Неточные совпадения
Из Зиновьева часто,
в виде прогулки, отправлялись
в Луговое, как, по имени владельца, называлось это имение, и для княжны Людмилы и Тани Берестовой не было лучшего удовольствия, как гулять
в княжеском
парке.
Но, странное дело, сказочная таинственность дома как-то вдруг уменьшилась, и уже при входе
в княжеский
парк обе девочки перестали ощущать биение своих сердец
в ожидании заглянуть
в окна дома.
Было, впрочем, одно строение
в княжеском
парке, которое носило на себе печать постоянной таинственности.
Стояло оно
в самой глубине княжеского
парка.
То же предание утверждало, что
в этой беседке была навеки заперта молодая жена одного из предков князей Луговых оскорбленным мужем, заставшим ее на свидании именно
в этом уединенном месте
парка. Похититель княжеской чести подвергся той же участи. Рассказывали, что князь, захватив любовников на месте преступления, при помощи дворни заковал их
в кандалы и бросил
в обширный княжеский подвал, находившийся под домом, объявив им, что они умрут голодной смертью на самом месте их преступного свидания.
После смерти обманутого мужа, женившегося вскоре на другой, его не нашли, а на смертном одре умирающий выразил свою последнюю волю, которую он сделал обязательной для своих потомков, из рода
в род, оставлять навсегда запертой беседку и не расчищать то место
парка, где она стоит, грозя
в противном случае своим загробным проклятием, которое принесет им страшное несчастье и даже уничтожит род. Потомки до сих пор свято исполняли эту волю.
Побеленная штукатурка дома делала впечатление выстроенного вновь здания, и, кстати сказать, эта печать свежести далеко не шла к окружающему вековому
парку и
в особенности
в видневшемуся
в глубине его шпицу беседки-тюрьмы с роковым пронзенным стрелою сердцем.
— Я слышал, что вы часто гуляли
в здешнем
парке… Мне очень приятно, что он вам нравится…
— У нас
в Зиновьеве есть тоже хорошие места, но они не могут сравниться с вашим
парком, — ответила за дочь княгиня, — моя девочка летом чуть не каждый день ходила сюда.
— Ах, князь, как я боялась одного места
в вашем
парке, — вдруг сказала княжна, когда они опустились на круглую скамейку, устроенную внутри беседки и окружающую столик.
— Что за вздор! Не век же самому лучшему месту
парка быть
в запустении и не век же стоять этой красивой беседке без всякой пользы и только нагонять страх на суеверных…
Отец Николай, конечно, знал о проклятии, переходящем из рода
в род князей Луговых, относительно неприкосновенности беседки, стоявшей
в глубине
парка, и вместе с другими верил
в возможность несчастия, грозившего ослушнику прадедовской воли.
— Вероятно, жаловался на меня, — усмехнулся князь, — за то, что я задумал привести
в порядок
парк и почистить старую беседку?
Когда он приехал
в деревню и отдал приказание идти работать
в княжеский
парк для очистки старой беседки, то крестьяне, наряженные на эту работу, были прямо ошеломлены.
Прошло томительных полчаса, пока наконец, после неимоверных усилий и множества проб всевозможных отмычек, тяжелый замок был отперт. Но он так заржавел
в петле, на которой был надет железный болт, что его пришлось выбивать молотком. Этим же молотком пришлось расшатывать болт. Удары молотка звучно раздавались по княжескому
парку и отдавались гулким эхом внутри беседки.
Часа через два было доложено, что гробы сколочены. Все снова отправились к беседке, где костяки были бережно уложены рабочими
в гробы и отнесены на сельское кладбище и, после благословения их отцом Николаем, опущены
в приготовленные могилы. К вечеру того же дня часть
парка, прилегающая к беседке, и сама беседка была очищена.
После того как место
парка около беседки-тюрьмы было приведено
в порядок и сама беседка тщательно вычищена, князь Сергей Сергеевич сам осмотрел окончательные работы и приказал оставить дверь беседки отворенной. Вернувшись к себе, он выпил свое вечернее молоко и сел было за тетрадь хозяйственного прихода-расхода. Но долго заниматься он не мог. Цифры и буквы прыгали перед его глазами. Он приказал подать себе свежую трубку и стал ходить взад и вперед по своему кабинету.
Оставив княгиню одну любоваться
в покойном кресле картиной залитого красноватым отблеском солнечных лучей
парка, князь Сергей Сергеевич и княжна Людмила спустились по отлогой лестнице террасы и пошли по разбитому перед ней цветнику. Цветник этот занимал довольно большое пространство и состоял из затейливых клумб, газонов и цветущих кустарников. С террасы он виднелся как на ладони, а потому княгиня Васса Семеновна могла довольно долго любоваться идущей парочкой.
Князь Сергей Сергеевич и княжна Людмила прошли между тем цветник и повернули
в одну из аллей
парка. Они шли прямо к тому месту, где высилась заветная беседка, верхняя часть которой была красиво освещена красноватым отблеском солнечных лучей.
— А та, что
в те дни, когда над этим домом, и над этим
парком, и надо мной должна заняться заря нового счастья, я не хотел, чтобы здесь оставался памятник семейного несчастья моего предка, несчастья, которое он увековечил ужасным злодеянием…
В этот самый момент где-то
в глубине
парка раздался резкий, неприятный смех. Князь и княжна отскочили друг от друга и стали оба испуганно озираться.
Княжна Людмила подробно рассказала своей служанке-подруге прогулку свою с князем Сергеем Сергеевичем по
парку, начало объяснения
в беседке и крик совы после окончания объяснения на скамейке аллеи.
Княжна вздрогнула.
В этом хохоте ей вдруг послышалось сходство с хохотом, раздавшимся несколько часов тому назад
в княжеском
парке. Впрочем, это было на минуту. Княжне самой показалась смешной мелькнувшая
в ее голове мысль.
Парк был действительно окутан мраком, но
в цветнике было сравнительно светлее, так как на него падал слабый матовый свет последней четверти лунного диска.
Несмотря на то что место где стояла эта беседка, было, как мы знаем, вычищено, все же деревья на нем были гуще, нежели
в остальном
парке, а потому вечером это место казалось мрачнее.
Князь Сергей Сергеевич остался один. Он пошел бродить по
парку и совершенно неожиданно для самого себя очутился у роковой беседки. Он вошел
в нее, сел на скамейку и задумался. Мысли одна другой безотраднее неслись
в его голове. С горькой улыбкой вспоминал он утешения только что покинувшего его друга.
Вскоре после так встревожившего Сергея Семеновича Зиновьева доклада его камердинера Петра княжна Людмила Васильевна Полторацкая покинула гостеприимный кров своего дяди и переехала
в собственный дом на левом берегу реки Фонтанки. С помощью дяди ею куплена была целая усадьба с садом и даже
парком или же, собственно говоря, расчищенным лесом, которым во времена Петра Великого были покрыты берега этой речки, текущей теперь
в центре столицы
в гранитных берегах.
Пламя бушует, на деревья
парка перекинулось, на людские, а
в доме-то среди огня кто-то заливается, хохочет.
Кузина твоя увлеклась по-своему, не покидая гостиной, а граф Милари добивался свести это на большую дорогу — и говорят (это папа разболтал), что между ними бывали живые споры, что он брал ее за руку, а она не отнимала, у ней даже глаза туманились слезой, когда он, недовольный прогулками верхом у кареты и приемом при тетках, настаивал на большей свободе, — звал
в парк вдвоем, являлся в другие часы, когда тетки спали или бывали в церкви, и, не успевая, не показывал глаз по неделе.
Неточные совпадения
«Это под окном, должно быть, какой-нибудь сад, — подумал он, — шумят деревья; как я не люблю шум деревьев ночью,
в бурю и
в темноту, скверное ощущение!» И он вспомнил, как, проходя давеча мимо Петровского
парка, с отвращением даже подумал о нем.
Он издали видел, как Ольга шла по горе, как догнала ее Катя и отдала письмо; видел, как Ольга на минуту остановилась, посмотрела на письмо, подумала, потом кивнула Кате и вошла
в аллею
парка.
Обломов избегал весь
парк, заглядывал
в куртины,
в беседки — нет Ольги. Он пошел по той аллее, где было объяснение, и застал ее там, на скамье, недалеко от того места, где она сорвала и бросила ветку.
— Если ж выдастся хороший день, — заключила она, — я поеду
в Летний сад гулять, и ты можешь прийти туда; это напомнит нам
парк…
парк! — повторила она с чувством.
Наконец обратился к саду: он решил оставить все старые липовые и дубовые деревья так, как они есть, а яблони и груши уничтожить и на место их посадить акации; подумал было о
парке, но, сделав
в уме примерно смету издержкам, нашел, что дорого, и, отложив это до другого времени, перешел к цветникам и оранжереям.