Неточные совпадения
Она прошлась по комнате,
шагая лениво и неслышно, остановилась перед зеркалом и долго, не мигая, смотрела на своё лицо. Пощупала руками полную белую шею, — у неё вздрогнули плечи, руки грузно опустились, — и снова начала, покачивая бёдрами, ходить по комнате. Что-то запела, не открывая рта, — пение напоминало стон
человека, у которого болят зубы.
Он вздохнул, оделся, умылся, безучастно оглядел своё жилище, сел у окна и стал смотреть на улицу. Тротуары, мостовая, дома — всё было грязно. Не торопясь
шагали лошади, качая головами, на козлах сидели мокрые извозчики и тоже качались, точно развинченные. Как всегда, спешно шли куда-то
люди; казалось, что сегодня они, обрызганные грязью и отсыревшие, менее опасны, чем всегда.
И через несколько минут Климков, как маленькая собака, спешно
шагал по тротуару сзади
человека в поношенном пальто и измятой чёрной шляпе.
Человек был большой, крепкий, он шёл быстро, широко размахивал палкой и крепко стучал ею по асфальту. Из-под шляпы спускались на затылок и уши чёрные с проседью вьющиеся волосы.
Теперь,
шагая по улице с ящиком на груди, он по-прежнему осторожно уступал дорогу встречным пешеходам, сходя с тротуара на мостовую или прижимаясь к стенам домов, но стал смотреть в лица
людей более внимательно, с чувством, которое было подобно почтению к ним. Человеческие лица вдруг изменились, стали значительнее, разнообразнее, все начали охотнее и проще заговаривать друг с другом, ходили быстрее, твёрже.
Он с удивлением видел других
людей: простые и доверчивые, они смело шли куда-то, весело
шагая через все препятствия на пути своём. Он сравнивал их со шпионами, которые устало и скрытно ползали по улицам и домам, выслеживая этих
людей, чтобы спрятать их в тюрьму, и ясно видел, что шпионы не верят в своё дело.
— Боишься? — спросил Маклаков, но первый
шагнул с тротуара на мёрзлую грязь улицы. — Напрасно боишься, — эти
люди, с песнями о боях, смирные
люди. Звери не среди них… Хорошо бы теперь посидеть в тепле, в трактире… а всё закрыто! Всё прекращено, брат…
Когда он вышел на улицу и оглянулся, то в конце её, в сером сумраке утра, сразу заметил чёрную фигуру
человека, который, опустив голову, тихо
шагал вдоль забора.
«А вот я, маленький
человек, — думал Евсей, одиноко
шагая по улице, — и всех боялся, а писатель меня не напугал».
Среди толпы вьюном вился Яков Зарубин, вот он подбежал к Мельникову и, дёргая его за рукав, начал что-то говорить, кивая головой на вагон. Климков быстро оглянулся на
человека в шапке, тот уже встал и шёл к двери, высоко подняв голову и нахмурив брови. Евсей
шагнул за ним, но на площадку вагона вскочил Мельников, он загородил дверь, втиснув в неё своё большое тело, и зарычал...
Он устало оглянулся,
человек в шапке стоял на площадке вагона, к нему, мимо Евсея,
шагал Мельников, а Зарубин лежал вниз лицом на полу и не двигался.
Торжественно звонил соборный колокол, трещали пролетки извозчиков,
люди шагали быстро, говорили крикливо и необычно перепутались: рядом с горожанами, одетыми празднично, шла растрепанная мастеровщина, всюду сновали оборванные ребятишки, стремясь как на пожар или на парад.
Неточные совпадения
Наполеон его ужасно увлек, то есть собственно увлекло его то, что очень многие гениальные
люди на единичное зло не смотрели, а
шагали через, не задумываясь.
— Что, Николай Еремеев в конторе? — раздался в сенях громкий голос, и
человек высокого роста, видимо рассерженный, с лицом неправильным, но выразительным и смелым, довольно опрятно одетый,
шагнул через порог.
В стороне Исакиевской площади ухала и выла медь военного оркестра, туда поспешно
шагали группы
людей, проскакал отряд конных жандармов, бросалось в глаза обилие полицейских в белых мундирах, у Казанского собора толпился верноподданный народ, Самгин подошел к одной группе послушать, что говорят, но полицейский офицер хотя и вежливо, однако решительно посоветовал:
Минут через десять Суслова заменил Гогин, но не такой веселый, как всегда. Он оказался более осведомленным и чем-то явно недовольным.
Шагая по комнате, прищелкивая пальцами, как
человек в досаде, он вполголоса отчетливо говорил:
— В меня —
шагали, понимаете? Нет, это… надо испытать.
Человек лежит, а на него ставят ноги, как на болотную кочку! Давят… а? Живой
человек. Невообразимо.