Римская империя

  • Римская империя (лат. Imperium Romanum, др.-греч. Βασιλεία Ῥωμαίων) — постреспубликанская фаза в развитии древней римской государственности, характерной чертой которой были автократическая форма правления и большие территориальные владения в Европе и Средиземноморье. Единственное государство в истории, которому принадлежало всё побережье Средиземного моря. Хронологические рамки существования Римской империи охватывают период времени с правления первого императора Октавиана Августа до раздела империи на Западную и Восточную и последующего падения Западной Римской империи, то есть с 27 года до н. э. по 476 год. Восточная часть Римской империи с центром в Константинополе существовала ещё 977 лет — до 1453 года.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Эта статья содержит сведения об истории Древнего Рима начиная с 509 года до н. э. Основная статья обо всей древнеримской цивилизации — Древний РимРи́мская респу́блика (лат. Res publica Populi Romani «Общее дело народа Рима») — историческая эпоха Древнего Рима (509—27 года до н. э.). Государственно-политический строй Республики совмещал демократические, олигархические и монархические (в традициях предшествовавшей царской эпохи) элементы.

Подробнее: Римская республика
Римское гражданство (лат. Civitas Romana) — высший социальный и юридический статус римской античности, означавший возможность пользования всей полнотой юридических прав, предоставляемых римским законодательством. Как общественный институт сыграло огромную роль в истории государства.
Це́зарь — один из титулов-имён правителей Римской империи. Произошёл от когномена рода Юлиев «Caesar», носителем которого был политический деятель и полководец Римской республики Гай Юлий Цезарь.
Пять хоро́ших импера́торов — пять последовательно правивших римских императоров из династии Антонинов: Нерва, Траян, Адриан, Антонин Пий, Марк Аврелий (первое время его соправителем был Луций Вер). За время их правления (96-180 годы н. э.), которое отличалось стабильностью и отсутствием репрессий, Римская империя достигла своего наивысшего расцвета.
Византийский император находился на вершине пирамиды государственного аппарата и общества Византийской империи, выступая в качестве последней инстанции в практически любом вопросе. Идеологическое обоснование его власти восходит ко временам Римской империи, дополнившись христианскими и эллинистическими концепциями. Источником власти императора являлась божественная воля, выраженная в аккламации армии, сената и народа. В условиях отсутствия правовой определённости основанием для занятия престола часто...

Упоминания в литературе

Почти триста лет после дней Юлия Цезаря галльские земли участвовали в исторической жизни только как часть великой Римской империи. Согласно эдикту Каракаллы (212 н. э.) все свободные жители этих земель стали римскими гражданами, то есть по закону стали равны народу, который первоначально правил ими. Когда империя приходила в упадок из-за грубых ошибок цезарей, плохо управлявших своим государством, из-за деградации армии и из-за существенных недостатков античной общественной системы, которая остановилась на стадии рабства и не развивалась дальше, галлам, конечно, тоже досталась часть общих бед. Начиная примерно с 230 г. н. э. эта часть империи более сорока лет терпела опустошительные набеги германских племен из-за Рейна, которые не могли отразить потерявшие теперь боевой дух легионеры. В результате этих набегов многие галльские города были разрушены. Их уцелевшие жители защищали себя новыми стенами, которые, как свидетельствуют археологические раскопки, часто строились в лихорадочной спешке. Прежнее римское общество явно катилось к гибели, но около 300 г. н. э. стало казаться, что катастрофу удалось предотвратить: в это время власть в империи взяла в свои руки новая династия талантливых императоров. Своими решительными и коренными реформами они на время обеспечили государству безопасность. Римская империя и вместе с ней Галлия получили передышку еще на сто лет.
11. На протяжении пяти веков Галлия оставалась римской провинцией. Это период, равный по времени периоду, отделяющему Столетнюю войну от войны 1870 г. Совершенно ясно, что за эти пять столетий изменялись принципы управления Галлией со стороны империи. Но основные положения сохранялись. Поначалу в Галлии существовало три правительства: аквитанское, лионское и бельгийское – с общим губернатором, находившимся в Лионе. Позднее, возле границ, которым угрожали варвары, в городах Трире, Ахене стал помещаться префект претория. Император Юлиан, друг галлов, сделал излюбленным местом своего пребывания Лютецию. Римские чиновники были многочисленны и педантичны. При префекте претория находились главный секретарь суда, глашатай, директор тюрем, секретарь (curator epistolarum), казначей и бесчисленные писцы. Губернатору платили и натурой, и золотом; он имел право на повара, а если не был женат, то и на сожительницу, потому что «quodsine his esse nonpossunt…» (без этого они не могли обходиться…). Административный деспотизм умерялся существованием курий, или муниципальных советов, и защитника города (defensor civitatis), но на самом деле галлы опасались этих муниципальных должностей, и быть освобожденными от них считалось привилегией, потому что чиновники курии отвечали за сбор налогов своим собственным имуществом. Налоги были очень высокие. Можно даже сказать, что чрезмерное налогообложение явилось одной из причин падения Римской империи.
Если говорить о форме правления, то на византийскую политическую теорию серьезное влияние оказал кризис власти в Римской империи между 235 и 284 годами, когда целая серия военных поражений привела к политической нестабильности. Поскольку император не мог защитить границы империи, в провинциях вспыхивали бесконечные мятежи и происходили попытки захвата власти. Правители сменялись с завидной регулярностью, и большинство из них удерживались на престоле всего по несколько месяцев. Поэтому некоторые императоры стремились повысить престиж своей власти, объявив ее божественной. Если в прошлом только умерших императоров почитали как богов, то в 270-х годах император Аврелиан первым начал официально именоваться богом при жизни. Диоклетиан оказался скромнее и утверждал, что он является земным представителем Юпитера, верховного римского божества, но цель всех этих титулований была одна: не дать даже помыслить о том, что власть может захватить всякий, у кого есть для этого достаточно военной силы.
VI. Общественная организация Римской Империи с ее различными преобразованиями заслуживала бы значительно более тщательного изучения, чем это делалось до сих пор. В основном то, что преимущественно известно об этой эпохе это сумасбродство и безобразия, которыми перепачкала себя большая часть императоров. В расчет не берется, что все это лишь грубая и поверхностная часть спектакля, достойная увлечь чувства толпы. Но ученый, изучающий общественные явления, предпочтительно должен поставить в центр своего внимания и исследования радикальные изменения, которые претерпели в эту эпоху политические идеи и общественное состояние античного мира. К сожалению, мы этим вопросом здесь не сможем заняться и ограничимся лишь прочерчиванием основных линий. Мы уже рассмотрели, какой была политическая концепция, сформировавшая античный греко-италийский город-государство. Мы рассмотрели, как Рим, построенный в соответствии с этой концепцией, смог в предпочтение другим устроить более здоровую политическую жизнь, расширив значительно число своих граждан и ограничивая власть в руках деятельной и способной аристократии. Мы видели, как после того, как, покорив весь мир, эта форма правления ему стала неприемлемой. Римская олигархия деморализованная, обессиленная не могла больше управлять миром, поэтому новая иерархия, новая организация должна была продолжить ее дело: собирая вместе и романизируя провинции, завоеванные Римом республиканским. Эта новая организация и новая иерархия были римской армией, которая заменила римский город. Рим, в период завоевания мира был городом, наиболее могущественным, чем другие, подчинившим их всех. Рим императорский был военным организмом, стоящим над любым городом, соединявший их вместе, и уравнивал между собой. Этот орган возглавлялся своим генералиссимусом, им был император.
Отдаленность Равенны от Константинополя, трудность сношений между Италией и Византией, в особенности когда море стало не безопасно от арабских корсаров, имели большое значение в развитии дальнейшей истории экзархата. Хотя императоры не оставляли на слишком продолжительный период власть экзарха в руках одного и того же лица, тем не менее обширные полномочия, какими был наделен экзарх, и значительные военные силы, бывшие в его распоряжении, нередко давали этим представителям высшей власти в стране соблазнительный повод к открытому бунту против носителей императорской власти. Элементов недовольства в Италии было достаточно и в клире, и в военном сословии, и в народе, обремененном реквизициями, враждебными набегами неприятелей и податями. Попытки восстания и отделения Италии обнаруживаются во время Ираклия, в 616 и последующих годах. Прежде всего признаки недовольства обнаружились в войске. Неправильности в раздаче жалованья были причиной военного бунта, он разросся, однако, до такой степени, что окончился насильственной смертью экзарха Иоанна. Вновь назначенный экзарх Елевферий должен был заняться усмирением мятежа, но и он нашел положение дел весьма благоприятным для большой политической авантюры и, не довольствуясь отложением от Византии, захотел восстановить Западную Римскую империю со столицей в Риме. Вероятно, по соглашению с епископом Рима Елевферий направлялся уже в Вечный город, чтобы короноваться от руки римского епископа, но на дороге был убит собственными солдатами. Это был первый случай, после падения Западной империи, восстановления теории империи на Западе, которую имел воскресить Карл Великий.

Связанные понятия (продолжение)

Кри́зис Ри́мской респу́блики — продолжительный период политической нестабильности и социальных волнений, которым завершилась эпоха Римской республики и началось время Римской империи, примерно, со 134 по 44 гг. до н. э.
Список префектов города Рима со времен первого царя (Ромула) и до последнего упоминаемого префекта (879 год).
Римская Греция — период греческой истории после победы Рима над коринфянами в битве при Коринфе в 146 г. до н. э. до переименования города Византия в 330 году в Новый Рим, позднее Константинополь, римским императором Константином I и переноса в него столицы Римской империи.
Церемония коронации византийского императора — совокупность мероприятий, сопровождавших вступление в должность византийского императора. За всю историю Византии правовые нормы, регулирующие коронацию, так и не сложились. Формы, в которых это действо проистекало, существенно отличались в разные исторические периоды. Характер мероприятий, связанных со вступлением императоров в должность, существенно менялся за тысячелетнюю историю Византии. Согласно классической работе Ханса Георга Бека «Сенат и народ...
Партии ипподрома, партии цирка, факции (лат. partes, factiones, греч. δήμοι, μοιραι) — объединения болельщиков, жителей Римской империи, а затем Византии, вокруг команд, участвующих в различных спортивных состязаниях и боях гладиаторов и, позднее, в гонках колесниц. Возникновение партий ипподрома относится к эпохе принципата, когда это были преимущественно спортивные объединения. Дальнейшее развитие партии получили в более позднюю эпоху, когда они стали одной из основных социальных сил Константинополя...
Францу́зский абсолюти́зм — абсолютная монархия, утвердившаяся во Франции в два последних столетия существования Старого порядка. Абсолютизм пришёл на смену периоду сословной монархии и был уничтожен Великой Французской революцией.

Подробнее: Абсолютная монархия во Франции
Эдикт Каракаллы или «Антонинов указ» (лат. Constitutio Antoniniana — «Конституция Антонина») — указ римского императора Каракаллы 212 г., предоставлявший римское гражданство всему свободному населению империи. Преследовал в первую очередь фискальные цели, а именно охватить всех подданных налоговой системой и увеличить базу для комплектования армии, поскольку в легионах имели право служить только полные римские граждане.
Тёмные века — историографический термин, подразумевающий период европейской истории с VI по X века. Характерной чертой этого времени называют отставание западного региона от Византии, мусульманского мира и Китая.
Спа́рта (др.-греч. Σπάρτη, лат. Sparta) или Лакедемóн (др.-греч. Λακεδαίμων, лат. Lacedaemon) — античное государство в Греции в области Лакония на юге полуострова Пелопоннес, в долине Эврота.
Па́пская о́бласть — теократическое государство, существовавшее в Центральной Италии и возглавлявшееся папой римским.
Было несколько римских гражданских войн, особенно во время поздней республики. Самой известной из них является война в 40-х годов до н. э. между Юлием Цезарем и сенаторской элитой во главе с Помпеем Великим. Период гражданских войн 133—31 до н. э. профессор СПбГУ А. Б. Егоров выделяет как один из четырёх больших системных кризисов в древнеримской истории.

Подробнее: Гражданские войны в Древнем Риме
Вейентская война 405—396 до н. э. — завоевание римлянами этрусского города Вейи.
Короле́вство вестго́тов — раннефеодальное государственное образование, исторически первое из так называемых варварских королевств, сложившихся на территории Западной Римской империи в условиях её распада в V веке. Возникло в 418 году на территории римской провинции Аквитания по договору короля вестготов Валии с римским императором Гонорием. Первым королём вестготского государства иногда называют Теодориха I. Просуществовало до 718 года, когда было почти полностью завоёвано арабами.
Домина́т (лат. dominātus — господство ← dominus — господин, хозяин) — форма правления в Древнем Риме, пришедшая на смену принципату и установленная императором Диоклетианом (284—305 годы). В доминат включают период тетрархии.
Великое гонение — гонение на христиан, начавшееся при императоре Диоклетиане в 303 году и продолжавшееся при его наследниках до 313 года. Было последним и самым суровым гонением на христиан в Римской империи. В 303 году тетрархи Диоклетиан и Максимиан, Галерий и Констанций Хлор издали эдикт, юридически отменяющий гражданские права христиан и требующий от них соблюдения традиционных римских религиозных практик. В дальнейшем были выпущены новые эдикты, направленные против священников, а также обязывавшие...
Кароли́нги (лат. Carolingi, фр. Carolingiens, нем. Karolinger, итал. Carolingi) — королевская и императорская династия в государстве франков, а после его распада — в Западно-Франкском королевстве, в Восточно-Франкском королевстве, в Италии и в некоторых мелких государствах. Династия правила с 751 по 987 годы.
Хождение в Каноссу, или каносское унижение (нем. Gang nach Canossa, Canossagang; итал. l'umiliazione di Canossa) — датированный 1077 годом эпизод из истории средневековой Европы, связанный с борьбой римских пап с императорами Священной Римской империи. Эпизод ознаменовал победу папы Григория VII над императором Генрихом IV. Под хождением в Каноссу понимают само путешествие Генриха IV из Шпейера в Каноссу и связанные с ним события, произошедшие в январе 1077 года.
Сёгу́н (яп. 将軍 сё:гун) — в японской истории так назывались люди, которые управляли (в отличие от императорского двора в Киото) Японией большую часть времени с 1192 года до периода Мэйдзи, начавшегося в 1868 году. Правительство сёгуна называлось бакуфу (幕府) (слово бакуфу означает «палаточный лагерь» в смысле места расположения полководца, ср. русское ставка). Государственный строй, при котором верховная власть принадлежала сёгуну, обозначается как сёгунат.
Земля Израиля (ивр. ‏אֶרֶץ יִשְׂרָאֵל‏‎, Эрец-Исраэль) священна для еврейского народа со времён библейских патриархов — Авраама, Исаака и Иакова. Учёные относят этот период к началу 2 тысячелетия до н. э. Согласно Библии, Земля Израиля была завещана евреям Богом, с тем, чтобы стать Землёй Обетованной — здесь находятся все священные места еврейского народа.
Эллинисти́ческий Еги́пет (332 до н. э. — 30 до н. э.) — период в истории Египта, начинающийся со вхождения в состав державы Александра Македонского. Столицей Эллинистического Египта стал основанный Александром город Александрия (Египетская) в дельте Нила, превратившийся в один из основных центров греческой эллинистической культуры. Первый египетский царь Птолемей Сотер использовал местные традиции, сохранившиеся от династического периода, для закрепления своей власти, и основал династию Птолемеев...
Гармосты (др.-греч. ἁρομοσταί, ед. ч. ἁρμοστής) — 1) В Спарте, числом 20, вероятно, управляющие областями периэков; 2) наместники, посылавшиеся спартанцами в период вновь приобретенной через Пелопоннесскую войну гегемонии в подвластные города, чтобы в качестве начальников спартанских гарнизонов поддерживать преданные спартанцам олигархические партии. Заносчивость и своеволие этих Г. главным образом сделались причиною тому, что спартанская гегемония стала столь же ненавистна, как прежде — афинская...
Тетра́рхия (греч. τετραρχία — правление четырёх, четверовластие) — название политического режима, при котором верховная власть разделена между четырьмя людьми (тетрархами). Как правило, тетрархией называется система управления Римской империей, введённая императором Диоклетианом в 293 г. и продолжавшаяся до 313 г. Её введением был разрешён Кризис Римской империи III века.
История еврейского народа — история становления и развития народа евреев. Она охватывает почти четыре тысячи лет и сотни других различных народов, их религию и культуру, с которыми на протяжении всей своей истории взаимодействовал еврейский народ. Существенная часть еврейской истории связана с территорией, которая в настоящее время называется государством Израиль.
Империя Великая Цин, или государство Великая Цин (маньчж. дайцин гурунь, кит. трад. 大清國, палл.: Да Цин го), также известная как династия Цин, или Маньчжурская династия, была последней империей, включавшей территорию Китая. Династия Цин правила страной с 1644 по 1912 год с краткой реставрацией в 1917 (последняя продлилась всего 11 дней). Династии Цин на территории Китая предшествовала династия Мин и последовала Китайская республика. Мультикультурная Цинская империя существовала в течение почти трёх...
Венеция — бывшая республика (по имени своего покровителя называлось также Республикой св. Марка).

Подробнее: История Венецианской республики
Кризис Римской империи III века — период истории Римской империи, хронологические рамки которого как правило определяют между гибелью Александра Севера в 235 году и провозглашением императором Диоклетиана в 284 году. Этот период характеризуется рядом кризисных явлений в экономике, ремесле, торговле, а также нестабильностью государственной власти, внутренними и внешними военными столкновениями и временной потерей контроля Рима над рядом областей. В различных исторических школах взгляды на причины...
Первые письменные упоминания о древней Японии содержатся в китайских исторических хрониках «Двадцать четыре истории» I века. Однако согласно результатам археологических исследований, Японский архипелаг был заселён людьми в период позднего палеолита.

Подробнее: История Японии
Каменные орудия труда указывают на пребывание древних людей на территории Франции уже 1,8 миллиона лет назад. Первые люди современного вида появляются в регионе примерно 40 000 лет назад. Первые записи, касающиеся региона современной Франции, относятся к Железному веку. Территория, в пределах которой расположена современная Франция, являлась основной частью региона, известного древним римлянам как Галлия. Римские писатели упоминают три основных этно-лингвистических группы, проживавшие в данном регионе...

Подробнее: История Франции
Светлейшая Республика Венеция (Республика Святого Марка; вен. Serenìsima Republica de Venesia, итал. Serenissima Repubblica di Venezia, рус. дореф. Посполитая Рѣчь Венецкая или Венеційская) — с конца VII века по 1797 год республика в Европе со столицей в городе Венеция. Располагалась в северо-восточной части территории современной Италии, имела колонии на территории государств, лежащих в Адриатике, бассейнах Эгейского, Мраморного и Чёрного морей.
Европа оставалась незаселённой людьми довольно долго. Откуда пришёл человек в Европу, спорно. Известно только, что Европа не являлась местом зарождения человечества. Существуют версии о том, что первые гоминиды пришли в Европу из Индии. С этим согласуются генетические исследования. Но наиболее разработанной является гипотеза о приходе гоминидов в Европу из Африки через Переднюю Азию. Есть предположение, что это произошло в середине виллафранкского времени. До Homo Sapiens Европу и Западную Азию заселяли...

Подробнее: История Европы
«Греческий проект» — геополитический проект Екатерины II, предполагавший сокрушение Османской империи и раздел её территории между Россией, Австрией и Венецианской республикой. В Константинополе предполагалось возродить Византийскую державу во главе с внуком российской императрицы, которому было дано имя основателя города — Константин.
Дукс (лат. dux; мн. duces) — в Римской республике, Римской империи и Византии звание военного вождя. Впоследствии слово перешло в другие европейские языки: англ. duke со значением герцог, итал. doge дож и итал. duce дуче. Также так назывались военные вожди лангобардов.
Ру́сское ца́рство или Росси́йское ца́рство, также Моско́вское ца́рство — период в истории Русского государства между 1547 и 1721 годами.
Сре́дние века́, или Средневеко́вье, — период истории Европы и Ближнего Востока, следующий после Античности и предшествующий Новому времени.
Христианство начало распространяться у готов в первой половине IV века. Среди германских племён готы первые приняли христианство. Особенности христианизации готов, пришедшейся на разгар арианского спора, исследователи связывают с различными внешними и внутренними факторами. В силу исторических обстоятельств, готы приняли христианство в его арианской форме. Библия, переведённая на готский язык группой переводчиков под руководством, и с вероятным участием, эпископа Вульфилы, использовалась и другими...
Фра́нкское госуда́рство (короле́вство; фр. royaumes francs, лат. regnum (imperium) Francorum), реже Франкия (лат. Francia) — условное название государства в Западной и Центральной Европе c V по IX века, которое образовалось на территории Западной Римской империи одновременно с другими варварскими королевствами. Эта территория была населена франками начиная с III столетия. Вследствие непрерывных военных походов майордома франков Карла Мартелла, его сына Пипина Короткого, а также внука Карла Великого...
Византийская империя унаследовала от Римской империи сложную систему аристократии и бюрократии. На вершине пирамиды стоял Император, самодержец (автократор) божиею милостью, под которым находилось множество чиновников и придворных, приводящих в ход административную машину Византии. В дополнение, существовало большое количество почётных титулов, которыми император награждал своих подданных или иностранных правителей.
Третий Рим — европейская религиозно-историософская и политическая идея, использовавшаяся для обоснования особого религиозно-политического значения различных стран как преемников Римской империи.
В XIV—XVI веках во Франции совершился переход от политического феодализма к абсолютизму через сословную монархию, в которой короли, став единственными государями страны, должны были делиться властью с представителями сословий, собиравшимися (с большими перерывами) в течение трёх веков (1302—1614).
Ацтекский тройственный союз — союз между городами-государствами Теночтитлан, Тескоко и Тлакопан. Существовал с 1428 до 1521 года. Другое его название — Ацтекская империя. Тем не менее, понятие «Ацтекского тройственного союза» не тождественно понятию «Ацтекская империя», под которым понимается ацтекское государство как таковое с момента его основания и до падения.
История христианства в Римской империи охватывает период от зарождения христианства в первой половине I века до распада Западной Римской империи. В течение II века христианство распространилось практически по всей Римской империи, во II веке появилась обширная апологетическая литература, а также послания и сочинения авторитетных христианских авторов.
Графы Тускулумские (итал. Conti di Tuscolo), Теофилакты — один из самых могущественных родов Италии в X—XII вв., на протяжении X—XI вв. выдвинувший ряд пап и антипап, контролировавший государственную политику.
Латинская империя, Латинская Романия, Константинопольская империя (фр. Empire latin de Constantinople, греч. Λατινική Αυτοκρατορία της Κωνσταντινούπολης; Ρωμανία, лат. Imperium Romaniae; 1204—1261) — средневековая империя, образованная после четвёртого крестового похода на землях Византийской империи. На латинском языке она называлась Романия (Romania). Новая империя отличалась тем, что власть в ней захватили в первую очередь католические французские рыцари, опиравшиеся на венецианский флот. Этот...
История Англии началась с вторжением германских племен — англов, саксов, ютов, фризов и созданием ими на территории нескольких раннефеодальных государств. История же самой Британии началась гораздо раньше с появлением на острове первых гоминид (клектонская культура), или с появлением первых людей современного типа после окончания последнего оледенения, в эпоху мезолита. C IX—VIII веков до н. э. в Британию активно переселялись кельты. Под давлением государства гуннов и ослаблением Римской империи...

Упоминания в литературе (продолжение)

Продолжало развиваться литературное творчество. Виктор Туннунский по-прежнему выражал свое убеждение в вечности Римской империи. Короли вандалов шли по пути, проложенному Римом, как позднее во Франции во время Реставрации Бурбоны шли по стопам Наполеона Бонапарта. Например, в 484 г. Гейзерих издал указ против католиков, практически скопировав его с закона имератора Гонория против донатистов (приверженцев церковного течения, названного по имени избранного в 313 г. епископом Карфагена Доната Великого), изданного в 412 г. Из указа Гейзериха мы видим, что классовый состав населения остался таким же, как и раньше. Короче говоря, у вандалов мы наблюдаем еще меньше германских черт, чем у остготов. Можно вполне согласиться с той точкой зрения, что, осев в Северной Африке, где были расположены самые процветающие провинции Западной Римской империи, вандалы сразу же стали ощущать римское влияние.
В Китае властвовали свои императоры, в исламском мире правили халифы – признанные лидеры мусульман. В Европе был император Священной Римской империи. Однако последнему приходилось опираться на куда более слабую базу, нежели его собратьям в других цивилизациях. Он не имел имперской бюрократии. Его власть зависела от могущества в регионах, которыми он правил по династическому праву; в некотором роде это были, так сказать, семейные владения. Статус императора не подразумевал официального наследования: правителя выбирали семь (позже – девять) князей; эти выборы, как правило, представляли собой гремучую смесь политического маневрирования, апеллирования к религиозному благочестию и огромных финансовых расходов. Теоретически император располагал поддержкой папы римского, но политические и географические соображения (удаленность от Рима) нередко лишали его этой поддержки, и потому на протяжении многих лет он правил как «избранный император». Религия и политика никогда не образовывали единой конструкции, что впоследствии сподвигло Вольтера на известное язвительное замечание: мол, на самом деле Священная Римская империя не была «ни священной, ни римской, ни империей». Бытовавшая в средневековой Европе концепция международного порядка отражала текущие договоренности папы с императором – и множеством других феодальных сюзеренов. Универсальный порядок, основанный на возможности единого правления и единого свода законов, неуклонно лишался какой-либо практической ценности.
Возобновившуюся гражданскую войну легионы, присягнувшие Веспасиану, выиграли и 21 декабря 69 г. Веспасиан был провозлашён сенатом императором, а Тит и Домициан были названы Цезарями».[63] На следующий день сенат принял ещё одно важнейшее постановление, получившее название «Lex de imperio Vespasiani» – «Закон о власти Веспасиана». Этим правовым актом новому владыке Римской империи официально передавались все те властные права, которыми обладали ранее правившие принцепсы: Август, Тиберий и Клавдий. Такой подбор принцепсов – предшественников не случаен. Веспасиан тем самым подчёркивал, что он отвергает властный опыт цезарей – тиранов – Гая Калигулы и Нерона, не говоря уже о случайных и кратковременных императорах – Гальбе, Отоне и о Вителлии, побеждёном его славными легионами. За основу был взят опыт правителей, безусловно, успешных, пусть и не все их действия, прежде всего Тиберия и, в известной мере, Клавдия, сенаторами вспоминались добром.
Константин смог возвыситься при наличии нескольких императоров; он уже избавился от двух соперников из трёх, а дни Лициния были сочтены. Но над империей нависла более серьезная угроза. Столетиями она была государством, провинции, округа и города которого придерживались собственных традиций, сохраняя свою идентичность. Таре был римским – но также и азиатским городом, где греческий звучал на улицах чаще латыни. Северная Африка была римской – но Карфаген являлся в первую очередь африканским городом, населенным африканцами[4]. Галлия принадлежала Риму – но германские племена, занявшие эти земли, говорили на своих языках и почитали своих богов. Римская империя позволяла людям это двойное гражданство – римское и другое, – но центробежная сила другого была столь сильна, что границы империи едва сдерживали его напор.
И в то же время перемены в германском обществе форсировались иными контактами с Римской империей. Ежегодные выплаты не предоставлялись просто так, их нужно было заслужить – ведь экономическая поддержка была лишь одним из многочисленных приемов римской дипломатии для сохранения мира вдоль границы. Иногда приграничные германские племена подвергались военным налетам со стороны Рима. Влияние империи на них было столь велико, что ее правитель даже имел право решать, где им жить, с кем заключать союз, под чьей властью находиться. К тому же Рим нередко требовал с вынужденных союзников товары, услуги и даже людей. Их общественная жизнь должна была укладываться в жесткие рамки открытого, унизительного преклонения перед властью империи. Недовольство, вызванное этими обстоятельствами в большинстве народов-клиентов, выражалось в настоящей эпидемии мелких набегов на римские земли. На мой взгляд, оно также сыграло важную роль в процессе легитимации нового типа военных королевств, которые появились в германских землях в этот период и стали основанием более прочной политической консолидации, наблюдаемой в новых союзах. В распоряжении военных предводителей были реальные силы, позволяющие им требовать больше ресурсов у своих подданных и получать больше прибыли из новых источников обогащения, но при этом они также были способны защитить своих сторонников от имперского произвола.
В одном мы можем быть уверены: Римская империя заботилась о своих гражданах. Не будь этого, она не просуществовала бы сотни лет. Жаль, что сейчас мы знаем работы в основном Цицерона и Цезаря. Эти великие люди жили, когда римляне при помощи политики кнута и пряника, большей частью кнута, пытались удержать в своей власти обширные владения. Мы можем остаться под впечатлением, что римляне делали это ужасно негуманно, что отнюдь не верно по отношению к средним римлянам. Август, приемный сын Цезаря, сумел сохранить некое подобие республики, мудро правил государством и контролировал внутреннюю политику. Единственными недовольными его мудрым правлением оказались старые римские аристократы, испытывающие ностальгию по былой неограниченной власти, но даже они были благодарны Августу за прекращение постоянных гражданских войн. Поистине наступил золотой век. Если мы хотим познакомиться с лучшими представителями римлян, то стоит обратиться именно к эпохе императора Августа.
Но посреди всей этой перестройки римская концепция империи не только продолжала существовать, но и оказалась необыкновенно живучей. После поразительного полутысячелетнего существования (в сравнении: Британская империя протянула менее века) это, наверное, не так удивительно. Это сверхгосударство – Западная Римская империя – могло исчезнуть, но на многих (хотя и не на всех) частях его старых территорий население пережило закат империи, сохранив в целости свои общественные, экономические, судебные и культурные структуры. В этих группах остались целыми и невредимыми римские идеи и даже некоторые административные институты. Да и чужаки, уничтожившие империю, не испытывали непримиримой враждебности ко всему римскому. Многие из них были ее давними приграничными соседями и не начинали свои индивидуальные захваты частей римской территории под знаменем идеологического крестового похода против империализма. Они давно уже привыкли действовать в рамках всеохватывающей структуры Римской империи, и новые лидеры пришедших ей на смену государств, приступив к созданию нового порядка из хаоса ее крушения, видели много полезного для себя в структурах римского правления, общества и культуры.
Сципион изменил судьбу Рима. Он вышел на арену истории, когда власть Рима не простиралась даже на всю Италию. Когда же он уходил, Рим стал не только хозяином всего средиземноморского мира, власть его простерлась на все страны Европы, на Восток, Африку, Малую Азию. При этом он не стремился создать деспотическую империю, хотя территориальные приобретения и играли весьма существенную роль. Великое будущее Рима он видел на пути создания мощного имперского «ядра», представляющего конфедерацию народов и стран во главе с Римом. Среди этих стран Рим должен был обладать безусловным политическим, военным авторитетом и коммерческой гегемонией. Харт так пишет о Сципионе: «Труды Цезаря вымостили путь к упадку и падению власти Рима; труды (же) Сципиона сделали возможным мировое сообщество независимых государств, признающих верховенство Рима, но сохраняющих независимые внутренние органы, необходимые для питания и продолжения жизни политического тела. Владей его наследники хоть каплей мудрости и дальновидности Сципиона, Римская империя могла бы принять курс, аналогичный курсу современной Британской империи, и, путем создания кольца полунезависимых и здоровых буферных государств вокруг сердца римской власти, варварские вторжения были бы отражены, ход истории изменился бы, и прогресс цивилизации избежал бы тысячелетнего пребывания в коме». Нам показалось, что эти слова во многом верны – и не только для Рима, ресурсы которого и тогда были все же весьма ограничены, сколько для современной и будущей России, которая имеет иное, более естественное геополитическое окружение стран, бывших ее частью.
Последний год жизни Феодосий I страдал водянкой. Предчувствуя скорый конец, он беспокоился о судьбе империи. У императора имелись два сына – семнадцатилетний Флавий Аркадий и десятилетний Флавий Гонорий Август. Хотя оба юноши стараниями отца уже были включены в процесс управления государством, оставлять огромную империю под властью кого-нибудь из них не хотелось: Аркадий отличался слабым здоровьем, был от природы заторможен и вял, а Гонорий был юн годами. Правда, Феодосий успел приставить к обоим опытных, преданных советников: при малолетнем Гонории оставался видный римский полководец, вандал по отцу Флавий Стилихон; при Аркадии – политик и дипломат, префект Востока Флавий Руфин. До появления в семье достойного наследника Феодосий решил уменьшить подвластные сыновьям территории и разделил власть в Римской империи между ними пополам – страна и государство оставались едиными, но Аркадий получил безраздельную власть в Восточной части империи, а Гонорий – в Западной. По крайней мере, так объясняют случившееся историки. У древних римлян имелись и иные объяснения. Как бы там ни было, но территория Римской империи оказалась разделённой Феодосием I примерно поровну. Столицей Западной части стал Медиолан, столицей Восточной части – Константинополь.
Наша история начинается с основания Константинополя как Нового Рима, то есть с 330 года, так как именно тогда зародились новые идеи, ставшие основой византийской государственности. Установление там патриархата и его теснейшее сотрудничество с императором привели в конце концов к разрыву церквей, ортодоксальной (православной) и латинской (католической). Именно сосредоточение управления на востоке Римской империи привело к рождению новых взглядов, принятию того, что Бэйнс назвал новым мировоззрением. Императорский дворец на склонах, обращенных к Мраморному морю, ставший впоследствии истинной ступицей колеса цивилизованного мира, был заложен Константином. Идея великой крепостной стены, протянувшейся от Золотого Рога до Мраморного моря и соединившей их, также принадлежала ему. Он же начал строительство церкви Святой Софии (Айя-Софии), которая затем стала центром православного христианства. Однако первые два века существования новой империи были скорее прелюдией к византийской эпохе, чем ее неотъемлемой составной частью. Хотя многие произведения искусства, созданные тогда, уже следует отнести не к римской, а к византийской культуре. При дворе продолжали пользоваться латинским языком, а не греческим. Чеканившиеся монеты вряд ли можно назвать византийскими до правления Анастасия I (491–518). Все еще властвовала могущественная патрицианская аристократия. Еще было возможно императору, такому, как Юлиан Отступник (331–363), вернуться к языческим богам. Церковная архитектура по-прежнему использовала старую конфигурацию базилик. Но императоры еще долго пребывали в Италии, и ее роль в развитии науки и искусства была яркой и вполне определенной. Конечно, возникали новые идеи, но эпоху эту следует назвать скорее раннехристианской, чем византийской. Глаза мира были все еще в равной степени обращены и в прошлое и в будущее.
В 476 году Западная Римская империя прекратила существование. Здесь необходимо отметить одну деталь. Одоакр, предводитель германских наемников, овладев Римом, в отличие от своих предшественников, не ограничился грабежом и кратковременным пребыванием в столице. Он низложил последнего римского императора, малолетнего Ромула Августула, но не присвоил себе императорского титула; вместо этого он собрал знаки императорского достоинства и отправил их в Константинополь властителю Восточной Римской империи. Сим актом как бы подводилась черта: давно уже фактически развалившаяся Западная Римская империя теперь и формально прекращала свое существование. Отныне константинопольские императоры могли считать себя единственными наследниками империи в целом. При случае они каждый раз заявляли об этом и в середине VI века даже попытались «вернуть» утраченные земли Запада. Запомним этот факт. Он еще пригодится нам в дальнейшем.
Огромное число западноевропейских выходцев появилось при византийском дворе, и в их руки стали переходить наиболее выгодные и ответственные места в империи. Оба раза Мануил был женат на западных принцессах: первой женой его была сестра жены германского государя Конрада III, Берта Зульцбахская, переименованная в Византии в Ирину; второй женой Мануила была дочь антиохийского князя, Мария, по происхождению француженка, замечательная красавица. Все правление Мануила было обусловлено его увлечением западными идеалами, его несбыточной мечтой восстановить единую Римскую империю через отнятие при посредстве папы императорской короны у германского государя и его готовностью заключить унию с западной церковью. Латинское засилье и пренебрежение туземными интересами вызывали в народе общее неудовольствие; настоятельно чувствовалась необходимость в перемене системы. Однако Мануил умер, не увидев крушения своей политики.
Ориентация Армении резко изменилась, когда, после падения парфского царства (около 226 г.), на его месте возникла держава ново-персов. Сасаниды, заняв престол парфских царей, определенно порвали с традициями своих предшественников. Полные мечтами о былом величии персидской монархии, ново-персы стали стремиться к тому, чтобы восстановить в своей земле древние персидские обычаи, между прочим, и древний зороастризм, во всей первоначальной чистоте, и воздвигли гонение на все парфское. Естественно, что Сасаниды не могли не смотреть недружелюбно на Армению, где продолжала царить парфская династия, свергнутая ими в Парфии. Кроме того, ново-персы с самого начала выказали агрессивные стремления по отношению ко всем соседним землям, – как к пограничным провинциям Римской империи, так и к Армении. К этому времени культурное влияние Рима в Армении настолько окрепло, что стал возможен теснейший союз армян с римлянами против общего врага. В течение следующего столетия во всех войнах, какие вела империя против Персии и которые, в сущности, были единой непрерывной войной (растянувшейся потом на ряд веков), армяне всегда выступали на стороне римлян как их верные союзники.
Эти апостольские оценки (записанные, напомним, в годы Неронова царства), в корне расходились с господствующим иудейским отношением к Римской империи. Иудеи большей частью гнушались римлянами, как язычниками, и в то же время завидовали могуществу Римской империи, желая и сами достигнуть мирового господства. Завершилось тем, что за полвека иудеи трижды поднимали масштабные антиримские восстания в 66–70, 118–119 и 130–135 годах, подавленные императорами Веспасианом, Траяном и Адрианом соответственно. Христианская же церковь принципиально не участвовала ни в этих, ни в менее масштабных мятежах. Духовно трезвые христиане видели две стороны в Римской державе. С одной стороны, это действительно, языческое государство, не знающее Единого истинного Бога и поклоняющееся самому себе, но, с другой стороны, это государство, объединившее практически весь античный мир, прекратившее междоусобия и самосуд, установившее везде единый порядок и закон, необходимый минимум справедливости и свободы, а тем самым невольно служившее делу Божию на земле. Один из первых христианских апологетов Мелитон, епископ Сардийский, в своей апологии обращал внимание на то, что Христос не случайно родился и был записан по переписи в число римских подданных, когда окончательно утвердилась Римская империя, и установилось единоличное правление императора Августа. Тем самым империя получила благословение свыше и потому должна сотрудничать с христианской Церковью в общем деле служения истинному Богу. Эта мысль не была частным мнением одного автора, она настолько отражала общий церковный взгляд, что впоследствии вошла в наши богослужебные тексты, в частности в стихиры на Рождество Христово (Августу единоначальствующу на земли многоначалие человеков преста…).
Тем самым он стремился к легитимизации своей власти в новом политическом контексте, надеялся добиться в Европе для себя и России такой репутации, которая напоминала бы европейцам о Римской империи. Не будем забывать, что в сознании людей XVIII века понятия «империя», «империус», «Римская империя» рождали весьма позитивные эмоции. Неудивительно, что римскими аллюзиями, намеками, сравнениями пестрит вся идеология петровского царствования. Нельзя не углядеть этого в пышной «римской» символике триумфальных шествий по случаю побед русского оружия, в выпускавшихся с 1700 года рублях с «римским профилем» государя и в символах новой столицы, названной именем святого Петра. Виднейший идеолог Петровской эпохи архиепископ Феофан (Прокопович) в 1717 году произнес речь, в которой дважды сравнивал царя с римским императором Августом, принявшим от Сената титул Отца Отечества. Четыре года спустя, во время празднования Ништадтского мира, Правительствующий сенат преподнес Петру титулы «Император», «Великий» и «Отец Отечества», которые он принял как должное, ибо осознавал себя демиургом, строителем новой империи.
Внешне Фердинанд I был еще большим Габсбургом, чем его брат. Сохранившиеся изображения свидетельствуют об этом: оттопыренная нижняя губа, орлиный нос, длинное лицо – типичные габсбургские черты. А вот по характеру младший брат не походил на старшего, отличаясь от него спокойствием, рассудительностью и осторожностью. Он был весьма образован, в числе его воспитателей был знаменитый философ-гуманист Эразм Роттердамский, прививший молодому принцу такие качества, как терпимость и сдержанность. Будучи набожным католиком, Фердинанд I, однако, всегда ставил политические интересы над религиозными, что и позволило ему стать вдохновителем Аугсбургского мира. Фердинанд был менее жесток и непреклонен, чем Карл, о чем можно судить по замечанию одного венецианского дипломата: «Немцы любят короля и не боятся его; чехи его не любят, но боятся; венгры же и не любят, и не боятся». В своих землях Фердинанду удалось провести административные реформы с большим успехом, чем это пытался сделать в масштабах всей империи Карлу. Были созданы единые для Австрии, Чехии и Венгрии органы управления, членами которых король назначил своих доверенных лиц, – тайный совет (Hofrat), занимавшийся вопросами политики и дипломатии, дворцовая палата (Hofkammer) как высший финансовый оргай и военный совет (Hofkriegsrat). Историки считают эту реформу одним из первых шагов к формированию будущей дунайской монархии, превращению наследственных габсбургских земель в единое государство и их административному отделению от остальных частей «Священной Римской империи».
Освобождение Рима Карлом Великим – победителем лангобардов – и коронование императора папой установили новый порядок вещей: солидарность короны и тиары. С этого момента начинаются из-за слияния двух сил, с одной стороны, претензии владык Священной Римской империи на всемирное господство, с другой стороны, претензии пап на духовное владычество над миром. Претензии германских императоров будут основаны на воспоминаниях о цезарях, а претензии пап – на словах Христа, обращенных к св. Петру: «Quidquid ligaveris super terram, erit legatum et in coelis; quidquid solveris super terram, erit solutum et in coelis»[3]. Никогда не существовала на земле более значительная власть, чем власть папы. В теории эти две силы должны были быть независимы друг от друга, а их сферы влияния разграничены. На практике было не так. Поскольку глава церкви становился мирским владыкой, а глава империи желал назначать епископов, две силы вскоре дошли до открытой вражды. Духовная власть должна была надеяться на господство над светской, а светская – на подавление духовной. Император хотел создавать пап, а папа – императоров. Отсюда берет начало знаменитая борьба за инвеституру, продлившаяся несколько веков.
Посему практически невозможно установить точную дату возникновения Римской империи. Это был постепенный процесс (возможно, к лучшему). В юности Август – как нам теперь следует именовать Октавиана – безусловно жаждал власти; стоило ему добиться желаемого, как он смягчился и сделался политиком и государственным деятелем. Другие его достижения оценить сложнее. Он реорганизовал управление и войско; разместил постоянные военно-морские базы по всему Средиземноморью, где теперь Рим господствовал безраздельно; с 200 года до нашей эры по 200 год нашей эры плотность коммерческого судоходства в бассейне существенно превосходила показатели последующей тысячи лет[43]. Что важнее, он придал старой республике новую форму, которой требовало колоссальное расширение границ, и как-то примирил с этой формой все слои римского общества, сплотил их под стягами своего нового режима. О нем говорили, что он получил Рим глиняным, а оставил мраморным, но он сделал гораздо больше: он принял республику и преобразил ее в империю – в империю, неотъемлемой частью которой предстояло быть Сицилии.
Первая из них – и хотя она не имела важных последствий, но ее нельзя не отметить, потому что она исходила от самих варваров, – это кодификация варварских законов. Между VI и VII веками почти все законы варварских народов были облечены в письменную форму. До того времени это были лишь обычаи, которыми управлялись варвары до утверждения своего на развалинах Римской империи. Известны законы бургундцев, франков салических, франков рипуарских, вестготов, лангобардов, саксов, фризов, баварцев, алеманов и др. Это было, очевидно, началом цивилизации, попыткою подчинить общество власти общих и определенных принципов. Успех этой попытки не мог быть велик, потому что кодифицировались законы несуществовавшего уже общества, законы общественного быта варваров до водворения их на римской территории, – быта, предшествовавшего перемене бродячей жизни на оседлую, состояния кочующих воинов на состояние оседлых собственников. Кое-где встречаются, правда, статьи о землях покоренных варварами, об отношениях победителей к прежним владельцам страны; кое-где видны попытки определить некоторые явления новой общественной жизни; но большая часть законов относится к прежней жизни, к древнему состоянию германцев; они не были применимы к новому обществу и в развитии его не играли почти никакой роли.
Первая из них – и хотя она не имела важных последствий, но ее нельзя не отметить, потому что она исходила от самих варваров, – это кодификация варварских законов. Между VI и VII веками почти все законы варварских народов были облечены в письменную форму. До того времени это были лишь обычаи, которыми управлялись варвары до утверждения своего на развалинах Римской империи. Известны законы бургундцев, франков салических, франков рипуарских, вестготов, лангобардов, саксов, фризов, баварцев, алеманов и др. Это было, очевидно, началом цивилизации, попыткою подчинить общество власти общих и определенных принципов. Успех этой попытки не мог быть велик, потому что кодифицировались законы несуществовавшего уже общества, законы общественного быта варваров до водворения их на римской территории, – быта, предшествовавшего перемене бродячей жизни на оседлую, состояния кочующих воинов на состояние оседлых собственников. Кое-где встречаются, правда, статьи о землях покоренных варварами, об отношениях победителей к прежним владельцам страны; кое-где видны попытки определить некоторые явления новой общественной жизни; но большая часть законов относится к прежней жизни, к древнему состоянию германцев; они не были применимы к новому обществу и в развитии его не играли почти никакой роли.
Разумно и в то же время твердо Мурад I сеял семена многонационального, поликонфессионального и многоязычного общества, которое должно было эффективно функционировать под управлением его преемников в предстоящие века. Этот процесс создал на больших пространствах «Пакс Оттоманикум», который со временем послужит сравнением с «Пакс Романум» более ранних веков. Составленная из разных частей Османская империя должна была в действительности стать, благодаря своей эклектичной политике, истинным преемником Римской империи. Ибо она позаимствовала римскую традицию предоставления иностранцам гражданств, натурализовала их по собственным образцам и поощряла использовать свои возможности, как к собственной выгоде, так и к выгоде империи. Она предоставляла подданным султана христианского происхождения на равных с мусульманами от рождения возможность достигать высших официальных постов в государстве. Но была практика, схожая с той, которая, с точки зрения профессора Тойнби, «позволила римлянам первыми создать империю, а затем шить и вновь оживлять ее». В оценке достоинств этой практики некоторые заходят настолько далеко, что утверждают, что османы «были способны построить империю, которая действительно была пятым «порождением Римской империи на Ближнем и Среднем Востоке» и которая смогла просуществовать в этом качестве вплоть до первой четверти XX века.
Положение Ирода было положением «вассального царя». Это было связано с известными привилегиями, так как вассальные царства, в отличие от покоренных провинций, не обязаны были платить налоги прямо Риму или нести военную службу в римской армии. Тем не менее Палестина, подобно другим вассальным государствам Среднего Востока (Армении, Каппадокии, Галатии и Коммагене), стала интегральной частью Римской империи. Главные задачи вассального царя состояли в том, чтобы поддерживать порядок в своем государстве, обеспечивать его верность Риму и отражать нападения врагов Рима на границы империи. Без разрешения императора Ирод не мог принять ни одного важного решения, даже касавшегося его собственной семьи. Он обязан был являться в Рим по первому зову, чтобы отчитаться в своих поступках или ответить на выдвинутые против него обвинения. И если вассал оказывался слабым или ненадежным с точки зрения Рима правителем, он мог быть в любую минуту смещен с царства.
Знаковым событием в развитии обеих ветвей христианства явилось решение Папы Льва IX об отлучении греческой (византийской) православной церкви от римской. В ответ на это Константинопольский патриарх предал проклятию Западную Римскую церковь вместе с Папой. Обе эти тенденции оказали существенное влияние на развитие европейской культуры на западе и востоке, породив множество специфических особенностей, нюансов. Именно в это время закладываются специфические черты жизни и культуры народов Западной и Восточной Европы, оказавшие влияние на всю историю человечества в последующие исторические эпохи вплоть до нашего времени. В то время когда Восточная Римская империя превратилась в могущественную Византию, ее западная часть была захвачена варварскими племенами и практически полностью разрушена. На ее территории создаются и распадаются в течение V–VIII вв. самостоятельные варварские государства, занимавшиеся главным образом разграблением и разрушением культурных ценностей остатков Римской империи. Их главный девиз выражался словами «Разрушать все, что построили люди». Они испытывали наслаждение в опасностях и войнах, считали счастьем умереть на поле боя, убить человека лучшим геройством, а самым престижным трофеем и украшением боевого коня – волосы скальпированного врага.
Были и другие обстоятельства, способствовавшие временной, до лучшей поры, консервации римских правовых порядков: во-первых, традиционализм церкви, которая в окружении безбожников продолжала управлять паствой и культовыми учреждениями, рядить и мирить спорщиков с помощью старого нормативного наследия – ecclesia vivit lege romana; во-вторых, вечная тяга самообольщения, жажды титулов и наград[47], которая увеличивается благодаря близости к престолу. Германские вожди, увидев и осознав размеры богатства и истинного величия покоренных народов, стали называть себя преемниками прошлого, объявили о создании Священной Римской империи. Прошлое, сохранившееся право тем самым получало индульгенцию на жизнь; в-третьих, сами завоеватели весьма снисходительно отнеслись к правовым чувствам бывших римлян и предоставили им возможность выбора между старым законодательством и нормами германского права (принцип личного подчинения праву). Разумеется, подарок был незамедлительно принят.
Начало периода патриархата было временем ожесточенной борьбы за независимость Иудеи. В 115–117 гг. произошло мощное восстание евреев диаспоры, охватившее Ливию, Египет, Кипр и Месопотамию. Очаги восстания были и в Эрец Исраэль. Во время восстания Шимона Бар-Кохбы, также носившего титул «наси», в 132–135 гг. независимость была на короткое время восстановлена. Причиной восстания была решимости евреев любой ценой сохранить еврейский характер своей страны и своей религии и их стремление воспрепятствовать превращению Эрец Исраэль в обычную эллинизированную восточную провинцию Римской империи. Стремясь упрочить мир на востоке империи, император Адриан обещал евреям восстановить Иерусалим, однако спустя несколько лет отказался от своего намерения, решив придать городу римский, языческий характер. Кроме того, император издал эдикт о запрещении обрезания. Адриан сознательно игнорировал чувства и традиции евреев. Эти действия римских властей явились непосредственным толчком к восстанию.
Западная историческая наука в своих построениях отправляется из двух, собственно говоря, наблюдений: одно дано изучением Западной Римской империи и отношений ее к новым народам, другое получается из истории германцев, французов, англичан и др. после эпохи Великого переселения; но этих наблюдений недостаточно для заключений об общих законах европейского развития. Кто считает их достаточными, тот смотрит на народы негерманской и нероманской расы как на ненужный служебный придаток, с которым не стоит много церемониться. В западных исторических системах нет места наблюдениям над историей Византийской империи и ее отношений к новым народам и над историей греков и славян, персов, арабов и других восточных народов после падения Западной империи. Самым очевидным и бесспорно важнейшим наследием, завещанным Древним миром Средним и Новым векам, нужно признать самый факт существования в Европе романских народностей. Нынешние итальянцы, французы, испанцы и румыны не суть, конечно, потомки старых римлян, но они и не германские готы и лангобарды, не франки и не свевы и вестготы, это олатыненные, т. е. романизованные, германцы. Что разлагающийся якобы Рим императорской эпохи заключал в себе громадный запас жизненных сил, это видим из того, что новые народы не выказали сопротивления культурному римскому влиянию, и все были увлечены потоком романизации.
Разногласия существовали даже внутри церкви – в конце XI века появились соперничающие друг с другом папы, каждый из которых мнил себя законным претендентом на трон святого Петра и имел поддержку соперничавших групп духовенства, которые считали, что вправе избирать папу. Кроме того, существовала византийская церковь, которая резко расходилась во взглядах на практики и учения, принятые на Западе, и находилась в состоянии раскола с папством. Однако самый опасный и долгий из конфликтов, терзавших Европу в те годы, угрожал существованию церкви в целом – серьезная ссора разрушила отношения между папой Григорием VII и наиболее могущественным человеком в Европе, императором Священной Римской империи Генрихом IV. Предшественники Генриха установили контроль над Северной Италией и в 60-х годах X века провозгласили себя императорами; в итоге они получили возможность внимательно наблюдать за папством с близкого расстояния, сохранив право вмешательства в выборы понтифика. Сначала отношения между Григорием VII и Генрихом IV выглядели многообещающе. Григорий, «глубоко верующий человек, искушенный в обеих областях [религиозной и светской] знаний, выдающийся поборник справедливости и праведности, обладающий сильным характером… благородный, скромный, здравомыслящий, целомудренный, радушный»{28}, взошел на папский престол в апреле 1073 года. Папа, получив послания императора после выборов, воспрял духом. Генрих, писал он одному из своих сторонников, «прислал нам слова, полные приятности и покорности, и, как мы помним, ни он, и ни один из его предшественников никогда не писал такого римским понтификам»{29}.
Феодосий Великий – последний правитель той единой Римской империи, какой она была при Августе, – скончался в начале 395 года. Его сыновья разделили страну, Аркадий стал править на Востоке, а Гонорий на Западе, и больше никогда все Средиземноморье не контролировало единое правительство. Веками этот мир разделяли два языка, а позднее разрыв еще больше усилили застой в торговле, озабоченность разными угрозами на противоположных границах и религиозные разногласия. Хотя в умах людей того времени и продолжала существовать единая ойкумена с двумя столицами, в действительности историк сталкивается с двумя отдельными государствами, тесно связанными историческими, а в течение нескольких поколений и семейными узами в высших сферах власти. Каждое из них в основном было сосредоточено на собственных тяжелых внутренних и внешних проблемах и двигалось своим политическим курсом. Поэтому неудивительно, что в V веке Восточная империя отводила от себя варварскую угрозу, направляя ее на Запад, против родственного государства, и весьма редко помогала Западу защищаться в его смертельной агонии.
Валериан, руководствуясь лишь чувством отцовской привязанности или тщеславием, немедленно разделил верховную власть со своим сыном Галлиеном – молодым человеком, до тех пор скрывавшим свои порочные наклонности во мраке частной жизни. Совместное управление отца и сына продолжалось около семи лет, а управление одного Галлиена около восьми. Но весь этот период времени был непрерывным рядом беспорядков и общественных бедствий. Так как Римская империя в одно и то же время подвергалась со всех сторон яростным нападениям внешних врагов и страдала от честолюбивых покушений внутренних узурпаторов, то мы ради правильности и последовательности повествования будем придерживаться в распределении исторических событий не порядка времени, а более натуральной группировки по сюжетам. Самыми опасными врагами Рима в царствования Валериана и Галлиена были франки, алеманны, готы и персы.
На пороге XIX века государство Габсбургов ждали новые преобразования. В 1804 году римско-германский император Франц II присвоил себе ранее не существовавший титул императора австрийского и в этом качестве стал Францем I. Мера была вынужденной: Габсбурги терпели поражения в войнах с наполеоновской Францией. Влияние Бонапарта в княжествах Западной и Южной Германии возросло, а Священная Римская империя окончательно превратилась в призрак. В 1806 году процесс достиг логического завершения: Франция объединила немецких вассалов в Рейнский союз, Наполеон провозгласил себя его протектором, а несчастный Франц II объявил о сложении римско-германской короны. Габсбургско-Лотарингская династия сохранила императорский титул, но уже другой – австрийский, ею самой для себя изобретенный. Как пишет австрийский историк и правовед Валентин Урфус, “новый титул был титулом династическим, а не государственно-правовым, он принадлежал государю, но не обозначал государства. Речь шла лишь о том, чтобы Габсбурги оставались императорами и после исчезновения Священной Римской империи. Новый титул ничего не изменил в государственно-правовом положении стран, входивших в габсбургскую монархию”. Тем не менее в восприятии как подданных Австрийского дома, так и иностранцев “наследственные земли” после 1804 года во все большей степени становились единым государством – Австрийской империей.
Такая «международная система» как основа политической глобализации, зародилась, конечно, намного раньше, в период идеологической революции Ренессанса. Разумеется, русский царь никак не мог согласиться с мировой системой, при которой Россия должна была отдать Северо-запад Польше и Швеции, Поволжье – Турции, ввести на остальной территории власть кесаря «Священной Римской империи германского народа» и подчинить Русскую Православную Церковь папскому престолу. Но именно такую цель поставила перед собой Европа в XVI веке и почти добилась своего в Смутное время.
Система, установленная Августом, очень сильно зависела от личных качеств верховного правителя. При «дурных императорах» дела шли плохо: Нерон поджигал Рим и казнил неугодных, Калигула приводил коня в сенат и устраивал шутовские военные походы. При «добрых императорах» благосостояние росло, налоги собирались исправно, провинции процветали. В начале ii века н. э., при императоре Траяне, Римская империя достигла максимального территориального размаха, охватив почти весь известный римлянам мир – от Шотландии до Египта, от Португалии до Армении.
Таким процессом ассимиляции Мурад I сеял семена многонационального, многоконфессионального и многоязычного общества, которое должно было эффективно функционировать под управлением его преемников в предстоящие века. Этот процесс создал на больших пространствах Pax Ottomanica, который со временем заслужит сравнение с Pax Romana более ранних веков. По своей сути композитная Османская империя должна была стать, благодаря своей эклектичной политике, истинным преемником Римской империи. Ибо она позаимствовала римскую традицию предоставления иностранцам гражданства, натурализовала их по собственным образцам и поощряла использовать свои возможности как к собственной выгоде, так и к выгоде империи. Она предоставляла подданным султана христианского происхождения на равных с мусульманами от рождения возможность достигать высших официальных постов в государстве. Подобная практика, с точки зрения профессора Тойнби, «позволила римлянам первыми создать империю, а затем вновь и вновь оживлять ее». В оценке достоинств этой практики он заходит достаточно далеко и утверждает, что османы «смогли построить империю, которая действительно была пятым возрождением Римской империи на Ближнем и Среднем Востоке» и которая просуществовала в этом качестве вплоть до первой четверти XX века.
Но на пути к ней стояло препятствие – одержимость средневековой Европы вопросом о легитимности власти, поскольку законный титул служил единственным ограничением главенства силы. Оттону нужно было обосновать свои притязания на императорский престол. Он не состоял в родстве с Карлом Великим, поэтому не мог сослаться на право крови. Он не имел возможности притязать на такую же империю, какой правил Карл Великий, поскольку не контролировал Западно-Франкское королевство (Францию). Так по какому праву он мог бы стать императором? Его придворные и духовные лица выдвинули радикально новую идею, которая затем отдавалась эхом в веках: между германской короной и Римской империей существует мистическая глубинная связь. Эта концепция получила название translatio imperii или «перенос империи».
Вернее, речь шла не о приобретении, а о возврате своего законного. Византия, как мы теперь будем постоянно называть Восточную Римскую империю, это слово книжное, введенное в оборот историками Нового времени на том лишь основании, что греческая колония, на месте которой впоследствии разросся Константинополь (на Руси называемый Царьградом), носила имя Византиума. Сами же жители Византии до самого последнего дня считали себя наследниками всей Римской империи, а называли себя ромеями (от Roma – Рим). Хотя государствообразующим народом Византии были греки (составлявшие, правда, в VI в. не такую уж большую часть ее 35-миллионного населения), до конца столетия официальным языком делопроизводства был латинский.
В самый разгар анархии, охватившей Римскую империю, Валериан и Галлиен проявляли удивительное мужество, пытаясь восстановить порядок в стране. Мало кому из людей приходилось сталкиваться с более безнадежной задачей. Валериан принялся за дело на Востоке, попытавшись отразить угрозу, исходившую от персов. Резиденция Галлиена находилась в верховьях Дуная, откуда он мог контролировать ситуацию на северных границах. Однако эта оборонительная схема рухнула, когда Постум решил взять в свои руки власть в западных провинциях. Постум стал императором в Треве и в течение нескольких лет правил Британией, Галлией и Испанией. В это же самое время некто Ингин объявил себя независимым правителем земель в нижнем течении Дуная – и под властью Галлиена остались лишь Италия, Африка и Греция. Одним из результатов этих событий стало то, что Британия, Галлия и Испания оказались надежно защищены. Постум был достойным правителем и хорошо управлял своими владениями.
Однако создание новой империи принесло с собой не только войны. Как в Италии, так и в Германии оно также привело к усилению политической раздробленности. Хотя некоторые из императоров Священной Римской империи предпочитали править из Рима, большинство всю жизнь жили по другую сторону Альп. Пап же зачастую больше волновали духовные и теологические проблемы, а не земные вопросы, связанные с управлением. Да и в любом случае их возможности были ограничены: в деле защиты Папской области они полагались на свой авторитет и на наемное войско.
Была в этом вопросе и другая сторона. Греки, уже с подписанием Флорентийской унии потерявшие в глазах русских право на первенство в православном мире, окончательно потеряли его с падением Константинополя. Очевидно, что на их место должен был встать какой-нибудь другой народ. Поскольку все остальные православные народы были покорены турками, то единственным таким народом мог стать народ русский. Русское княжество осталось единственным свободным православным государством в мире. По мысли самого Божественного Промысла оно должно было теперь стать наследником павшего греческого царства и принять на себя роль хранителя незапятнанного православия. Осознание себя преемниками второго, павшего Рима, происходило у русских в более сложном плане, как осознание судеб не только греческого и русского царств, но и царства современных латинян, т. е. Священной Римской империи. Поэтому мы находим у книжников того времени обращение к воспоминаниям о первом Риме. Наряду с падением Константинополя, в формировании политической идеологии XV в. переломным моментом было свержение монголо-татарского ига. В это время концепция римско-византийского преемства только зарождалась и не получила еще четкого и законченного литературного оформления; это произойдет во втором-третьем десятилетиях XVI в.
Еще одним шагом Константина стал перенос столицы на окраину Римской империи. «Вечный город», бывший центром языческого государства, воплощением прежних (всё еще отчасти республиканских) нравов, обычаев и традиций, не мог стать центром самодержавной христианской империи. Константин понимал, что культурная оппозиция римского нобилитета и плебса новым порядкам может свести на нет все его начинания. Поэтому создание нового центра, в котором вся жизнь будет подчинена императорскому замыслу, представлялось насущной необходимостью.
Это означало одновременно и возрождение Западной Римской империи, и установление для папы права делать воина Церкви императором. Хитроумно вдвойне. История свидетельствует, что эта коронация (без миропомазания) стала для Карла неожиданностью. Возможно, но церемония вполне соответствовала его чаяниям. Он опасался лишь нанести оскорбление византийскому императору. В его собственном, уже сложившемся статусе новый титул ничего не менял. Не добавлял он ничего и к той власти, которой он уже обладал в качестве короля франков и лангобардов. Императорский титул был нужен ему, чтобы навести мост между античными временами и IX веком. Власть сильна, когда опирается на традиции. На личной печати Карла Великого будет выбита надпись: Renovatio Romani Imperii (Возрождение Римской империи). В 812 году конфликт с византийским императором был улажен. Карл подписал специальное соглашение, в котором признавал первенство Восточной империи и отказывался от притязаний на Венецию и Далмацию. Византия же признавала за ним титул императора (базилевса).
Польским королям всегда мешал проводить самостоятельную политику выборный характер правителей Священной Римской империи германской нации. Кроме того, на политическую мысль Польши влияли западные идеи. Московские же цари имели в качестве образца мрачное великолепие византийского самодержавия, и над ними нависала тень Золотой Орды. Василий II Темный стал последним московским князем, который пострадал от магнатов своего государства, а поддержавшая его церковь привела на его сторону простой московский люд. Прежде чем захватить Великий Новгород, Иван III заигрывал с лидерами новгородцев; в процессе присоединения малых русских княжеств люди обычно были на стороне «самодержца» московского. Словом, у почивших императоров Византии московские цари вместе с идеей самодержавия позаимствовали и умение привлекать на свою сторону народ.
Идеи нового прочтения Библии находили приверженцев там, где проживало негерманское население, ибо позволяли таким образом выразить протест против национального гнета. Конфликт имперских чиновников и местных старейшин в Чехии привел к развязыванию Тридцатилетней войны, опустошившей большую часть континента. Вестфальский мир (1648 г.) не поставил под сомнение право Габсбургов на ношение императорской короны, но реформировал саму Священную Римскую империю. Ее составные части получили значительную самостоятельность, а верховная власть стала номинальной.
Очень любопытно, какое оружие использовал Запад: борьба велась на базе «идей античной философии и науки, античной политики и римского права». Вот наконец и становится понятным, почему с такой энергией многие литературные произведения XV–XVI веков вдруг начали объявляться «античными», то есть якобы «очень, очень древними», а потому «весьма и весьма уважаемыми». Приписанными «древним авторитетам» опусами стремились расшатать Великую Империю. А именно: «древние» Титы Ливии XVI–XVII веков начали создавать искаженную легенду об «античной» мировой Римской империи с центром якобы в Западной Европе. Которая затем была разгромлена стоявшими на низших ступенях цивилизации нехорошими варварами. И которую теперь, понятное дело, требуется возродить, чтобы освободиться от варварского ига «Монгольской» Империи. При этом умело воспользовались еще живыми воспоминаниями о реальной «античной» Римской Империи. То есть о Великой Ордынской Империи XIV–XV веков (до османского завоевания) с центром в Руси-Орде. Лукаво исказили подлинные события, перенеся (на бумаге) столицу империи – Рим из Великого Новгорода = Ярославля в Италию, а саму «Римскую империю» – в глубокую древность.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я