Неточные совпадения
О нем, между прочим, ходил следующий анекдот: однажды в Шестове он
рассказывал о
том, как раз он ехал где-то в Северо-Западном крае по местности, отличающейся обилием волков.
Встречный же для заблудившейся в жизненном лесу княжны не только ведет ее, но
рассказал ей заранее дорогу, поручил даже расчищать путь по его указанию,
то есть действовать самой для себя и даже для него в благодарность за
то, что он ведет ее.
— То-то так! Нет, вы послушайте, я вам про моего Артура
расскажу, диву дадитесь, благоговение почувствуете, зря хвалить не буду — не продавать. Не продажный он у меня. Генерал Куролесов полторы тысячи за него давал. За пятнадцать тысяч говорю, ваше превосходительство, не отдам. Так-то.
— Года два
тому назад с Артуром у меня случай был, так случай, кабы мне кто
рассказал, не поверил бы, ей-ей, не поверил.
Николай Леопольдович был в числе
тех, которым Шатов
рассказал все.
Подробно
рассказал он о нанесенных ему покойным князем побоях, знаки которых не прошли s до сих пор, и о
том, что под влиянием злобы и толков о появлении старого князя, говорил приписанные ему слова.
Перед
тем, как в залу вступили судьи, он
рассказывал княгине и княжне об одной своей доверительнице, которая была страшно недоверчива.
Антон Михайлович в коротких словах
рассказал о загадочной смерти отца князя Владимира, князя Александра Павловича Шестова, о
том, что в настоящее время княгиня с княжнами находится в Т., а по окончании дела о наследствах, которое ведет Николай Леопольдович Гиршфельд, они переедут на жительство в Москву.
После обычных представлений, все трое уселись за стол. Во время завтрака Карнеев
рассказал Константину Николаевичу похождения Гиршфельда и
то, что он теперь уже поверенный княгини и княжен Шестовых.
Посланный пригласить его врач
рассказал ему историю и симптомы болезни и
тот обещал быть.
Княжна Маргарита Дмитриевна подробно
рассказывала в ней повесть своей жизни в течение семи лет со дня встречи ее с Гиршфельдом в Шестове,
то нравственное состояние, в котором она находилась перед этой встречей.
Александра Яковлевна пододвинула к кровати табурет, села и начала свой рассказ. Она откровенно передала баронессе свой роман с князем Виктором, умолчав, конечно, о
том, что она сама увлекла его, а напротив, изобразив себя жертвой хитросплетенного молодым князем соблазна.
Рассказала известные нам сцены с княгиней. Не скрыла и тайны своего происхождения и сцены у постели умирающего князя Ивана и, наконец, последние слова его о пакете ео стотысячным наследством, скрытым и присвоенным князем Василием.
— Без денег оно и так погибнет, а между
тем деньги вам предлагали на днях — хорошие: десять тысяч вносила эта барыня (вы сами
рассказывали) за одно лишь право поступить на сцену кружка, а вы…
— Хорошо-с, может быть все
то, что
рассказала вам эта госпожа, и правда, но считаете ли вы теперь ее удовлетворенной и ваши обязательства относительно нее конченными? — ровным голосом спросил князь Василий.
Сплетни относительно Мосовой шли еще далее, не говоря уже о
том, что уверяли, что будто бы все ее рассказы и сценки, помещаемые изредка в газетах и журналах, принадлежали не ей, а ее покойному сожителю;
рассказывали совершенно уверенным тоном, что она еще ранее, нежели сойтись с литератором, была замужем, что муж ее жив — называли даже фамилию: Елкин — и что она вышла заведомо от живого мужа.
— Я тоже промолчал… — после некоторой паузы начал Петухов. — А между
тем знаю почти все подробности о дневнике покойной княжны: накануне своей смерти, Иван Флегонтович, царство ему небесное, мне все
рассказал.
Рассказывали множество случаев исцеления безнадежно больных одной молитвой этого отличающегося силой веры служителя алтаря, за ним, кроме
того, укрепилась и слава прозорливца.
Относительно прозвища «миллионер» приказчик сообщил, что Луганский
рассказывает, что умерший не так давно его дядя завещал все свои именья, стоющие более миллиона, в пожизненное владение своей жене, минуя его, законного наследника, а между
тем оно как-то так выходит, что жена и не жена дяди…
По возвращении домой он был много сговорчивее вчерашнего, и Зыковой не стоило особенного труда уговорить его поехать мириться с Николаем Леопольдовичем. Примирение состоялось в
тот же вечер. Князь не сказал ему ни слова о возможном аресте, так как иначе он должен был
рассказать о своем визите к барону,
тем более, что Гиршфельд именно и просил его не перебегать уже более на сторону опекуна.
Носились, кроме
того, слухи, что Василий Васильевич, через несколько дней написал новое прошение министру, в котором отказался от первого и даже
рассказал обстановку, при которой оно было им подписано.
— Слушайте!.. еще не
то расскажу: и ксендзы ездят теперь по всей Украйне в таратайках. Да не то беда, что в таратайках, а то беда, что запрягают уже не коней, а просто православных христиан. Слушайте! еще не то расскажу: уже говорят, жидовки шьют себе юбки из поповских риз. Вот какие дела водятся на Украйне, панове! А вы тут сидите на Запорожье да гуляете, да, видно, татарин такого задал вам страху, что у вас уже ни глаз, ни ушей — ничего нет, и вы не слышите, что делается на свете.
Неточные совпадения
А
тот… но после всё
расскажем, // Не правда ль? Всей ее родне // Мы Таню завтра же покажем. // Жаль, разъезжать нет мочи мне: // Едва, едва таскаю ноги. // Но вы замучены с дороги; // Пойдемте вместе отдохнуть… // Ох, силы нет… устала грудь… // Мне тяжела теперь и радость, // Не только грусть… душа моя, // Уж никуда не годна я… // Под старость жизнь такая гадость…» // И тут, совсем утомлена, // В слезах раскашлялась она.
«Не спится, няня: здесь так душно! // Открой окно да сядь ко мне». — // «Что, Таня, что с тобой?» — «Мне скучно, // Поговорим о старине». — // «О чем же, Таня? Я, бывало, // Хранила в памяти не мало // Старинных былей, небылиц // Про злых духов и про девиц; // А нынче всё мне тёмно, Таня: // Что знала,
то забыла. Да, // Пришла худая череда! // Зашибло…» — «
Расскажи мне, няня, // Про ваши старые года: // Была ты влюблена тогда?» —
А между
тем герою нашему готовилась пренеприятнейшая неожиданность: в
то время, когда блондинка зевала, а он
рассказывал ей кое-какие в разные времена случившиеся историйки, и даже коснулся было греческого философа Диогена, показался из последней комнаты Ноздрев.
Как они делают, бог их ведает: кажется, и не очень мудреные вещи говорят, а девица
то и дело качается на стуле от смеха; статский же советник бог знает что
расскажет: или поведет речь о
том, что Россия очень пространное государство, или отпустит комплимент, который, конечно, выдуман не без остроумия, но от него ужасно пахнет книгою; если же скажет что-нибудь смешное,
то сам несравненно больше смеется, чем
та, которая его слушает.
Дамы наперерыв принялись сообщать ему все события,
рассказали о покупке мертвых душ, о намерении увезти губернаторскую дочку и сбили его совершенно с толку, так что сколько ни продолжал он стоять на одном и
том же месте, хлопать левым глазом и бить себя платком по бороде, сметая оттуда табак, но ничего решительно не мог понять.