Неточные совпадения
Его «L’évolution créatrice» блестяще критикует все
научные теории развития и обосновывает
творчество, но строится наукообразно и в рабской зависимости от биологии [Замечательная книга Бергсона «L’évolution créatrice» [ «Творческая эволюция» (фр.).] вся проникнута двойственностью в понимании задач философии.
Сфера послушания
научному познанию очень специальная и ограниченная, вопрос о
творчестве лежит совершенно вне этой сферы.
Творчество есть разрыв того круга, в котором пребывает наука и
научная гносеология.
Научная гносеология всегда имеет дело с вторичным,
творчество — всегда в первичном.
И удивительнее всего эта солидарность
научного сознания и сознания религиозного в отрицании
творчества.
Научное отрицание
творчества порождено религиозным отрицанием
творчества.
Ортодоксальное православное сознание так же не допускает
творчества и боится его, как и ортодоксальное
научное сознание [В этом отношении очень характерна и интересна книга С. Н. Булгакова «Философия хозяйства».
Для Булгакова, соединяющего в своем сознании религиозное и
научное отрицание
творчества, человек призван лишь хозяйствовать в мире, а не творить.
Мы стоим перед задачей преодоления двоякого сознания:
научного сознания невозможности творческого прироста энергии в мире и религиозного сознания невозможности продолжения
творчества мира.
Неточные совпадения
Настоящие ценности создаются из материала
научного опыта, а продукты
творчества идеалистов — фальшивая монета».
Ведь даже
научная, а уж тем более философская истина не открывается людям, чуждым умственной жизни, равным образом и художественное
творчество недоступно людям, лишенным эстетического восприятия.
Научный интерес к религии может быть проявлением религиозного
творчества, подобно религиозной философии.
Итак, мы различаем: 1) внефилософское, религиозное мифотворчество; 2) догматику, представляющую внешнюю систематизацию догматов; 3) религиозную философию как философское
творчество на религиозные темы; 4) «общую» философию, которая представляет собой искание «естественного», языческого ума, но, конечно, все же оплодотворенное какой-либо интуицией; 5) канон философии, ее поэтику и технику, куда относятся разные отрасли «
научной философии» (гносеология, логика, феноменология, наукоучение).
Жуирный, вивёрский склад венской культурной публики не выказывал никаких высших потребностей ни по философским вопросам, ни по религиозным, ни по эстетическим, ни по
научным. По всем этим сферам мысли, работы и
творчества значились профессора и разные специалисты. Но их надо было отыскивать. Они составляли особый мирок, который совсем почти не влиял на общее течение столичной культурности, на вкусы и увлечения большой публики.