Неточные совпадения
Со мной
не очень приятно было играть в карты, потому что я мог прийти в настоящее бешенство
против моего партнера.
Против тоски я
не мог ничего поделать, но она
не истребляла меня.
Борьбу за свободу я понимал прежде всего
не как борьбу общественную, а как борьбу личности
против власти общества.
Для меня характерно, что у меня
не было того, что называют «обращением», и для меня невозможна потеря веры. У меня может быть восстание
против низких и ложных идей о Боге во имя идеи более свободной и высокой. Я объясню это, когда буду говорить о Боге.
Да и
не есть ли бунт
против Бога недоразумение в терминах?
Я
не столько реализовал свою жалость, сколько боролся
против нее, создавал искусственные заграждения.
В сущности, я всегда восставал
против всякого суда над людьми, я
не любил никакого суда, никакой декламации о справедливом возмездии и сочувствовал больше судимым, а
не судящим.
В этом проблематика Достоевского, Ибсена была моей нравственной проблематикой, как и пережитое Белинским восстание
против гегелевского мирового духа, как некоторые мотивы Кирхегардта, которого я, впрочем, очень поздно узнал и
не особенно люблю, как и борьба Л. Шестова
против необходимых законов логики и этики, хотя и при ином отношении к познанию.
В неприятной реакции
против романтизма, которая сильна была между двумя войнами, романтизмом называли все, что
не нравилось и вызывало осуждение.
Я никогда
не говорил о восстании «природы», восстании инстинктов
против норм и законов разума и общества, я говорил о восстании духа.
При этом эта моральная нетерпимость может быть направлена
против моралистов-законников, которых я никогда
не выносил.
Мережковский совсем
не чувствителен к правде толстовского протеста
против лжи и неправды, на которых покоится история и цивилизация.
Все это
не есть возражение
против христианства, а его защита.
У меня нарастал настоящий бунт
против этой атмосферы, и я
не пропускал случая, чтобы
не выступить с протестом устным и письменным.
Дерзновение творчества было для меня выполнением воли Бога, но воли
не открытой, а сокрытой, оно менее всего направлено
против Бога.
С коммунизмом я вел
не политическую, а духовную борьбу, борьбу
против его духа,
против его вражды к духу.
Наблюдая настроения русской эмиграции, я почувствовал, что я один из очень немногих людей, свободных от ressentiment по отношению к коммунизму и
не определяющих своей мысли реакцией
против него.
Атмосфера была насыщена
не только реакцией
против большевистской революции, но она была реакционной вообще, по самым первоначальным эмоциям, реакционной особенно в религиозной сфере.
В течение 20 лет я вел борьбу за свободу, за свободу духа, свободу совести, свободу мысли,
не пропускал ни одного случая, чтобы
не протестовать
против гасителей духа, насильников над мыслью и совестью.
Я подумал, что, может быть, кончается реакция
против человека и человечности, которая вызывала во мне настоящий бунт. «Esprit»
не должен был быть исключительно католическим журналом, журнал объединял левых католиков, протестантов и даже людей спиритуального направления,
не принадлежавших к определенной конфессии.
Но я всю мою жизнь ставил в ничто и презирал всякое общественное мнение, и борьба
против него
не предполагала с моей стороны никакого усилия.
Я решительно,
не только философски, но морально, жизненно
против реализма понятий, и в этом смысле я антиплатоник, хотя в других отношениях я очень ценю Платона.
Я принадлежу к людям, которые взбунтовались
против исторического процесса, потому что он убивает личность,
не замечает личности и
не для личности происходит.
Я с детства находился в состоянии восстания
против «иерархического» порядка природы и общества и никак
не мог войти в этот порядок.
И тогда еще
не было войны
против России.
Но никаких прямых обвинений
против меня выставить
не могли.
А что, если прав
не я, а те,
против кого я восстаю.
Если бы, по моей отвлеченной гипотезе, какая-нибудь сильная потребность этого человека, предположим, ведь это только для примера, потребность любви — совершенно не удовлетворялась, или удовлетворялась плохо, я ничего не говорил бы против риска, предпринимаемого им самим, но только против такого риска, в никак
не против риска, навлекаемого не него кем-нибудь посторонним.
Неточные совпадения
Сажают прямо
против Тани, // И, утренней луны бледней // И трепетней гонимой лани, // Она темнеющих очей //
Не подымает: пышет бурно // В ней страстный жар; ей душно, дурно; // Она приветствий двух друзей //
Не слышит, слезы из очей // Хотят уж капать; уж готова // Бедняжка в обморок упасть; // Но воля и рассудка власть // Превозмогли. Она два слова // Сквозь зубы молвила тишком // И усидела за столом.
Все, что ни есть, все, что ни видит он: и лавчонка
против его окон, и голова старухи, живущей в супротивном доме, подходящей к окну с коротенькими занавесками, — все ему гадко, однако же он
не отходит от окна.
Словом, говорите им, никого
не возбуждая ни
против кого, а всех примиряя.
Следовало бы тоже принять во внимание и прежнюю жизнь человека, потому что, если
не рассмотришь все хладнокровно, а накричишь с первого раза, — запугаешь только его, да и признанья настоящего
не добьешься: а как с участием его расспросишь, как брат брата, — сам все выскажет и даже
не просит о смягчении, и ожесточенья ни
против кого нет, потому что ясно видит, что
не я его наказываю, а закон.
Въезд его
не произвел в городе совершенно никакого шума и
не был сопровожден ничем особенным; только два русские мужика, стоявшие у дверей кабака
против гостиницы, сделали кое-какие замечания, относившиеся, впрочем, более к экипажу, чем к сидевшему в нем.