Цитаты со словом «назваться»

И пусть будет потерян для нас тот день, когда ни разу не плясали мы! И пусть ложной назовется у нас всякая идея, у которой не было смеха!

Назвался гвоздем — полезай в пузо.

Обычно у нас признают писателя после смерти. Мертвого почитать легко. Он уже не соперник. Можно даже назваться его другом, рассказывать каким он был тружеником и делать прибыль на его так и не изданных произведениях.

nullОтец мой, малоземельный помещик Исмаил Ага Али Казах-оглы Шихлинский, происходил из героического рода, ведущего свое начало с 1537 года. Наш предок Агдолаг Мамед Ага прибыл в Казахский район из Шамкира (Шамхора). У него было два сына, старший Шыхы - человек очень разумный и спокойный и младший — Али Казах, доблестный, но дикий. Я происхожу от Али Казаха. Старшая линия, потомки Шыхы впоследствии переселились на 30 верст, по течению Куры, ближе к Тифлису, и там стали владельцами трех деревень, получивших общее название Шихлы. Младшая линия Али Казаха до сих пор остается на старом месте. Старшая линия приняла фамилию Шихи-заде, а мы, младшие, назвались Али Казах-оглы. После добровольного вхождения Азербайджана в состав России многие местные люди переделали свои фамилии на русский лад, и обе наши линии объединились под общей фамилией Шихлинских… Отец мой был человеком известным не только в уезде, но и в губернии. Мы, его дети, начиная от первого и кончая мной, одиннадцатым по счёту, питая к нему глубокое уважение, в то же время знали, что в семье настоящей главой является мать, отличавшаяся умом и великим спокойствием. Отец был человеком горячего темперамента, и мать умела его всегда остужать.

 — Как его зовут?  — Кого, пса? У него нет имени. Мы с женой никак не договоримся, как его назвать. Мы зовем его «Эй», или «Пёс», или просто свистим. Это безразлично, он всё равно не идёт, как его ни зови.

Кто говорит от имени бога, должен сначала предъявить верительные грамоты.

Скрой то, что говоришь сам, узнай то, что говорят другие и станешь подлинным князем.

Никогда не следует доверять женщине, которая называет вам свой возраст. Женщина, сказавшая это, может рассказать что угодно.

Бойтесь людей, взявшихся говорить от имени богов.

Будущее полно надежд, но отчество их неизвестно.

Самый тяжелый мой грех - то, что я разрешил остаться в Чалдыране Бахрузе-ханым и матери моего наследника Тахмаса Мирзы Таджлы-бейим. Обе они сражались в мужском одеянии. Обеих их, оказывается, позвали битвы во имя славы Родины.

Я приехала в Голливуд, не вставив новых зубов, не поменяв форму носа и не сменив имени. Это делает мне честь.

- Интересно, он может в паспорте поставить автограф? – спросил поклонник группы у своей спутницы.

Не говори ничего дурного о ком-либо, если точно не знаешь этого, а если и знаешь, то спроси себя: почему я это говорю?

— Будьте любезны указать нам (ригеллианцам), где это сказано, что евреи обязаны быть людьми. Назовите авторитетный источник, приведите цитату.

Можете простить ваших врагов, но не забывайте их имена.

«Второй конец света» был номинирован на «Хьюго», но проиграл роману «Чужак в чужой стране» — какого-то американского писателя, фамилию которого я забыл.

Солдатом надо быть во имя отчизны или из любви к делу, за которое идешь в бой. Без цели служить сегодня здесь, а завтра там — значит быть подручным мясника, не более.

Друзья! Я не называю вас леди и джентльменами, потому что я вас хорошо знаю.

Поскольку почти все мои родственники – журналисты, я считаю себя вправе шутить с репортерами о том, что знаю, какие они козлы.

Когда один из тевтонских вождей вызвал Мария на поединок, этот герой ответил: «если тебе надоела жизнь, можешь повеситься» и предложил ему подраться с одним знаменитым гладиатором.

Пусть человеку нет никакой выгоды лгать — это ещё не значит, что он будет говорить правду: лгут просто во имя лжи.

На прощание Берс обозвал меня антисемитом, но сказал, что надеется ещё со мной встретиться. Думаю, однако, что этого не произойдет. Поездки за границу надоели мне, а к нам в страну Берс вряд ли приедет.

Не спрашивайте, что ваша страна может сделать для вас, спрашивайте, что вы можете сделать для своей страны.

Недавно в Самаре подошли ребята, попросили автограф, а потом спросили: «Вы ведь «УмаТурман»?» Я сказал «да», зачем портить людям настроение?

Не спрашивай друзей о своих недостатках — друзья о них умолчат. Лучше узнай, что говорят о тебе враги.

Не всякую правду сказать можно: об одной умолчи ради себя, о другой — ради другого.

Когда Фридриху Великому предлагали личного врача, он неизменно спрашивал: «А у него кладбище уже полное?»

Можно называть сразу двух людей своими любимыми. Ровно до тех пор, пока один из них не окажется в курсе дел.

Нам говорят: надо жить. А зачем, объяснил бы кто.

Лас-Вегас, как известно, единственное место, где деньги на самом деле говорят – они говорят :"До свидания".

Нет людей более щепетильных в вопросах чести, чем те, которые домогаются ее, вовсе не имея.

Есть три рода невежества: совсем не знать ничего; знать дурно то, что все знают; знать не то, что следует знать.

Каждый человек неизвестно зачем родится, но должен он сделать какое-нибудь дело, хоть один поступок, который объяснил бы всю его жизнь, зачем он жил.

Быть влюбленным — значит принадлежать к сообществу тех, к кому судьба надумала отнестись с особым вниманием.

Те, кто говорит, что известность, слава тяготят, как минимум лукавят. Это очень приятно, когда тебя узнают, приглашают, подходят к тебе на улице.

Я ношу фамилию Ганди. Это обязывает.

О живых следует говорить уважительно; о мертвых – только правду.

Если старый человек говорит о своём пожилом возрасте как о чём-то необычном, то это значит, что иного повода для гордости у него нет.

Я не знаю ни одного американского джентльмена. Да простит меня Бог, что я употребил эти два слова вместе.

Доброе и имя есть принадлежность каждого честного человека , но я заключил доброе имя в славе моего Отечества , и все деяния мои клонились к его благоденствию.

... Ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам бог ее дал.

Беда, если про вас напишут в печати! Худо, если раскритикуют, – это каждому ясно. Но вы покаетесь, и вас простят. А вот если похвалят вас, о, тут найдутся люди, которые никогда вам этого не простят.

...я, разумеется, не отвечаю за свою судьбу.

Бродяга — человек, которого называли бы туристом, будь у него деньги.

Первый закон искусства: если тебе нечего сказать — молчи. Если тебе есть что сказать — скажи и не лги.

Дайте мне взглянуть правде в лицо. Расскажите мне, какое лицо у правды.