Христианин

  • Христиани́н — человек, исповедующий христианство. Большинство христиан не сомневаются в историчности Иисуса Христа, признавая Его Мессией, Сыном Божиим, Богом и Спасителем человечества.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Иудаизм и христианство Статья излагает историю взаимодействия двух религий, а также воззрения их авторитетных деятелей друг на друга...
На протяжении истории христианства, церковь и христиане критикуются как со стороны представителей других религий, так и атеистами и агностиками. Часть критики непосредственно касается христианской веры, учения и толкования Священного Писания. Ответ со стороны христиан на такую критику называется христианской апологетикой. Несколько областей критики включают некоторые претензии к самому Писанию, этике библейских толкований, которые исторически были использованы для оправдания определённых отношений...
Антитринитари́зм (от лат. anti «против» + trinitas «троица») — общее название течений в христианстве, основанных на вере в Единого Бога и отвергающих концепцию «триединства Бога» (Троицу). Другими словами, сторонники антитринитаризма («антитринитарии» или «унитарии») не принимают тринитарный догмат о трёх «неслиянных и равноправных» личностях (лицах, ипостасях) Бога — Отце, Сыне и Святом Духе. Первоначальная формулировка этого догмата была утверждена на Первом Никейском соборе (325 год), позднее...
В авраамических религиях, данный термин со ссылкой на Бога, встречается во фразе «богоизбранный народ».

Подробнее: Избранный народ
Христадельфиане — христианская унитарная конфессия, сформировавшаяся в XIX столетии в Великобритании и США. Фактически, в своем создании и развитии ориентируется на ряд раннехристианских течений.

Упоминания в литературе

Но это ложное противопоставление. Как бы ни понимали Коран комментаторы, возможно, там нет предписаний всегда применять насилие против неверных, но речь идет о войне против отдельных арабских кланов или группировок VII века н. э. В то же время многие поколения христиан и иудеев с легкостью прилагали повеления Библии к своей эпохе. Хотя самые жестокие слова Библии относятся к древним народам, которых ныне в качестве самостоятельных этнических групп не существует, – к амалекитянам или ханаанеям, – множество позднейших комментаторов, христиан и иудеев, с легкостью распространяли эти проклятия на другие расы и народы.
Зачастую гораздо важнее оказываются ритуалы, как в конфуцианстве. Или предания, как в религии йоруба. Многие иудеи не верят в Бога, индуисты всего мира прекрасно обходятся без Символа веры. Когда речь заходит о религии, мы подразумеваем то, что делаем, гораздо чаще, чем-то, что думаем. Разумеется, среди посетителей церкви есть и те, кто крестит детей и принимает хлеб и вино причастия, особо не задумываясь, что все это означает, однако «быть христианином» означает, как правило, заботу о вере и убеждениях. Наиболее существенные расколы в истории христианства были в значительной степени спровоцированы богословскими разногласиями, и вплоть до недавних времен христиане без каких-либо колебаний брались искоренять ересь – к примеру, создавая такие институты, как инквизиция. Сегодня платой за прием в христианскую семью продолжает оставаться скорее ортодоксия («правильное учение»), чем ортопраксия («правильные действия»). Никейский Символ веры начинается словом «верую», и последующей парой сотен слов христиане всего мира резюмируют общую для них веру.
Существует множество богословских исследований о том, какой же на самом деле была жизнь первых христиан, первых святых. Тщательно прочитаны древние рукописи, принадлежащие жившим в то время писателям, часть из них переведена на современные европейские языки и доступна для чтения как фрагмент в исследовании на данную тему, или как отдельное издание, что встречается значительно реже. Однако думается, что основные сведения об образе жизни первых христиан есть в «Книге Деяний», и стоит внимательно ее прочитать, тогда возникает впечатление ясное и законченное. Нужно только пояснить, что почти все жившие в Иерусалиме ученики Христовы были по вере иудеями, и оттого в первых общинах последователей нового учения так ощутим привкус иудейства. Многие из иудейских обычаев (например, соблюдение покоя в субботу) сохранялись и последователями Христа.
Основными источниками, по которым можно характеризовать порядок, состав внутренней жизни общин первых христиан, являются «Деяния апостолов» – новозаветные послания, авторы которых, как считала церковь, – ученики Иисуса, а также апостола Павла, который его учеником не был. Согласно преданию, Павел был римским гражданином из малазийского города Тарсы. Сначала он являлся сторонником ортодоксального иудаизма, а впоследствии – ревностным проповедником христианства. Оснований для сомнения в историчности Павла нет. Его учение имело большое влияние на развитие новой религии.
И в этом смысле первым Свидетелем был для христиан Сам Иисус Христос[4], а после его смерти – двенадцать апостолов, миссией которых было подтверждение перед миром истинности слов Учителя, его Божественности и вознесения. Вслед за ними свидетелями становились все обращенные в христианство. Быть христианином предполагало готовность к подтверждению своей веры перед лицом враждебного общества и государства, что в условиях преследований означало готовность принять смерть. Мученическая смерть начинает рассматриваться как высшая форма служения веры. Слово «мученик» приобретает специфический смысл «погибший за веру» и входит в латинский язык и затем в европейские языки именно в своем новом значении.

Связанные понятия (продолжение)

Пятидеся́тники (англ. Pentecostalism) — евангельские христиане, последователи Всемирного пятидесятнического братства, на сегодняшний день самого многочисленного из всех направлений протестантизма. На территории России для отличия от евангельских христиан (прохановцев), по учению более близких к баптизму, предпочитали называться Христианами веры евангельской — ХВЕ или Христианами евангельской веры — ХЕВ, в настоящий момент это название является составной частью названия конфессий данного направления...
Мормони́зм (см. также Движение святых последних дней) — обобщённое название религиозной культуры, возникшей в результате распространения и развития Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (ЦИХСПД, ЦСПД или СПД), созданной в первой половине XIX века Джозефом Смитом в США.
Ката́ры (греч. καθαρός — чистый) — еретическая христианская секта, достигшая расцвета в западной Европе в XII и XIII веках. Катары исповедовали нео-манихейскую дуалистическую концепцию о двух равных принципах мироздания, до́бром и злом, причём материальный мир рассматривался как зло. Схожие взгляды исповедовали на Балканах и Ближнем Востоке средневековые религиозные секты павликиан и богумилов; катары были тесно с ними связаны.
Эбиони́ты (эвиониты, евиониты) — иудействующие христиане, продолжавшие придерживаться Моисеева закона (обрезания, соблюдения субботы, постановлений относительно пищи — кашрута). Название произошло от ивр. ‏אביונים‏‎ «эвьони́м» — бедняки, нищие. Тертуллиан ошибочно предполагал, что название происходит от имени основателя этого учения Эбиона. Эта версия сейчас считается неверной. Возможная дата появления эбионитов относится к 70‑м годам I века, в IV—VII веке они исчезли.
В истории христианства много примеров как проявлений антисемитских настроений, так и осуждения антисемитизма со стороны деятелей христианства.

Подробнее: Христианство и антисемитизм
Адопционисты, динамические монархиане (от лат. adoptio — «усыновлять») — последователи антитринитарианской доктрины, отрицающие божественную сущность Иисуса Христа, считая его человеком, усыновлённым Богом при крещении.
Глоссола́лия в христианстве — необычное явление «говорения на языках», возникшее в Первоапостольской церкви и получившее «второе рождение» и широкое распространение в различных христианских церквях и деноминациях с начала 20-го века. С этого времени (чаще всего указывается 1906 год) вопрос «говорения на иных языках» начал вызывать живой интерес, обсуждение и разногласия среди широких кругов христианства. Во многих церквях споры по поводу отношения к данному феномену даже привели к расколу. На сегодняшний...
Иудеохристиа́нство — совокупное наименование различных неортодоксальных течений, вышедших из среды евреев-христиан на рубеже I и II веков. Согласно Новому Завету, к иудеохристианам относилась первоапостольская община.
Вавилон великий (др.-греч. Βαβυλὼν ἡ μεγάλη) — иносказательное выражение из книги Откровения Иоанна Богослова. Вавилон великий связан с образом Вавилонской блудницы и получил у богословов различные толкования.
Авраами́ческие (аврамистические) рели́гии — монотеистические религии, происходящие из древней традиции, восходящей к легендарному патриарху семитских племён Аврааму. Согласно Пятикнижию Моисееву, он заключил завет с Богом, который определяется как «Бог Авраама». Все авраамические религии в той или иной мере признают Священное Писание, включающее в себя Пятикнижие Моисеево..
«О евреях и их лжи» (нем. Von den Juden und ihren Lügen) — памфлет против евреев, написанный в 1543 году Мартином Лютером и опубликованный в Виттенберге. Памфлет состоит из 394-х пронумерованных отрезков и разделён на четыре части. По объёму работа соответствует примерно 85 страницам формата А4.
Наго́рная про́поведь — собрание изречений Иисуса Христа в Евангелии от Матфея, преимущественно отражающих моральное учение Христа. В главах с 5 по 7 Евангелия от Матфея повествуется о том, что Иисус произнёс эту проповедь (около 30 года н. э.) на склоне горы своим ученикам и толпе людей. Исследователи Евангелия от Матфея выделяют в этом Евангелии в учении Иисуса Христа пять частей, Нагорная проповедь из них первая. Другие касаются учеников Христа, Церкви, Царствия Небесного, а также жёсткое осуждение...
«Слово о законе и благодати» (полное название: «О Законе, через Моисея данном, и о Благодати и Истине через Иисуса Христа явленной, и как Закон отошел, (а) Благодать и Истина всю землю наполнили, и вера на все народы распространилась, и до нашего народа русского (дошла). И похвала князю нашему Владимиру, которым мы крещены были. И молитва к Богу от всей земли нашей», др.-рус. О законѣ мωѵсѣомъ данѣѣмъ, и ω благодѣти и истинѣ исоусомъ христъмъ бывшϊи. И како законъ ѿтиде, благодѣть же и истина всю...
Библейские пророчества — записанные в Библии предсказания каких-либо событий, данные от имени Бога, произнесённые особыми личностями, пророками, и предназначенные для других людей. В широком смысле слова пророчеством в Библии считают не только предсказание будущего, но и любое изложение истины, переданное Богом людям через пророков (обличения, наставления). Библия содержит также упоминания о предсказаниях будущего, исходящих от лжепророков. Ложные предсказания в Библии назывались ещё «прорицаниями...
О напитке см. Фарисей (напиток)Фарисе́и (ивр. ‏פְּרוּשִׁים‏‎, перушим, прушим) — религиозно-общественное течение в Иудее в эпоху Второго Храма, одна из трёх древнееврейских философских школ, возникших в эпоху расцвета Маккавеев (II в. до н. э.), хотя возникновение фарисейского учения может быть отнесено к времени Ездры.

Подробнее: Фарисеи
Жертвоприношение Исаака (ивр. ‏עֲקֵדָת יצחק‏‎ букв. «связывание Ицхака») — попытка приношения Исаака в жертву Богу Авраамом.
Сообщество Христа (англ. Community of Christ, в 1872—2001 известно как Реорганизованная церковь Иисуса Христа Святых последних дней, Reorganized Church of Jesus Christ of Latter Day Saints, RLDS) — международная религиозная организация со штаб-квартирой в США. По мнению сторонников, основана в апреле 1830. Официальная миссия церкви звучит следующим образом: «свидетельствовать об Иисусе Христе и поддерживать в обществе радость, надежду, любовь и мир». Сообщается приблизительно о 250 тыс. адептов в...
История христианства в Римской империи охватывает период от зарождения христианства в первой половине I века до распада Западной Римской империи. В течение II века христианство распространилось практически по всей Римской империи, во II веке появилась обширная апологетическая литература, а также послания и сочинения авторитетных христианских авторов.
Имеробапти́сты или имеровапти́сты или гемеробапти́сты (др.-евр. טובלי שחדית — «товлей шахарит» (буквально с древневрейского — «окунающиеся на заре»); др.-греч. ἡμεροβαπτισταί, ἡμιροβαπτισταί от др.-греч. ἡμέρα — «день» + др.-греч. βαπτίζω — «погружать, окунать, креститься»; лат. hemerobaptistas) или бапти́сты (др.-греч. βαπτισταί) — религиозное течение в иудаизме.
Малёванцы — группа духовных христиан, течение в баптизме, возникшее в Российской империи в конце 80-х годов XIX века и распространённое, в основном, в Киевской, Херсонской и Минской губерниях. Течение вышло из штундо-баптизма, однако, несмотря на свой рационалистический характер, приобрело чёткие мистические черты, и в этом отношении приближается к хлыстам. Получило своё название по имени основателя и главы Кондратия Алексеевича Малёванного.
Восхищение Церкви (др.-греч. ἅρπασμα, буквально «похищение», «захват», англ. Rapture) — термин в христианской эсхатологии, распространённый в протестантской среде (особенно среди баптистских, пятидесятнических и других церквей, ощутивших влияние диспенсационализма). Под «восхищением» подразумевают вознесение Церкви для её встречи с Иисусом Христом перед Его Вторым пришествием. Значительная часть протестантов считает, что Восхищение Церкви и Второе пришествие Иисуса Христа для суда над миром — два...
Про́поведь в широком смысле — выражение или распространение каких-либо идей, знаний, истин, учений или верований, которое осуществляет их убеждённый сторонник.
Число́ зве́ря — особое число, упоминаемое в Библии, под которым скрыто имя зверя Апокалипсиса — персонажа последней книги Нового Завета (Откровение Иоанна Богослова, или Апокалипсис), значение имени ставленника Сатаны. Число зверя равно 666. Число 666 — очень часто используемый элемент сатанинской атрибутики, наряду с перевёрнутым крестом и перевёрнутой пентаграммой.
Премилленаризм в христианской эсхатологии — это вера в то, что пришествие Христа будет предшествовать Тысячелетнему царству, «периоду торжества правды Божьей на земле», в котором Иисус Христос и христиане будут править миром на протяжении 1000 лет. Премилленаризм основан на буквальном толковании 20-й главы Откровений Иоанна Богослова в Новом Завете, в которой упоминается царствование Христа в течение тысячи лет.Премилленаризм разделяется не всеми христианами. В настоящее время премилленаризм получил...
Богоносец (богонос, богоноша; др.-греч. — Θεοφόρος) — человек носящий в себе Бога, непосредственно выражающий идею Бога и выполняющий великую религиозную миссию. Ранее на Руси богоносцами также называли тех верующих, кто носит иконы на Святой неделе и в крестных ходах или же собирающих подаяние на церковь с иконою на груди.
Манихе́йство или манихеи́зм (греч. Μανιχαϊσμός, кит. трад. 摩尼教, пиньинь: móníjiào) — синкретическое религиозное учение, возникшее в III веке в государстве Сасанидов (на территории современного Ирака). Названо по имени своего основателя — Мани с добавлением эпитета «живой» (сир. ܡܐܢܝ ܚܝܐ, Mānī ḥayyā’). Учение Мани было составлено в основном из христианско-гностических представлений, опиравшихся на специфическое понимание Библии, однако со временем впитало большое число заимствований из других религий...
Филио́кве (лат. Filioque — «и Сына») — добавление к латинскому переводу Никео-Константинопольского символа веры, принятое Западной (Римской) церковью в XI веке в догмате о Троице: об исхождении Святого Духа не только от Бога-Отца, но «от Отца и Сына». Стало одним из поводов для разделения Вселенской Церкви.
Теология замещения, Суперсессионизм (англ. Supersessionism, от англ. «supersession») — условное название экклезиологической концепции в рамках христианской теологии, согласно которым Новозаветная Церковь, как сообщество избранных, заменила собой Израиль, как избранный народ; и все обетования, адресованные в Библии евреям, после заключения Нового Завета адресованы христианам. Основанием для замещения стало предание Мессии — Иисуса Христа евреями на распятие и отречение от Него, вследствие чего Ветхий...
Движение Веры (также известное, как движение Слово Веры, Церкви Веры) представляет собой группу протестантских проповедников и примыкающие к ним протестантские церковные общины, которые либо не принадлежат к общеизвестным деноминациям, либо образуют независимые союзы из своих церковных общин. Своё название получили благодаря ударению на учение о вере в своих проповедях.
Зороастри́зм (авест. vahvī- daēnā- māzdayasna- — «Благая вера почитания Мудрого», перс. «بهدین»‎ — behdin, «Благая вера») — одна из древнейших религий, берущая начало в откровении пророка Спитамы Заратустры (перс. زرتشت‎, «Зартошт»; древнегреческая — Ζωροάστρης, «Зороа́стрэс»), полученном им от бога — Ахура Мазды. В основе учения Заратустры — свободный нравственный выбор человеком благих мыслей, благих слов и благих деяний. В древности и в раннем средневековье зороастризм был распространён преимущественно...
Анти́христ (др.-греч. Αντίχριστος, где приставка Αντί может означать либо того, кто должен прийти вместо Христа (Мессии), либо того, кто противостоит Христу) — описанный в христианской эсхатологии человек, противник Иисуса Христа, выдающий себя за Мессию (Мф. 24:4), но имеющий злую сущность (2Фес. 2:8).
Диспенсационали́зм (англ. dispensation — распределение, период) — совокупность теологических представлений в христианстве, рассматривающих исторический процесс как последовательное распределение божественного Откровения по периодам, каждому из которых соответствует особый тип договорных отношений человечества с Богом.
Приступая к изложению общих принципов вероучений раннего христианства, необходимо указать, что уже изначально христианство не было абсолютно монолитным, в нём наблюдались различные течения. Отголоски некоторых дискуссий среди христиан можно заметить уже в апостольских посланиях.

Подробнее: Философия раннего христианства
Еговисты-ильинцы (Иеговисты-ильинцы, субботники, Десное братство) — религиозная организация хилиастического и дуалистического характера, основанная в России в 1840-х годах капитаном артиллерии Николаем Сазонтовичем Ильиным (1809—1890), и имевшая своих последователей на Урале, в Средней Азии, на Кавказе и Украине. Возникнув в целом в русле иудео-христианской традиции, отрицают всякую связь с современным иудаизмом и христианством.
Мормо́ны (англ. Mormons, ед. ч. мормо́н — Mormon) — религиозная и культурная группа, относящаяся к мормонизму, главной ветви движения Святых последних дней реставрационистского христианства, созданной религиозным деятелем Джозефом Смитом-младшим в северной части штата Нью-Йорк в 20-х годах XIX века. Термин является заимствованием из Книги Мормона — Священного Писания, которое используется мормонами вместе с Библией. «Книга Мормона» была продиктована Джозефом Смитом-младшим, утверждавшим, что это...
Второ́е прише́ствие Иисуса Христа — событие, ожидаемое во всех христианских конфессиях, предвозвещённое в Новом Завете. Одно из догматических положений Церкви, зафиксированное в Никео-Цареградском Символе веры, в его 7-м члене: .
Христиа́нство (от греч. Χριστός — «Пома́занник», «Месси́я») — авраамическая мировая религия, основанная на жизни и учении Иисуса Христа, описанных в Новом Завете. Христиане верят, что Иисус из Назарета есть Мессия, Сын Божий и Спаситель человечества. Христиане не сомневаются в историчности Иисуса Христа.
«Церко́вная исто́рия наро́да а́нглов» (лат. Historia ecclesiastica gentis Anglorum) — главный труд англосаксонского историка и богослова Беды Достопочтенного, посвящённый истории христианской церкви в древней Англии, конфликту между римским и кельтским христианством. Хронологически изложение охватывает период от римского вторжения в Британию 55 года до н. э. до 731 года (в некоторых поздних рукописях события доведены до 766 года); наиболее подробное связное изложение касается событий 596—705 годов...
«Дети бога» (также известны как «Семья любви», «Семья», «Христианская миссия „Семья“», «Дети Божии», «Дети», «Служители христианской семьи», «Международная миссионерская служба», «Небесная магия», «Всемирное служение», «Киди-Види», «Поющие стрелы», «Союз независимых христианских миссионерских общин», «Министерство любви», а с некоторых пор и как «Семья интернациональная») — новое религиозное движение (секта), появившееся в 1968 году в местечке Хантингтон-Бич (штат Калифорния, США) и определяемое...
Самисе́и или сампсе́и (др.-греч. Σαμψαῖοι; лат. Sampsaei; ст.‑слав. Самописанє) или Елкезаиты, или Елкесе́и (др.-греч. Ἐλκεσαῖοι; лат. Elcesaei; ст.‑слав. Оликєсєи) — религиозная группа, учение которых представляло смесь из элементов иудаизма и христианства. Данная секта описана Епифанием Кипрским в книге «Панарион».
Зарождение христианства — процесс формирования религиозной доктрины христианства на основе учения Иисуса Христа и его учеников.
Месси́я (от ивр. ‏מָשִׁיחַ‏‎, маши́ах; др.-греч. Χριστός, христо́с) — буквально «пома́занник». Помазание оливковым маслом (елеем) было частью церемонии, проводившейся в древности при возведении монархов на престол и посвящении священников в сан.
Вели́кая скорбь (др.-греч. θλίψις μεγάλη) — понятие в христианской эсхатологии, означающее время бесконечного горя и жестоких страданий человечества. Великая скорбь описана как в «апокалиптических» главах Евангелий (Мф. 24:1-51, Мк. 13:1-37), так и в книге Откровение (Откр. 2:22, Откр. 7:14).
Хилиа́зм (от греч. χῑλιάς «тысяча»), или милленари́зм (от лат. mille «тысяча» + лат. annus «год») — богословское понятие (теория), представления в рамках христианской эсхатологии о «периоде торжества правды Божьей на земле», в котором Иисус Христос и христиане будут править миром на протяжении 1000 лет.

Упоминания в литературе (продолжение)

Иисус был царственным мессией из рода Давида, и его сторонники были иудеями, народом Иисуса, а не христианами, как мы теперь понимаем это слово. Ничего в словах или действиях их учителя, в его учениях и в священных писаниях – которые они, как все набожные иудеи своего времени, особенно ессеи, глубоко изучили – не давало причин думать иначе. Согласно Аристиду, одному из первых апологетов христианства, вероисповедание первых иерусалимских «христиан» было даже более монотеистическим, чем вероисповедание иудеев. В конце концов, брат Иисуса, Иаков Праведный, был первосвященником, которому позволили входить в Святая святых Иерусалимского храма. Иисус и Иаков, как и их предполагаемый кузен Иоанн Креститель, были левитами по материнской линии.
Чем живее пробуждалось у лучших арабов религиозное сознание, тем менее могли они удовлетворяться отвлеченным понятием единобожия без всякой конкретной формы, определяющей отношение человека к Богу. Религиозное миросозерцание семитов, кроме монотеистической идеи, издревле характеризовалось идеей пророка или посланника Божия, то есть человека, находящегося в особом личном отношении к Богу, получающего откровение свыше и становящегося посредником между Богом и людьми, которые через него получают священный закон и писание. Для арабов, как настоящих семитов, без посланника и книги нет настоящей религии. Поэтому те из ханифов, которые не кончали переходом в христианство, жили ожиданием нового пророка, который даст арабам то, что евреи получили от Моисея и христиане – от Иисуса Христа. Был, правда, еще выход. Связывая свою веру с Авраамом, можно было в нем видеть своего пророка. Но вера Авраамова была слишком обща; ее признавали и иудеи, и христиане, однако для образования их религий нужны были кроме Авраама и его веры еще особые посланники и особые откровения. К тому же Авраам не оставил по себе книги. А книга была так необходима для религиозного сознания арабов, что многие ханифы, за неимением подлинных писаний Авраама, добывали и переводили с халдейского языка на арабский распространенные в Сирии и Месопотамии апокрифические Авраамовы свитки (сохоф), принадлежавшие, по всей вероятности, к священной литературе сабиев (крестильников), упоминаемых и в Коране. Но эти чужеземные апокрифы и по происхождению, и по характеру своему могли только поддерживать, но не удовлетворять религиозную потребность ханифов, и ожидание нового откровения осталось в силе среди избранных умов Аравии.
Первый – это отсылка к подлиннику Писания, а не к философским построениям более поздних авторитетов. Надо сказать, что христианство начиналось именно с таких ссылок на Ветхий Завет, которыми совершенно естественным образом полны Евангелия. Для мусульман было важно, что написано в Ветхом и Новом Заветах и что говорил сам Иисус, а не отцы церкви, слово которых христиане принимали на веру так же, как само слово Писания. Мусульмане, со своей стороны, понимали, что мусульманские богословские авторитеты не могут явиться авторитетами для другой религии, и безо всяких ссылок на них утверждали, что сами Евангелия не дают никакой аргументации в пользу Божественности Иисуса и, следовательно, в пользу идеи Троицы. Более того, мусульмане верили Корану, где говорится, что отдельные христиане и иудеи нарочно исказили собственное Священное писание по неким причинам политического свойства:
В наше время апостолов Христа нет. Мы уже видели, в каком узком смысле этот термин используется в Новом Завете. Евангелие полностью было составлено апостолами и вручено церкви для передачи последующим поколениям. Любая церковь, где бы и когда она ни возникла, должна строить свою деятельность на догмах Нового Завета. Церковь утверждается «на основании Апостолов и пророков» (Еф. 2:20). Другого Евангелия не существует. И не может быть никакого нового Евангелия. Апостолов Христа в наше время нет, но есть проповедники и учителя, мужчины и женщины, призванные Богом посвятить жизнь делу проповеди Евангелия и обучению его канонам. В богословских кругах принято четко различать смысл слов kirygma (что означает «проповедовать») и didachi (что означает «учить»). При этом подразумевается, что слово kirygma выражает саму суть благовестил о Христе распятом и воскресшем, а также призыв раскаяться и уверовать, а слово didachi означает тот процесс обучения, который происходит после обращения. Но, разграничивая эти два вида религиозной деятельности, нельзя впадать в крайности и забывать, что они также связаны и неразделимы. Важно то, что оба слова неразрывны с текстом Евангелия, поскольку kirygma провозглашает его суть, a didachi содержит в себе великие доктрины и указывает на нормы поведения христиан.
Кажется, Церковь все же не была для него, как для Лопухина, только внешним прикрытием ордена[414]. Как бы «вольно» ни понимал он христианство, масонские пассажи в стиле «Духовного рыцаря» у него не встречаются. Именно Христос и христианство были для него вершиной и философии, и богословия. «Христианство, сохраненное чрез свидетельство Ветхого Завета, соединяет все веки» [415], – пишет он, однако и здесь настаивает на универсальности христианства не только в том смысле, что истинные философы древности могли быть «христианами до Христа», но что и ныне среди не ведающих Христа могут быть «истинные христиане». Ведь сказано, что Бог желает спасения всем человекам, стало быть, и для таковых Он – Спаситель, хотя и в первую очередь для верных, но «поелику Христа есть очистительная жертва за грехи мира, то нельзя в сем смысле отвергать всеобщности…»[416] Как видно, здесь также ставится вопрос об истинном христианстве[417], однако ответ на вопрос – ubi ecclesia? – остается неопределенно широким: «Христос не требовал, чтобы все право мыслили, но чтобы право поступали»[418].
Кроме этих основных черт, мы находим у «трех Богословов» и другие, более частные черты сходства. Если в 10-й главе Евангелия от Иоанна нарисован прекрасный образ доброго пастыря, знающего своих овец и полагающего за них душу свою (Ин. 10:1-14), то и Григорий Богослов, и в особенности преп. Симеон также прекрасно изображают нам идеал пастыря, высоту и ответственность пастырского служения[232]. О тесной связи богословской системы Симеона с богословием сына громова (Мк. 3:17) говорит еще их одинаково настойчивое учение о любви как о важнейшей для христианина заповеди, являющейся необходимым условием жизни в Боге[233], неоднократно восхваляемой Симеоном в качестве главы добродетелей, госпожи и царицы их[234]. О той же связи Нового Богослова с новозаветным Тайнозрителем свидетельствует частое цитирование первым последнего и постоянное заимствование им своих излюбленных идей у Иоанна Богослова[235]. Что касается до отношения Григория Богослова к возлюбленному Апостолу, то здесь еще раз следует указать на то, что как у евангелиста Иоанна ключом богословия является учение о воплощении Бога Слова[236], так и у Григория Назианзина его мысль в особенности обращена была к Предвечному Слову[237]. А близость между Григорием Богословом и преп. Симеоном, кроме всего вышесказанного, видна из того еще, что Новый Богослов с особенной любовью и чаще всех других отцов цитирует великого каппадокийца[238]. О ней говорит и то обстоятельство, что оба святых отца, как поэтически одаренные натуры, писали стихи и, таким образом, были не только богословами-проповедниками, но в то же время и христианскими поэтами[239].
Согласно большинству свидетельств, крест как орудие спасения мира Иисусом Христом был предметом величайшего чествования у христиан с самого основания Церкви. Отцы Церкви говорят об этом чествовании как об апостольском предании, то есть той традиции, начало которой положили сами апостолы – люди, бывшие первыми учениками Христа. В первые три века оно относится к области disciplinae arcani («тайное учение», или «учение тайны»), то есть к кругу тех христианских верований и обрядов, которые хранились в тайне от язычников. Причинами этой закрытости были, во-первых, религиозный плюрализм языческого общества, в котором признавалась любая религия и разрешалось следование сразу нескольким традициям, и, во-вторых, необходимость поклоняться божественному кесарю, чего христиане, конечно, не делали.
Представление о блаженной посмертной участи человека крайне важно для понимания содержания той или иной религии, и тем удивительнее, что исследователи, как правило, обходят его вниманием, тогда как это основной нерв религии, без него лишается смысла все остальное: если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков (1 Кор. 15, 19). И в исламе именно этим обусловлено то, что в Коране практически нет ни одной суры, которая не упоминала бы о «садах услады». Представление о рае, как лакмусовая бумажка, выявляет саму сущность религиозных представлений; оно тесно связано с представлением о Боге и человеке, о зле и добродетели, о самом мире. Так что и различия в каждом из этих пунктов в учении той или иной религии отражаются и фокусируются в образе будущей жизни уверовавших. Христиане прекрасно понимают это, и потому желающий перейти из ислама в христианство должен в числе прочего отречься от мусульманского образа рая:
Языческое «жидоедство» в основном сводится к составлению родословий и выяснению, а чаще в ложном обвинении в наличии «жидовской крови» у разных исторических деятелей. Идеи, которые проповедовал или разделял человек, его дела в расчет не берутся, – все решают только «анализы», как в лаборатории. Языческий антисемитизм есть самый примитивный и самый выгодный для настоящего иудейства. Это, действительно, «зоологический подход», полностью игнорирующий духовную природу человека. Заметим, что в христианстве нет антисемитизма в собственном смысле этого слова, и вообще никакого «анти», так как оно занимается утверждением, а не отрицанием. В центре жизни христианина стоит Христос Богочеловек, вокруг которого и вращается жизнь верующего в Него. По отношению ко Христу он и оценивает разные явления жизни, в том числе другие религии и общественные движения. Так иудаизм для христианина – агрессивное, антихристианское учение, которое со времен распятия Христова неутомимо борется с Церковью и учением Христа. Поэтому без борьбы с христианством иудаизм существовать не может. Напротив, христианство, как имеющее в себе источник бытия – Бога, может существовать и без борьбы с кем-либо, без полемики. Этот важный принцип подчеркивает прей. Максим Исповедник, говоря, что добро не имеет нужды во зле для своего существования, напротив, зло не может существовать иначе, как борясь с добром, противопоставляя себя добру и паразитируя на нем.
Мы хотели бы обратить внимание читателя и на само название книги, которое владыка Николай дал своему непревзойденному комментарию, катехизису православной христианской веры, – «Вера образованных людей». Кто-то может спросить: «Разве Православие представляет собой веру только для образованных, разве оно не для всех? И разве существует одна вера для образованных, а другая для необразованных?» Ответ прост: таким названием автор хотел без непосредственной полемики ненавязчиво указать на одно роковое и очень распространенное, особенно в среде нецерковной интеллигенции, заблуждение, что Православие привлекательно только для «примитивных» и «необразованных», в то время как так называемые «образованные» могут и должны заниматься «современными системами» оккультно-магического или синкретическо-сектантского направления. Очень важна игра слов и тонкая ирония владыки, назвавшего свою книгу именно так, – для непосвященных она может остаться незамеченной: владыка Николай хотел сказать, что духовно и сущностно образованный человек не тот, кто более или менее начитан, не тот, кто в тщеславии копит знания, а тот, кто образован внутренне, всем сердцем, всем существом, кто сообразен образу Божиему, тот, кто христоподобен, преображен, обновлен, обожен. Исполненный благодатью человек – небесный человек уже здесь, на земле. В таком толковании наша вера, вера Церкви, вера святых апостолов и святых отцов, вера православных христиан, воистину – вера образованных людей.
У. – Место, на котором утверждается французский писатель, он сам и указывает в сочинении «О ересях», в книге III, главе III. Вот слова Иринея: «Всякая Церковь, то есть сущие повсюду верные люди, должны обращаться ради преимущественного первенства (propter potentiorem principalitatem) (δια το ε?αιρετον πρωτετον) к сей Церкви (то есть, как писатель говорит несколько выше, к Церкви, от двух славнейших апостолов Петра и Павла основанной и утвержденной в Риме), в которой повсеместными[41] христианами всегда сохранялось апостольское предание».
Иными словами, Павел утвердил постулат, согласно которому человек, который верит в Христа, будет христианином, кем бы он ни являлся по национальности, по социальному происхождению и т. д. Так что его, безусловно, можно считать реальным создателем христианства и наиболее выдающейся личностью общемирового масштаба за последние 2000 лет. Фактически рождением православия, которое исповедует большинство жителей нашей страны, мы обязаны Павлу, и надо четко это понимать. Ну и, наконец, собственно христианство, в готовом, если можно так выразиться, виде тоже пришло к нам на Русь с Ближнего Востока – из Византии.
Во-первых, они – святые. Если Павел называет их так, то это вовсе не означает, что он обращается к некоей духовной элите внутри церкви в Эфесе, некоему меньшинству на редкость святых христиан. Апостол имел в виду весь народ Божий. Они названы «святыми», так как были выделены, чтобы принадлежать Богу. Это выражение поначалу относилось к Израилю как к «народу святому», но впоследствии стало относиться ко всему межнациональному христианскому сообществу, Израилю Божьему (Гал. 6:16).
Среди всех творений свт. Григория Двоеслова, папы Римского, наибольшую известность и славу стяжали «Собеседования о жизни Италийских отцов и о бессмертии души» (или «Диалоги» – от этого названия он и получил свое прозвище Двоеслова, ибо так на славянский язык дословно переводили слово «диалог»). Они напитывали душу христиан многих поколений и различных стран: в далекой тогда Англии Беда Достопочтенный ссылается на «Диалоги» с таким же почтением, как и восточный подвижник блж. Иоанн Мосх. Полностью переведенные на греческий язык в VIII веке папой Захарией, они быстро стали известны всему православному миру[1]. Имеется большое количество рукописей славянского перевода «Собеседований»; самый древний из сохранившихся списков относится, вероятно, к XIV веку, хотя первые опыты переводов, возможно, были сделаны еще ранее, в Болгарии в X–XI веках[2]. Иногда это сочинение характеризуют как «популярную книгу», уподобляя ее творению блж. Августина «О граде Божием», «переписанному для простецов»[3], однако нельзя не учитывать того факта, что книга сия находила (и находит) доступ не только к сердцам «простецов», но и к сердцам христиан, отличавшихся самым изыс канным вкусом.
Первые группы христиан, численность которых, по данным Ренана, составляла от семи до двенадцати человек на каждую церковь, бесспорно принадлежали к беднейшим и наиболее невежественным классам. У них не было и не могло быть каких-либо понятий о высокофилософских доктринах платоников и гностиков, и, очевидно, так же мало они знали о своей собственной, только что созданной религии. Для тех, кто – как евреи – был раздавлен тиранической властью «закона» в том виде, в каком он был навязан им старейшинами синагог; и как язычники – всегда исключались (как до нынешнего времени это происходит с низшими классами в Индии) из религиозных мистерий – для всех них Бог евреев и «Отец», проповедуемый Иисусом, были одним и тем же.
Соломонов недоумевает, что же нынче мешает сближению двух народов, и преград не находит. «Христианская вера? – вопрошает он, и сам же отвечает: – Она есть не новая, а старая… – Антихрист? Пришествие его не отвергает и Синагога в той мысли, что он пребудет первым и последним. – Священные книги вообще? Они священны и для христиан. – Обряды? Они установлены церковью, как наши Синагогою. – Характер? Он украшен всеми качествами добродетелей. – Талмуд? Не только он своими последующими законоучителями, богословами и философами, но и сам Бог не даёт нам пред другими народами никакого права на преимущество». Забавно, что Христова вера характеризуется здесь как «старая». Если вспомнить, что христианство рассматривает себя как новый и единственный Израиль и как новый завет Бога со всем человечеством, такая аттестация могла показаться если не кощунственной, то, по крайней мере, обидной для христиан.
Развитие церковного влияния породило то достопамятное различие между мирянами и клиром, которое не было знакомо ни грекам, ни римлянам. Первое из этих названий обозначало вообще всех христиан, а второе, согласно с самим значением этого слова, было усвоено избранными людьми, которые, отделившись от толпы, посвящали себя религиозному служению и образовали знаменитый класс людей, доставивший для новейшей истории самые важные, хотя и не всегда самые назидательные, сюжеты рассказа. Их взаимная вражда по временам нарушала спокойствие церкви в ее младенческом возрасте, но их усердие и деятельность были направлены к одной общей цели, а жажда власти, вкрадывавшаяся (под самой искусной личиной) в душу епископов и мучеников, поощряла их к увеличению числа их подданных и к расширению пределов христианской империи. У них не было никакой светской силы, и в течение долгого времени гражданские власти не помогали им, а отталкивали их и притесняли; но они уже приобрели и употребляли в подчиненной им среде два самых могущественных орудия управления – награды и наказания, извлекая первое из благочестивой щедрости верующих, а второе – из их религиозных убеждений.
«Бойся человека с одной книгой», – гласит арабская пословица. Странно слышать такие слова от арабов. Вместе с тем арабы – не единственный народ, уповающий только на одну книгу. Некоторые христиане продемонстрировали такой же недостаток. Однако в наши дни растёт число христиан, полагающих, что Библия верна в большей части, но не во всём. В XX веке некоторые философы благожелательно и даже с теплотой отзывались об идее перевоплощения (Almeder, 1992, 1997; Broad, 1962; Ducasse, 1961; Lund, 1985; McTaggart, 1906; Paterson, 1995), как делали это и некоторые учёные.
Сегодня мы совершаем память и праздник в честь апостола и евангелиста Иоанна Богослова, о личности и значении которого можно и нужно много говорить. Можно и нужно говорить о том, что он был самым любимым, самым близким учеником Христа. Можно и нужно говорить о том, что он жил дольше всех апостолов, что для христианского благовестия, для глубины понимания христианства он сделал, пожалуй, больше всех апостолов. Какое глубокое впечатление произвела личность, дух и учение Иоанна Богослова на последующие поколения – первых христиан в апостольское и послеапостольское время! Среди христиан первых веков с его личностью были связаны различного рода сказания, чудесные предания, легенды, о чем мы с вами слышали сегодня из акафиста. Говорят также – и это правда – что дух Иоаннова благочестия и богословия наиболее верно засвидетельствован и отразился в духе святого православия, в истории и жизни и в богословии нашей церкви.
И последний минус гипотезы Герхардссона: она мало учитывает то, как предания об Иисусе распространялись в ранней Церкви. Евангелисты записали не то, что выучили у ног Иисуса. Как мы увидим в главе 3, ни одно из евангелий не имеет апостольское происхождение. Апостолы были бедными и неграмотными крестьянами, а разговаривали на арамейском языке, родном языке Иисуса. Евангелия же принадлежат перу очень образованных христиан, для которых родным языком был греческий и которые писали через 40–65 лет после Иисуса. Стало быть, предания передавались десятилетиями, и не только среди учеников, якобы заучивших слова и дела Иисуса, но и среди самых разных людей, большей частью не знакомых ни с очевидцами событий, ни со знакомыми очевидцев. Что же получается в итоге?
Таким образом, план был разработан, и начался поиск его претворения в жизнь. Первые шаги к установлению «диалога» между католиками и иудеями были предприняты ещё до Второй мировой войны. Большую роль в этом сыграл известный иудейский философ и теоретик сионизма Мартин Бубер[223] (1878–1965), предложивший концепцию «диалога» иудея и христианина, «диалога двух вер», или, как её стали называть, «двух путей». Он рассматривал Иисуса Христа в контексте иудаизма I века, считал, что Христос был иудеем и их «великим братом», поэтому христианство можно рассматривать как путь к Богу. В ответ на это и некоторые католические богословы и философы стали отстаивать позитивные теологические подходы к раввинистическому учению, побуждая христиан относиться к нему с уважением. Однако их попытки изменить отношение церковного руководства тогда не увенчались успехом.
Переход христиан и иудеев в ислам породил новые термины: принявших новую религию стали называть «мусалимами» (замиренными), а их потомков – «мувалладами» (урожденными). Появился и такой термин, как «мосарабы», т. е. «арабизированные». Так назывались сохранившие свою веру христиане, которые во всем, кроме веры, следовали арабскому образу жизни: изучали язык и культуру.
«придут и поклонятся пред ногами твоими» – речь, по-видимому, идет об обращении части иудеев ко Христу. В Послании священномученика Игнатия Богоносца к филадельфийцам мы находим упоминание о проблеме соотношения Ветхого и Нового Завета и о проповеди иудейства. Отсюда можно предположить, что в Филадельфии между христианами и иудеями существовало противостояние и велась религиозная полемика. Если это так, то слова Господа имеют следующий смысл: результатом противостояния с христианами станет добровольное обращение части иудеев ко Христу. К сожалению, о том, каким именно образом эти слова Господа исполнились в малоазийской Филадельфии, ничего достоверного сказать нельзя.
Христиане всегда признавали, что, помимо их собственного Писания, существуют и другие тексты, почитаемые другими людьми. Таких текстов было немало в древности, продолжают их находить или сочинять и сегодня (тот же Дэн Браун с его «Кодом да Винчи»). Причем нередко оказывается, что новое сочинение повторяет старые идеи – так, сегодняшние теософы нередко берут на вооружение старинные трактаты гностиков. В конце концов, и в наше время люди продолжают записывать бывшие им «откровения» и присваивать им священный статус – именно так появилась в 1830 г. на свет «Книга Мормона», которую последователи этого учения включают в свое Священное Писание. Собственно, это их дело.
Часть заповедей, входящих в Нагорную проповедь, например не противься злому, относится, по его мнению, к сфере личной, а не общественной нравственности. Лютер делал четкое разграничение между человеком и его общественной ролью, службой или профессией; то, что относится к человеку как личности, может не относиться к его профессиональной деятельности. Так, например, если христианин идет на войну, или если он сидит на судейском месте, наказывая своего ближнего, или если он принимает официальную жалобу, «он делает это не как христианин, а как солдат, судья или юрист». В то же время он должен сохранять «христианское сердце»: он не желает вреда кому бы то ни было, и его огорчает, когда ближнему причиняют скорбь. Таким образом, он живет одновременно как христианин по отношению ко всем и как светский человек, исполняя обязанности, предписываемые местными законами[67]. В XX веке такое понимание нашло серьезного критика внутри лютеранской традиции. Им стал выдающийся теолог Д. Бонхёффер (1906-1945), погибший за месяц до окончания Второй мировой войны в гитлеровском концлагере Флоссенбург. Он подчеркивал, что учение Иисуса не делает различия между человеком и его общественной ролью[68]. В своем комментарии к словам «не противься злому» он писал:
В чем состоит эта подготовка, хорошо известно из Св. Писания и патристической литературы – сколь бы спорными ни были отдельные детали. Путь в рай пролегает через аскетические подвиги или по крайней мере через веру, благочестивую жизнь, добрые дела и сокрушение сердечное. Разные христианские традиции различаются тем, на какую из составляющих спасения обращается больше внимания. В рай входят через тесные врата, хотя и в данном случае теснота этих врат видится по-разному христианам разных деноминаций, разных эпох и разного религиозного статуса. О том, в какой пропорции разделятся христиане на стоящих одесную овец и на стоящих ошуюю козлищ (Мф. 25: 32–33), существуют разные мнения, и эти представления крайне важны для характеристики религиозной культуры. Религиозные наставники, понятным образом, склонны изображать эти врата достаточно тесными, чтобы их паства знала, что с ними будет, если они не одумаются и не станут вести себя благочестиво; реакция паствы менее однообразна.
К сожалению, ожесточенные гонители, предавая казни исповедовавших Христа, истребляли с ними и все отбираемые у них христианские книги; поэтому уцелело из них и дошло до нас немного. Да и из дошедших до нас немногих произведений писателей первых веков христианства можно принимать как свидетельства лишь те, которые признаны не возбуждающими ни малейшего сомнения в их подлинности и принадлежности тому самому писателю, имя которого они носят. Одни из этих писателей – непосредственные ученики Апостолов, так называемые мужи апостольские, а также ученики мужей апостольских; другие – большей частью бывшие язычники, люди ученые, принявшие христианскую веру в зрелом возрасте; и, наконец, третьи – заклятые враги христиан.
Христианская Церковь осознает себя «новым Израилем», и у каждого члена Церкви есть своя родословная. Приходя на Литургию, верующий приносит молитву не только о самом себе, но и о своих близких – живых и усопших. Читая их имена вслух, христианин как бы напоминает о них Богу, в то же время призывая других членов общины молиться за них. Здесь уместно привести мысль одного из богословов начала XX века о том, что «имя так же объемлет одним именованием и все существо… и свойства, и особенности, и действия человека, как заглавие книги объемлет собой все свойства самой книги». Каждый человек подобен книге, «и если человек о другом человеке знает как бы только несколько отрывочных страниц из его книги жизни, то Бог знает каждую букву и черту в ней». Поэтому, поминая на проскомидии имена неведомых нам людей, «мы как бы именуем заглавия неизвестных нам, но доподлинно известных Богу книг жизни этих людей».[16]
В список включены также разного рода переходные формы (отмечены знаком *). Так, языческий жрец может и не быть активным гонителем христиан, а принять новую религию «собственным разумом» или под влиянием чудесного исцеления. Впрочем, былое жречество святого представлялось для агиографов значимой деталью: в проложных версиях житий оно нередко выносится в заглавие. Как переходные формы отмечены также некоторые тексты о согрешивших святых, не вполне удовлетворяющие основному требованию – соответствию богословской триаде «грех – покаяние – спасение». Например, Житие пророка Иоада (30 марта), восходящее к ветхозаветному эпизоду (3 Цар. 13), сообщает лишь о прегрешении героя, вступившего в дружеские отношения с неким лжепророком, и его наказании – Иоада убил, но не пожрал лев. О посмертном прощении пророка говорит лишь причисление его к лику православных святых. Заглавный герой Жития преподобного Малха Сирийского (26 марта) на время оставил монастырь для решения мирских дел без благословения на то настоятеля и был наказан за это многолетним пленом у язычников. Его злоключения в плену и побег и составляют основное содержание Жития. Хотя Малх закончил свои дни в монастыре и причтен к лику святых, нравоучительную идею рассказа о нем практически вытеснил острый и занимательный сюжет[16].
Прежде чем закончить эту главу, будет уместно сказать, что сам Ап. Павел одобряет применение мистического учения к объяснению исторических случаев, рассказанных в св. Писаниях. Записанная в них история рассматривается им как простое изложение фактов, происшедших в физическом мире. Как истинный мистик, он видел в физических событиях отражение вселенских истин, раскрывающихся непрестанно в высших и внутренних мирах; он знал, что события, сохраненные в оккультных писаниях, были наиболее типичны, и объяснение их могло послужить для просвещения людей. Так, передавая историю Авраама, Сарры, Агари и Исаака, и говоря, что все это представляет собою «иносказание», он начинает давать их мистическое толкование.[89] Упоминая о бегстве Израильтян из Египта, он говорит о Красном море как о крещении, о манне и о воде – как о духовной еде и питье, о скале, из которой истекла вода, как о Христе.[90] Он видит великую мистерию союза Христа с его церковью в человеческой связи между мужем и женою и говорит о христианах, как «от плоти и от костей тела Христова».[91] В Послании к Евреям апостол изображает всю систему богослужения евреев аллегорически. В Храме он видит копию с небесного Храма, в Первосвященнике – Христа, в жертвоприношении – приношение беспорочного Сына; священники Храма – лишь «примеры и тени небесных вещей», божественного Священства, совершающего богослужение в «истинной скинии». Тщательно разработанной аллегорией являются главы III—X Послания к Евреям, где апостол доказывает, что Св. Дух означает более глубокий смысл; что все это «образ настоящего времени».[92]
Прошедши верхние страны – страны нагорные, лежавшие выше Ефеса и низменного морского берега, на котором он был расположен; это, очевидно, внутренние провинции Малой Азии, между прочим – Фригия и Галатия, которые посещал Павел во время этого путешествия (см.: Деян. 18, 23). Если во время второго своего путешествия Павел возбранен был Духом проповедовать в проконсульской Азии (см.: Деян. 16, 6 и далее), и только на обратном пути побыл недолго в Ефесе (см.: Деян. 18, 19 и далее), то теперь, прямо из Фригии, прошедши проконсульскую Азию, он прибыл в Ефес и здесь оставался довольно долго. Некоторых учеников. – Из дальнейшего видно, что это были собственно ученики Иоанновы, а не Иисусовы, которых Дееписатель по преимуществу именует учениками. Крещеные только во Иоанново крещение, эти «ученики» веровали в проповеданного Крестителем грядущего Мессию, но не имели полного понятия о Нем, как и Аполлос, до времени, впрочем, как достаточно подготовленные к вере во Христа, могли быть названы христианами, или учениками Христовыми в обширном смысле слова. Эти ученики были, по всей вероятности, из иудеев, недавно поселившихся в Ефесе, где они примкнули к христианскому обществу, так что сам Павел счел их за христиан.
Понимание христианства как учения невозможно вне личности Иисуса Христа. Христиане веруют, что Он вторая ипостась (или лицо) Святой Троицы, истинный Бог, Сын Божий, воплотившийся на земле, то есть ставший человеком во всей полноте, но не лишившийся при этом Божественной сущности. Современное человечество ведет летоисчисление с момента рождения Иисуса Христа. Хотя монах Дионисий Малый, благодаря которому это летоисчисление и существует, допустил ошибку в расчетах: на самом деле Иисус родился четырьмя годами ранее общепринятого Рождества Христова. Иисус – мессия, появление которого предсказано в Ветхом Завете, Сын Божий, принявший смерть на кресте и на третий день восставший из мертвых. Ученики называли Его мессией, машиахом – помазанным, то есть посвященным. Рождение, крещение, жизнь и смерть Иисуса описаны в Евангелиях, четырех канонических текстах от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Первые три с упоминанием различных деталей последовательно описывают происходившие события, поэтому называются синоптическими, а сами евангелисты – синоптиками. Самое древнее Евангелие от Марка написано около 70 г., два других – от Матфея и Луки – около 80-х. Отдельно от них отстоит Евангелие от Иоанна, датированное примерно 100 г. Оно является не столько пересказом жизненных событий, сколько представляет собой наивысший уровень христологии, описывая Иисуса Христа в качестве вечного Логоса (Слова, Мудрости, Причины, Смысла). «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово был Бог…»
Все это сегодня представляется нам очень сложным. Мы вернемся к этой теме, когда будем подробно говорить о Тайной вечере и крестной смерти Иисуса, и попытаемся понять, о чем идет речь. Здесь же достаточно показать, что Павел практически полностью включил идею упразднения Храма и его теологию жертвы в свою христологию. Для Павла Храм и его культ прекратили существование в момент распятия Христа. Если мы вместе с Ульрихом Вилькенсом допустим, что эти строки из Послания к римлянам (Рим 3, 25) являются иудеохристианской «формулой веры» (I/3, S. 182), мы увидим, как рано это убеждение созрело в христианстве. С самого начала христианство знало: воскресший Христос – новый Храм, подлинное место соприкосновения Бога с человеком. Вот почему Вилькенс с полным правом говорит: «Христиане с самого начала не принимали участия в храмовом богослужении. (…) Поэтому разрушение храма в 70 году н. э. не было для них религиозной проблемой» (II/1, S. 31).
Библией в христианской церкви называется собрание книг, написанных по вдохновению и откровению Св. Духа через освященных от Бога людей, называемых пророками и апостолами. Библия – это собрание 66 отдельных книг. Она разделяется на два отдела – Ветхий завет и Новый завет. К первому принадлежат книги, написанные в дохристианское время на еврейском языке и чтимые священослужителями, как у евреев, так и у христиан. Ко второму принадлежат книги, написанные на греческом языке боговдохновенными мужами церкви христианской – апостолами и евангелистами. Библия уже сама по себе является символом принадлежности к христианству, символом сокровенного знания и Божественной мудрости, поэтому ее изображение, нередко рядом со свечой и чашей (потиром) часто присутствует в христианской литературе. В наш прагматичный век это название приобрело также значение некоего всеобьемлющего труда, охватывающего полный комплекс знаний по какому-либо предмету; так шквалом пошли всевозможные «библии» пользователей разных компьютерных программ; появились «библии» поваров, барменов и даже алкоголиков, что вовсе не делает чести нынешним писакам и их издателям.
42. Например, можно видеть, как христиане какой-либо одной конфессии уже не считают других христиан врагами или чужаками, но в подлинном духе Нагорной проповеди видят в них своих братьев и сестер. Сегодня даже стало заметно, как выражение «разделенные братья» постепенно заменяется другими словами, лучше проявляющими глубину общения – основанного на единстве крещения, – которое Дух питает вопреки всем историческим и каноническим разногласиям. Так можно слышать о «других христианах», об «иных крещеных», о «христианах других общин». Правило по применению принципов и норм экуменизма определяет общины, к которым принадлежат эти христиане, как Церкви и церковные общины, «не пребывающие в полном единении с Католической Церковью»69. Подобное расширение лексики отражает заметные перемены в самом подходе. Растет осознание нашей общей принадлежности ко Христу. Я сам не раз имел возможность убедиться в этом во время экуменических богослужений, составляющих важную часть моих апостольских визитов в различные части света, или во время экуменических встреч и богослужений здесь, в Риме. «Вселенское братство» христиан превращается в незыблемое экуменическое убеждение. Предавая забвению прошлые разногласия, общины, некогда противостоявшие друг другу, сегодня стремятся друг другу помочь; предоставляют для богослужений свои культовые здания, выделяют стипендии на образование священнослужителей тех общин, которые испытывают недостаток средств, ходатайствуют перед светскими властями за несправедливо притесняемых христиан, разоблачают необоснованность клеветы, возводящейся на ту или иную группу верующих.
Весьма характерным в этой связи оказывается откровение либерального англиканского теолога нашего времени. Пастор Остеррайхер публично в одной из своих проповедей произнес: «Сто лет назад не были пустой болтовней слова: “Религия – опиум для народа”. Мы, члены Тела Христова, смиренно покаявшись, должны признать, что находимся в глубоком долгу перед каждым коммунистом…» Эти поразительные для любого христианина призывы появились в 1968 году на страницах лондонского сборника «Проповедь у источника св. Марии»[12].
Это составляет предмет веры всей христианской Церкви, греческой, латинской и евангелической, во всех странах цивилизованного мира. Как бы далеко ни расходились различные исповедания и различные христианские общества в учении и обрядах, но в любви и поклонении Иисусу все они согласны между собою. Они слагают свое оружие, когда приближаются к вифлеемским яслям или ко Кресту на Голгофе, где родился и умер Христос за наши грехи, чтобы мы могли вечно жить на Небе. Он есть божественное примирение всех человеческих сект и вероисповеданий, всеобщий центральный пункт всех истинных христиан, пункт, где встречаются их сердца в любви, в молитве и надеждах, забывая все разногласия умов в воззрениях и теориях. Учения и постановления, богослужение и обряды, науки и искусства всего христианскаго мира предоставляют свидетельство того неизгладимого впечатления, какое произвел Христос на мир. Бесчисленное множество соборов и церквей служат также живыми памятниками благодарности к Его священному имени, и тысячи хвалебных песен, возносящихся из общественных мест богопочтения и из скромных келлий во всех странах мира, ежедневно прославляют Его. Его могущество теперь еще сильнее, Его царство еще шире прежнего, и они будут распространяться до тех пор, пока все народы преклонят перед Ним свои колена и облобызают Его скипетр правды и мира.
Но если мы обратимся к христианской этике, мы увидим еще более загадочную картину. Дело в том, что в христианстве вообще нет понятия «хороший человек». Ни в одной из двадцати семи книг Нового Завета это словосочетание не встречается ни разу. В христианстве человек не отождествляется со своими качествами и поступками. Иначе говоря, поступающий плохо не назван в Евангелии – плохим. Равно как и совершающий хорошие дела не определяется как – хороший. Более того, у христиан есть строгий запрет на определения подобного рода. Господь говорит: «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете». Поэтому очевидно, что критерии спасения следует искать там, где не происходит деления людей на плохих и хороших.
Здесь нет никаких противоречий. Все предельно понятно: у христиан есть священники и монахи, они бывают плохими или хорошими, плохие – плохо, хорошие – хорошо. Но то, что может быть хорошо у христиан, вовсе не должно быть принято мусульманами. Есть часто цитируемый хадис, в котором Мухаммад со всей определенность утверждает: ???? ?? ????????? ?? ?? ? (lā rahbāniyya f?-l-islām). «Нет монашества в исламе», т. е. нет какой-либо обособленной от других верующих группы людей. Есть единая община верующих, и есть ее пророк – единственный возможный посредник между общиной и Богом. В Коране утверждается: «Кто повинуется посланнику, тот повинуется Богу» (4:80)[17]. Однако Мухаммад, опять же согласно Корану, «печать пророков» (33:40)? с ним завершается пророческая эпоха в истории человечества и положен предел всякой возможности дальнейшего посредничества между Богом и человеком. Правда, в Коране также сказано: «О вы, которые уверовали, повинуйтесь Богу, повинуйтесь Посланнику и обладающим властью среди вас» (4:59).
Ефес – это город, который после падения Иерусалима некоторое время был центром как христианской Церкви, так и вообще умственной жизни Востока. В этот город стекались многие ученые и проповедовали свои учения, вследствие этого здесь легко могли зародиться различные отступления и искажения в учении Христовом. Так, первый ересиарх Керинф искажал христианство привнесением в него эллинистических восточных элементов. Поэтому местные христиане обратились к Иоанну как к одному из ближайших свидетелей и очевидцев «служения Слова» с просьбой изложить земную жизнь Христа. Ему были принесены книги первых трех евангелистов, и он, похвалив их за истинность и правдивость повествования, тем не менее заметил, что в них недостаточно ярко выражено Божество Иисуса Христа. Поэтому Евангелие от Иоанна начинается именно с указания на то, что воплотившийся Христос есть Слово Изначальное, Тот Логос, через Который произошло все существующее. Блаженный Феофилакт пишет, что Иоанн Богослов «возгремел о том, чему не учил нас никто из прочих евангелистов. Так как они благовествуют о воплощении Христовом, а о предвечном Его бытии не сказали ничего довольно ясного и наглядного, то угрожала опасность, что люди, привязанные к земному и не могущие помыслить ни о чем высоком, подумают, что Христос тогда лишь начал Свое бытие, когда родился от Отца прежде веков. Поэтому великий Иоанн возвещает о горнем рождении, не преминув, впрочем, упомянуть и о воплощении Слова. Ибо говорит: И Слово стало плотию (Ин. 1, 14)» (Толкование на Евангелие от Иоанна, с. 267).
Ориген (185–253) – драматическая фигура, одна из тех, без которых история духовной жизни Европы была бы скучна. Проклинаемый одними как отступник от языческой мудрости, другими как еретик, чьи учения ввели в соблазн столько христиан, он знаменует собой сложную эпоху, когда происходил перелом в сознании множества людей. Иногда этот процесс называют «эллинизацией христианства», которая началась якобы со времени проповедей апостола Павла и закончилась как раз Оригеном. На наш взгляд, это определение неверно и формально и по существу. Христианство не эволюционировало в сторону эллинской культуры, но использовало богатый философский, культурный, социальный опыт античности в собственных целях. Уже при предшественниках Оригена выработалась формула – «все лучшее (в языческой мудрости) – наше», и даже Тертуллиан, высказавший знаменитое «верую, ибо абсурдно», следовал ей. Выдающийся александрийский богослов и апологет Климент утверждал в 90-х годах II века, что языческая философия – тоже своеобразное Евангелие, которое должно быть предметом изучения и использования.
Несколько интригующе звучит упоминание о человеке по имени Сосфен, который выступает как соавтор Павла. Хотя, несомненно, это имя было достаточно известно в то время и можно предположить, что речь идет о том Сосфене, который стал начальником синагоги вместо Криспа, обратившегося к Христу (см.: Деян. 18:8 и 17). Тот факт, что Павел упоминает о Сосфене без каких-либо пояснений, показывает, что последний был хорошо знаком христианам Коринфа. Обращение в веру двух ведущих служителей иудейской общины, совершившееся одно за другим, вероятно, повергло их всех в некоторое смятение. Похожая ситуация сложилась в Оксфорде в начале 1960-х гг., когда «Общество гуманистов» переживало расцвет. Его председатель обратился в христианскую веру, в результате чего было решено созвать чрезвычайное собрание общества. Однако новый председатель тоже обратился в веру через несколько недель, и опять возникла необходимость во внеочередном собрании. Случай с Сосфеном должен вдохновлять нас проповедовать Иисуса Христа тем, кто, казалось бы, самым прочным образом укоренился в своей официальной должности и занимает несовместимую с верой позицию.
Можно ли утверждать, что все эти заповеди устарели? Нет. Неслучайно они были признаны христианами спустя несколько веков после того, как учение Моисея стало священным для иудаистов. А еще через столетие пророк ислама Мухаммед признал Моисея святым. И даже в XX веке воинствующие атеисты в «заповедях строителя коммунизма» в той или иной степени, пусть и неявно, выразили свое согласие с некоторыми библейскими заповедями.
В древней Церкви, как отмечается в одном энциклопедическом словаре по теологии, изданном за рубежом, «уже Климент Александрийский (?215) под влиянием идей стоиков о всеобщем равенстве полагал, что по своим добродетелям и внешнему виду рабы ничем не отличаются от своих господ. Отсюда он делал вывод, что христиане должны сокращать число своих рабов и некоторые работы выполнять сами. Лактанций (?320), сформулировавший тезис о равенстве всех людей, требовал от христианских общин признания брака среди рабов. А римский епископ Калист Первый (?222), сам вышедший из сословия несвободных людей, признавал даже отношения между высокопоставленными женщинами-христианками и рабами, вольноотпущенниками и свободнорожденными, в качестве полноценных браков. В христианской среде уже со времен первенствующей Церкви практиковалось освобождение рабов, как это явствует из увещевания Игнатия Антиохийского (?107) к христианам не злоупотреблять свободой ради недостойных целей.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я