Глава 2. Metallica
Уж не помню в каком конкретно осеннем месяце 1984 года, из своего артиллерийского училища приехал на побывку старший брат Димастого — Виктор, но хорошо помню как он сразу же кинулся узнавать о новинках рок-музыки. Которые прошли мимо него, пока он готовился громить из всех калибров натовских милитаристов и прочих врагов трудового народа. Старые знакомые, с которыми брат Димастого обменивался пластинками сообщили ему, что нынче высоко котируются всякие металлические группы, главным образом американские. Почему Виктору «сватали» именно американские команды, я не могу понять до сих пор, ведь в 1984 году появилась просто целая россыпь шедевральных альбомов коими отметились отнюдь не американцы: Scorpions, Deep Purple, Iron Maiden, Judas Priest, Mercyful Fate, Yngwie Malmsteen и тд.
Но как бы то ни было, в один из дней Димастый стал настойчиво рваться ко мне в гости, обещая принести послушать нечто такое, отчего я должен был потерять дар речи. Выразился он, правда, слегка иначе, но не стоит переносить на страницы книги многочисленные крепкие словечки и выражения, коими и так изобилует наша жизнь. Рвался он ко мне потому, что на тот момент сам Димастый и его брат хорошим магнитофоном не располагали (у них была катушечная «Астра»), а у меня имелся простенький, монофонический кассетник Philips. Лентопротяжному механизму которого Димастый доверял гораздо больше, чем любой советской деке и был на 100% уверен, что Philips не «зажуёт» пленку кассеты, которую он буквально на пару часов выпросил у брата. А тот, в свою очередь, выпросил её у своего приятеля-пластиночника. На этой сверхдрагоценной кассете этой были записан новейший на тот момент альбом Metallica «Ride the lightning» (1984) и такой же новейший альбом Helix «Walkin’ the razor’s edge» того же, 1984 года выпуска.
Канадский коллектив Helix особого впечатления на меня не произвел и впоследствии так и не смог произвести, хотя пару альбомов я несколько раз честно послушал от начала до конца. А вот Metallica сразу же дала мне под дых — ничего подобного по мощи и агрессии я ещё не слышал. Более того, бьющей наотмашь яростью и сверхскоростным ритмом я был буквально нокаутирован, но вот что странно — несмотря на всё это, Metallica умела вплетала в своё звуковое полотно и мелодичные вставки. В общем, впечатление было сильнейшее.
— Круто?! — ухмыльнулся Димастый.
— Спрашиваешь.
— Могу перекатать за два рубля.
Сколько помню Димастого, но он ещё в школе проявлял завидную коммерческую цепкость, стараясь не упустить шанса заработать на всём, всегда и везде. При этом всякие разговоры о том, что «как тебе не стыдно брать деньги с друзей» он не воспринимал совершенно. Как и любые другие разговоры в пользу бедных. «Бизнес есть бизнес», любил говорить он и сам же млел от этой, однозначно чужой, фразы. Он не скрывал своей любви к деньгам, а они ему отвечали полной взаимностью, вот почему Димастый успел сменить целый автопарк премиальных машин уже к середине нулевых. А я если куда и езжу, то исключительно на метро, видимо потому, что к деньгам был равнодушен всю жизнь. Музыка меня возбуждала гораздо больше, чем пачки купюр.
В тот раз Димастый, правда, сделал мне одолжение и записал кассету «по-дружески», всего за трояк. Правда, Helix мне был даром не нужен, а вот сторону с «Металликой» я заслушал до дыр. И это не оборот речи: в один из не самых веселых дней 1986 года, даже лентопротяжка Philips не справилась со стократно проигранной и заезженной кассетой и порвала таки плёнку. И это был закономерный финал, так как задолго до этого, из-за бесконечного проигрывания, у кассеты уже начались провалы, корпус начал поскрипывать и все говорило о приближении конца.
Впрочем, меня это уже не сильно волновало, альбом «Ride the Lightning» я знал наизусть, а вот что меня всерьез волновало, так это появившийся к тому времени у барыг новый альбом — «Master of puppets». Который я считал и считаю одним из самых выдающихся альбомов восьмидесятых годов, да и вообще одним из лучших дисков всех времён. Мне хватило всего одного прослушивания этого альбома, чтобы понять очевидное — надо брать. Тем более, что великий бизнесмен Димастый расписал мне все преимущества обладания собственной пластинкой.
— Отдашь ты за него, допустим, стольник, — со знанием дела рассуждал он. — Деньги, конечно большие, но если переписать на катушку, это чтобы не было сильной потери качества…
— Где я тебе возьму катушку и зачем она мне, если у меня кассетный Philips? — не уловил я ход его мысли.
— У меня есть чистая катушка. Так что обращайся, если что, — Димастый ловко загонял меня в неизбежную кооперацию, — так вот, если писать по трешке за сторону, то пластинка отобьется если мы отпишем тридцать кассет.
— Мы отпишем?
— Ну да, — удивленно посмотрел на меня Димастый. — Или ты один тридцать человек на запись найдешь?
— Нет, не найду. И стольник я не найду.
— Да подожди, что за паника? — Димастый долго что-то прикидывал, вооружился листком и ручкой, выписывал какие-то цифры и наконец выдал заключение:
— Найди хотя бы человек десять на запись. Я дам тебе на месяц полтинник, всё что запишем — делим пополам. Пойдёт?
Мне до того хотелось стать обладателем заветного диска, что я, конечно же согласился. Хотя Димастый предложил очень хитрые условия. Например, под залог выданного мне полтинника я должен был отдать ему конверт и вкладку диска. Несмотря на то, что нас вроде как связывали приятельские отношения, людям, вернее, в их порядочность, Димастый не верил совершенно. Ты мог быть стопроцентно безупречным и щепетильным в финансовых вопросах, но Димастый всегда вёл дела так, как это было удобно и выгодно только ему. Или вообще их не вёл, руководствуясь придуманной им же самим истиной: сомневаешься — не делай.
Через пару дней Димастый позвонил знакомому брата, тому самому, кто занимался пластинками и мы вместе с ним потащились куда-то в Свиблово. По пути нам попались наши бывшие одноклассники, которые планировали закупиться алкоголем и собирались нехитро провести время на какой-нибудь лестничной клетке, подрывая здоровье сигаретами и выпивкой. Но мне — серьезному и целеустремленному металлисту — с такими персонажами было не по пути, о чем я тихо сказал Димастому и он охотно со мной согласился. И с чрезвычайно серьезным лицом заявил одноклассникам, что бизнес превыше всего и нас ждет одно неотложное дело. Так что, извините, но не сбивайте нас с пути истинного, пейте и курите без нас, а мы собираемся make money. То есть делать деньги.
— Если кому «Металлика» новая нужна — звоните, — добавил он, после чего мы, ощущая себя крутыми бизнесменами, гордо удалились, оставив неудачников за кормой. Мы действительно так тогда считали: нормальные люди занимаются серьезным бизнесом, а неудачники курят на лестничных клетках, впустую убивая здоровье и время.
Весь неблизкий путь до Свиблово мы с Димастым говорили о «Металлике», признавшись друг другу, что это самая лучшая группа всех времен и народов и что даже страшно представить, какие она в дальнейшем сделает альбомы, если «Master of puppets» иначе как шедевром назвать нельзя. Неужели что-то может быть лучше и круче?
Ответ на этот вопрос мы узнали буквально через несколько минут, когда доехали до пункта назначения, то есть до знакомого брата Димастого, которого мы не сговариваясь стали между собой называть «Пластиночником».
