подвигнут участием, он готов
дать… но что это такая безделица, о которой даже не стоит и говорить.