Богиня

  • Боги́ня — это женское божество, что отличает его от мужского божества, которое называется «бог». Богини присутствуют во многих культурах. Наиболее часто богини являются частью политеистических систем, включающих в себя несколько божеств. В различных культурах в пантеоны могут включать как бога, так и богиню, а в некоторых случаях и двуполых богов.

    В древней и в современной культурах символизм половых различий божеств порождает массу толкований. Первенство монотеистической или близкой к тому богини защищается современными сторонниками матриархизма и пантеизма как оженствленная версия религиозного учения по аналогии с учением о Боге Авраама. В феминистских кругах Бог Авраама воспринимается как основа патриархальной идеи превосходства в противоположность «женским концепциям».

    Наиболее важная роль среди женских божеств в некоторых традиционных религиях отводится богине-матери. Среди некоторых дуалистических религий, таких как Викка, первичным божеством являются одна богиня и один бог, которые вместе составляют одно большое целое и оба стоят надо всем существующим миром.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Политеи́зм (от греч. πολύς, «многочисленный, много» + греч. θεός, «Бог, божество» — «многобожие») — система верований, религиозное мировоззрение, основанное на вере в нескольких божеств, обычно собранных в пантеон из богов и богинь. Политеизм является религиозной системой и типом теизма, в рамках которого, политеизм противостоит монотеизму — вере в единого Бога, и атеизму — отрицающему существование единого Бога и любых других богов.
Триединая богиня (англ. Triple Goddess) — согласно мифолого-поэтическому трактату английского писателя Роберта Грейвса «Белая богиня», великое женское божество, в языческие времена почитавшееся всеми народами Европы. Критически встреченные специалистами по этнографии и истории религий, работы Грейвса были, тем не менее, с энтузиазмом приняты неоязыческими сообществами; в частности, образ Тройной Богини стал (наряду с рогатым богом) центральным в культе викка.
Триму́рти (санскр. त्रिमूर्ति, trimūrti IAST «три лика») — триада, объединяющая трёх главных божеств индуистского пантеона (Брахму-Создателя, Вишну-Хранителя и Шиву-Разрушителя) в единое целое, представляющее собой духовное начало — Брахмана. Само понятие тримурти часто трактуется как триединое божество.
Ра́дха-Кри́шна (санскр. राधा कृष्ण, rādhā-kṛṣṇa IAST) — божественная чета в индуизме, в которой Бог предстаёт в мужской и женской ипостасях Кришны и его возлюбленной Радхи. Культ Радхи-Кришны характерен для таких традиций кришнаизма, как Нимбарка-сампрадая, пуштимарга и гаудия-вайшнавизм. В гаудия-вайшнавском богословии Кришна выступает как изначальная ипостась Бога, а Радха — как его вечная возлюбленная девушка-пасту́шка гопи, как изначальная женская ипостась Бога, источник всех гопи, участвующих...
Древнегре́ческая мифоло́гия (мифология Древней Греции) — мифология древних греков, тесно переплетающаяся с их религией. Оказала огромное влияние на развитие культуры и искусства всего мира и положила начало бесчисленному множеству религиозных представлений о человеке, героях и богах.

Упоминания в литературе

Религия друидов, пользуясь мистицизмом, прочно держала сознание всех верующих в рамках своего влияния, определяла мировоззрение всех кельтов. Друиды использовали и развивали всевозможные культы, обряды, обычаи, традиции, мифы и эпос. Основные положения о боге можно найти в триадах ирландских бардов, в которых постулируются основные положения мировоззрения кельтов относительно многих вопросов. Кельты использовали триады, выражающие образ жизни человека, его связь с богами. Исследователь религиозной символики И. В. Морозов показывает, что бог кельтов изображается как трехликое божество, которое можно увидеть на галло-римском рельефе.[103] Английский исследователь кельтской культуры Т. Пауэля отмечает: «Триады женских и мужских божеств имеют свои характерные черты. Так богинь обычно наделяли тремя разными именами… Триады мужских божеств принимали разное обличие…».[104] Действительно, «некоторые божества кельтской мифологии были представлены только иконографическим материалом (например, изображения трехликого и трехголового божества, божества со змеей, группы из трех богинь-матерей), имена богов остаются неизвестными».[105] «Тройственный архетип можно усмотреть в любом кельтском боге».[106]
Применительно к другим ипостасям Великой богини эта проблема уже обсуждалась мифологами. «Остатки культа Великой богини сохранялись в античное время в Малой Азии, а также частично в Греции и других местах. Этот культ сопровождался поклонением фаллу и обрядами, носившими вакханальный, оргиастический характер. В Древнем мире существовала храмовая проституция, которая, как считалось, была угодна богине. При условиях, когда культ богини сопровождался блудом, когда сама богиня мыслилась сочетающейся с мужским божеством (судя по мифам и, в частности, по многим символическим композициям), парадоксальным представляется имевшее место мнение о ней как о деве» (Голан А. Миф и символ). В ситуации с Бабой-Ягой парадокс разрешается достаточно просто. Представления о ней формировались в ту далекую эпоху, когда еще не было ни богов, ни жрецов, а были универсальные богини и их жрицы, причем женщины являлись главенствующим полом, отцовство же не признавалось.
Отголоски подобных представлений встречаются и в некоторых других местах славянского мира. Средневековый немецкий хронист Гельмольд при перечислении главных божеств отдельных западнославянских племен упоминает «Живу, богиню полабов»33. Верховная богиня этого западнославянского племени, как это следует из ее названия, выступала как олицетворение жизни как таковой. Поскольку обожествление абстрактных понятий было явно не самым ранним этапом развития религиозных представлений, Живу мы не можем напрямую отождествить с изначальной богиней каменного века наших далеких предков, хоть, безусловно, она и дает определенное представление о приписываемых ей функциях. «Каталог магии Рудольфа» отмечает, что еще в XIII в. в Силезии «в ночь рождения Христа оставляют стол (накрытым) для властительницы неба, называемой здесь «Почтенной госпожой» («Pania holda»), чтобы она им (во всем) помогала»34. Следы этого величественного образа встречаются нам и в русской вышивке: «Всюду особое, вполне привилегированное положение женщины и сопровождающие ее символы неба и светил, моление пред нею великих и малых людей или человекообразных существ ясно указывает на то, что пред нами не простая женщина, а богиня, царица неба и земли. А это объясняет, почему для нее возводятся жертвенники, храмы с поставленными в них, очевидно, с ее же изображениями, с ее же кумирами. Не трудно также решить вопрос о значении постоянно сопутствующего и часто замещающего богиню древа: это, очевидно, есть древо жизни, и если богиня так тесно связана с ним, то, значит, в народном представлении, она сама есть начало жизни, мать всего сущего. Ей, как таковой, принадлежат все стихии: воздух, вода и земля»35.
Правда, последний при этом полагает еще и что «при этом учрежденный Владимиром в Киеве пантеон едва ли мог представлять собой реальное средоточие религиозного культа, собрание богов с дифференцированными функциями. Судя по лингвистическим реконструкциям, основанным на значении теонимов, функции божеств этого синкретического пантеона дублировались и пересекались – Хорс и Дажьбог воплощали солнце, Дажьбог и Стрибог давали и “простирали” благо. Симаргл, если сопоставлять его с Сэнмурвом, вообще “выпадал” из высшего “божественного” уровня, будучи химерическим существом, собакой с птичьими крыльями, вестником богов, но не персонажем одного с ними ранга. Показательно вместе с тем, что Симаргл замыкает список мужских “божеств” – далее следует единственный женский персонаж пантеона, Мокошь, чье имя определенно связано с представлениями о плодородной влаге, “матери – сырой земле”; таким образом, находит себе объяснение и место Симаргла – посредника между небесными богами и богиней земли. Летописный список богов, очевидно, не был конструкцией древнерусского книжника, а во площал древнерусскую языческую космологию – летописные списки имен (этнонимов, антропонимов) вообще отличались особой точностью передачи традиции и особой структурой, когда список начинался с главного (обобщающего) персонажа и т. д.» (Петрухин, 2004, с. 250)[5].
Ну и наконец, три фазы движения Луны по небу, как о том пишет Грейвс, легли в основу разделения древним человеком Вселенной на три части. Грейвс утверждал, что Великую Богиню древности «можно представить в виде ещё одной триады: девушка верхнего мира, нимфа земли или моря и старуха подземного мира, персонифицированные соответственно в Селене, Афродите и Гекате. Эти мистические аналогии объясняют священность числа три… Однако поклонявшиеся богине-луне ни на миг не забывали, что имеются в виду не три богини, а всего одна»[33]. Этот вывод Грейвса так же чрезвычайно интересен и значим – мы, по сути, видим, когда и каким образом древний человек приходит к пониманию единства божественного начала в трёх лицах, ипостасях, проявлениях. Первоначально эта идея пришла как результат наблюдений за небесным движением Луны – женского божества Великой Матери. Тем самым троичность, Троица – это порождение матриархата, во времена которого абстракция троичности была не только логична, но и понятна, поскольку очевидна. Идея единства в троичности оказалась столь сильной и привлекательной, что дожила не только до наступления патриархата, но и до наших дней. В сильно переосмысленном виде, потеряв свою очевидность и логичность, она превратилась в нерушимую религиозную догму и жива в некоторых современных мировых конфессиях. А кто-то из шутников, может быть, припомнит три источника и три составные части единственно верного учения – марксизма…

Связанные понятия (продолжение)

Иерофа́ния (от греч. ιερός «священный» + φαίνω «светоч, свет») — проявление священного. Термин был введён румынским историком религий Мирчей Элиаде, который определил его как «нечто священное, предстающее перед нами». По сути термин иерофания является расширением христианского понятия теофания (богоявление) на всю сферу священного независимо от конкретной конфессии.
Боги смерти — божества различных религий, связанные со смертью: проводников душ, подземных божеств и богов загробных миров. Этот термин относится к божествам, которые либо собирают души умерших, либо господствуют над мёртвыми, а не тех богов, которые определяют момент смерти. Тем не менее, все эти виды будут включены в эту статью.
Ви́кка (англ. Wicca) — западная неоязыческая религия, основанная на почитании природы. Она стала популярна в 1954 году благодаря Джеральду Гарднеру, английскому государственному служащему в отставке, который в то время называл эту религию колдовством (англ. witchcraft). Он утверждал, что религия, в которую он был посвящён, — это выжившая современная религия древнего колдовства, которая тайно существовала в течение многих столетий, имеющая корни в дохристианском европейском язычестве. Истинность утверждений...
Индуизм включает в себя много течений и философских школ, которые принято относить к одному из направлений индуизма.

Подробнее: Направления индуизма
Древнеегипетская религия — система религиозных верований и ритуалов, практиковавшихся в Древнем Египте, начиная с додинастического периода и до принятия христианства. За свою многотысячелетнюю историю древнеегипетская религия прошла через различные этапы развития: от Древнего, Среднего и Нового царств до позднего и греко-римского периода.
Индуи́зм — одна из индийских религий, которую часто описывают как совокупность религиозных традиций и философских школ, возникших на Индийском субконтиненте и имеющих общие черты. Историческое название индуизма на санскрите — сана́тана-дха́рма (санскр. सनातन धर्म, sanātana dharma IAST), что в переводе означает «вечная религия», «вечный путь» или «вечный закон».
Ардханари или Ардханаришвара (санскр. अर्धनारीश्वर, Ardhanārīśvara IAST) — андрогинное индуистское божество, объединённая форма божества Шивы и его супруги богини Парвати (также известной под именами Деви, Шакти и Ума). Ардханаришвара изображается как наполовину мужчина — наполовину женщина. Как правило, правая сторона божества изображается как Шива, а левая — как Парвати. Мифология Ардханаришвары изложена в Пуранах.
Ли́нгам, также часто — ли́нга, (санскр. लिङ्गं liṅgaṃ IAST — знак, метка, признак) — в древнеиндийской мифологии и некоторых течениях индуизма символ божественной производящей силы. Наибольшее распространение получил в шиваизме, как поклонение лингаму (символу Шивы) и женскому символу «йони» (символу шакти (женской стороны) Шивы в различных её проявлениях — Парвати, Кали и других). Хотя некоторые направления шиваизма — в основном, лингаяты — в своей практике используют лингам без йони.
Веди́зм или веди́йская рели́гия — религиозная система, предшествовавшая брахманизму и фактически являющаяся первой стадией формирования индуизма.
Монотеизм в индуизме значительно отличается от иудейского, христианского или исламского монотеизма. Трудно провести параллель между индуизмом и монотеизмом авраамических религий.Монотеизм в индуизме развивался постепенно, на протяжении более чем трёх тысячелетий. Свой вклад в развитие индуистского монотеизма внесли множество философских школ и направлений. В индуизме развились свои, сложные монотеистические представления. В богословии многих течений индуизма единый Бог выступает в роли творца, хранителя...
Божество́ — постулированная сверхъестественная или бессмертная личность, которая может рассматриваться как святая, божественная или священная. В более широком смысле — предмет почитания и поклонения.
Антропотеи́зм — обожествление человека, когда объектом религиозного благоговения становится сам человек. Приписывание человеку божеских качеств. Фактически, разновидность гуманизма.
Зороастри́зм (авест. vahvī- daēnā- māzdayasna- — «Благая вера почитания Мудрого», перс. «بهدین»‎ — behdin, «Благая вера») — одна из древнейших религий, берущая начало в откровении пророка Спитамы Заратустры (перс. زرتشت‎, «Зартошт»; древнегреческая — Ζωροάστρης, «Зороа́стрэс»), полученном им от бога — Ахура Мазды. В основе учения Заратустры — свободный нравственный выбор человеком благих мыслей, благих слов и благих деяний. В древности и в раннем средневековье зороастризм был распространён преимущественно...
Веди́йская цивилиза́ция — индоарийская культура, ассоциируемая с Ведами, самыми ранними источниками об истории Индии. Большинство учёных помещают ведийскую цивилизацию в период от второго до первого тысячелетия до н. э., хотя некоторые индийские учёные отводят начало ведийской цивилизации к VII тысячелетию до н. э. Ведийский язык продолжал употребляться до V века до н. э., когда культура стала приобретать классические формы индуизма.
Зоола́трия (от греч. ζωον — животное и λατρεια — служение, культ), теротеизм, анимализм — совокупность обрядов и верований, связанных с религиозным почитанием животных. В современных гуманитарных науках зоолатрия часто рассматривается как одна из первобытных форм религии.
Рели́гия (лат. religare — связывать, соединять) — определённая система взглядов, обусловленная верой в сверхъестественное, включающая в себя свод моральных норм и типов поведения, обрядов, культовых действий и объединение людей в организации (церковь, умма, сангха, религиозная община).
Иерогамия (ιερός γάμος, ιερογαμία «священный брак») — сексуальный ритуал, символизировавший брак между мужским и женским божеством, роли которых исполняли люди. Ритуалы иерогамии были частью так называемой ритуальной проституции.
Круг иной богини — монотеистическое течение в алтайском бурханизме (белой вере) либо самостоятельное новое религиозное движение, близкое так называемому Движению богини.
Африканские традиционные религии, исповедуемые примерно 15 % африканцев, включают в себя разнообразные представления, относящиеся к фетишизму, анимизму, тотемизму, культу предков и культу вождей. Некоторые религиозные представления являются общими для многих африканских этнических групп, но обычно они уникальны для каждого этноса.
Ба́скская мифология — мифология басков, неиндоевропейского народа, проживающего в горных областях севера Пиренейского полуострова. Среди прочего, описывается переплетением древних языческих преданий с христианскими представлениями.
Пантеон даосизма крайне разнообразен. Он складывался под влиянием не только даосских философско-религиозных доктрин, но и древней мифологии, локальных культов, а также буддийской иерархии сакральных существ и конфуцианских представлений о совершенном управлении.
Рогатый бог — в современной неоязыческой религии викка — мужское божество, партнёр Триединой богини. Представления о таком божестве восходят к сочинениям английского антрополога Маргарет Мюррей (1863—1963).
В индуистском пантеоне насчитываются тысячи богов. В различных направлениях индуизма божества рассматриваются либо как личностные проявления безличного верховного Брахмана, либо как аватары верховного божества (Ишвары или Бхагавана), либо как могущественные существа, называемые дэвами. Индуистские божества, как правило, изображаются в человеческих или получеловеческих формах, с рядом личных атрибутов. Многие индуисты считают многочисленных божеств различными проявлениями единой изначальной реальности...

Подробнее: Индуистские божества
Бха́кти (санскр. भक्ति, bhakti IAST) — преданность, любовь к Богу в индийской философии и религии, а также условное наименование религиозно-реформаторских движений, распространившихся на Севере Индии в эпоху Позднего Средневековья.
Список древнеегипетских богов — список сверхъестественных существ пантеона древних египтян, в который включены боги, богини, обожествлённые понятия, чудовища, основные символы и фетиши древнеегипетской религии. Для удобства список разбит на несколько таблиц.
Монотеи́зм (букв. «единобожие» от греч. μονος «один» + θεος «бог») — религиозное представление о существовании только одного Бога или о единственности Бога.
Животные в религиозных представлениях и мифах играют огромную роль, отображая представления различных народов о мироздании (космогонические мифы, космологические мифы), о своём происхождении (антропогонические мифы, тотемические мифы), они участвуют в качестве культурных героев, зачастую им приписывают сверхъестественные способности.
Кришнаи́зм — термин, которым называют группу религиозных течений внутри вайшнавизма, основанных на поклонении Кришне. Термин «кришнаизм» преимущественно используется для описания культа Кришны в рамках вайшнавизма, тогда как термином «вайшнавизм» или «вишнуизм» также называют традиции индуизма, основанные на поклонении Вишну как верховному божеству. В русском языке термин «кришнаизм» часто используется в более узком значении: им называют гаудия-вайшнавизм — одну из традиций кришнаизма, основоположником...
Эвгемери́зм — герменевтическая теория толкования мифов, согласно которой религия возникла из культа умерших или живущих «великих людей». Сторонники эвгемеризма полагают, что мифология, а также религия являют собой результат сакрализации истории. В соответствии с этой теорией боги и мифологические персонажи — это фантастические трансформации реальных личностей, а мифы — искажённые исторические повествования. Эвгемеризм не обязательно связан с позднейшей рационалистической критикой мифологических или...
Пантео́н (греч. Πάνθειον, «(храм) всем богам») — группа богов, принадлежащих к одной религии или мифологии.
Мифоло́гия (греч. μυθολογία от μῦθος — предание, сказание и λόγος — слово, рассказ, учение) — особая форма человеческого сознания, способ сохранения традиций в беспрестанно изменяющейся действительности, включает в себя народные сказания (мифы, эпос и т. д.). Мифология изучается в рамках научных дисциплин, например — сравнительная мифология.
Боги древних адыгов — имеются в виду боги черкесского (адыгского) пантеона, составленные описателями XlX века, и в советский период систематизированные в работах А.Шортанова, М.Мижаева и других авторов по образцу древнегреческого пантеона богов.
Гностици́зм (от др.-греч. γνωστικός — «познающий», «знающий»; γνῶσις — «знание») — общее условное название ряда многочисленных позднеантичных религиозных течений, использовавших мотивы из Ветхого Завета, восточной мифологии и ряда раннехристианских учений. Термин предложен Генри Мором в XVII веке.
Боги войны — эпитет и одна из метафор Богов в язычестве. Боги войны суровы, коварны и вечно жаждут победы над врагами. В СССР в годы Великой Отечественной войны в пропагандистских материалах Богом войны называли артиллерию.
Ри́мская мифоло́гия — совокупность традиционных историй, относящихся к легендарному происхождению Древнего Рима и его религиозной системе, представленных в литературе и изобразительном искусстве римлян. Термин «римская мифология» может относиться также к современному изучению этих представлений, а также к материалам из других культур любого периода, в которых рассматривается римская литература и искусство.
Папуасская мифология - мифологические представления папуасов — коренного населения острова Новая Гвинея и ряда близлежащих островов и архипелагов Меланезии. К папуасам относят несколько сотен отдельных этнических сообществ, которые отличаются значительной языковой отделенностью. Папуасская мифология представляет собой конгломерат самостоятельных и относительно замкнутых локальных (племенных, родовых) систем (как целое она воссоздается лишь путём специального историко-типологического анализа). В то...
Праиндоевропейская религия — политеистическая религия праиндоевропейцев, предположительные общие черты которой удаётся восстановить путём сопоставления религиозно-мифологического материала различных индоевропейских народов.
Мифология адыгов — объект исследования многих научных дисциплин (философии, истории, археологии, лингвистики, филологии и др.), включающий древний фольклор и народные сказания адыгов : мифы, эпосы, сказки и др.
Кельтское язычество, также кельтское многобожие (политеизм) — это религиозные верования и практики древних кельтских народов Западной Европы до периода христианизации. Кельтское язычество было политеистическим и анимистическим.
Ма́гия (лат. magia от др.-греч. μᾰγείᾱ) — символические действия (обряды) или бездействие, направленные на достижение определённой цели сверхъестественным путём.
Прамонотеизм (англ. Urmonotheismus), первобытный монотеизм, изначальный монотеизм, примитивный монотеизм — теория происхождения религии, согласно которой изначальной формой любой религии было единобожие, впоследствии утраченное и "выродившееся" в немонотеистические верования, такие как фетишизм, тотемизм, магия, анимизм и др., известные как самые ранние формы религии.
Дэ́ва, или дэвата (санскр. देव, deva IAST) — бог, божественное существо в индуизме. В писаниях и традиции индуизма дэвы обычно противопоставляются асурам.
Рели́гия — особая форма осознания мира, обусловленная верой в сверхъестественное, включающая в себя свод моральных норм и типов поведения, обрядов, культовых действий и объединение людей в организации (церковь, религиозную общину).

Подробнее: История религий
Этрусская мифология — совокупность мифов народа, обитавшего в древней Италии в I тыс. до н. э. Мифология этрусков связана с мифами древних греков и римлян, но обладает множеством своеобразных черт.

Упоминания в литературе (продолжение)

В индуизме есть образ Тримурти – космического духовного начала, имеющего 3 ипостаси: Вишну, Шива и Брахма. В шиваизме наиболее почитаемым божеством стал Шива, главная функция которого – использовать накопленную подвижничеством энергию на разрушение и воссоздание мира. Страшному, разрушительному и внушающему ужас образу Шивы соответствует образ его супруги (точнее – энергетически дополняющий его ипостаси) – богини Кали. Повелевая демонами, насылающими несчастья (болезни и катастрофы), Кали является объектом массового культа в большей части Индии, предметом почитания миллионов, в особенности индийских женщин. Наиболее распространенным и почитаемым символом единства Шивы и его женской половины является весьма абстрактное скульптурное изображение первопричины их энергетического могущества – их половых признаков: йони-лингама и ардханари.
Нам осталось рассмотреть одну особенность почитания Табити – представление о присущей ей множественности, отраженное у Геродота (клятва «царскими Гестиями»). Согласно Гейзау [Geisau 1932: стб. 1880], в этом сказалось существование в Скифии нескольких царей. По его мнению, каждая царская юрта имела свой очаг, являвшийся общескифской святыней. Известно, что для древних индоиранцев было характерно представление о множественности проявлений божества огня, которое, будучи единым, в то же время воплощается в каждом зажженном на земле огне (ср.: «Ригведа», VII, 3). Однако толкование Гейзау основано на ограниченном понимании функций Табити только как божества очага, которое, как показано выше, вряд ли исчерпывает истинную сущность этой богини. Ближе, на мой взгляд, подошел к правильному пониманию «царских Гестий» С. А. Жебелев, хотя и он исходил из интерпретации Табити лишь как богини очага. По его мнению, «это какие-то священные предметы, своего рода фетиши, имевшие отношение к царскому очагу… Может быть, к числу этих священных предметов должно относить ту золотую чашу, которая, по легенде, упала с неба при сыновьях Таргитая» [Жебелев 1953: 33].
Литература, посвященная народному почитанию святых в различных его аспектах, чрезвычайно обширна. Научный интерес к фольклору на самой ранней стадии его изучения не мог не обратиться к особенностям народной религиозности в ее отношении к «официальной» религии и к народной культуре в целом, как она виделась в соответствующие эпохи. В этой связи возникает, получает крайне широкое распространение и долгую жизнь идея о преемственности культа языческих божеств и христианских святых. Отдельные главы, посвященные этому, находим в «Поэтических воззрениях славян на природу» А. Н. Афанасьева [Афанасьев, 1994. т. 1, 469–487], где автор утверждает: «Как Илья-пророк сменил в народных поверьях и мифических сказаниях Перуна, так точно древнее поклонение языческой богине весенних гроз и земного плодородия – Фрее или Ладе – было перенесено на пречистую Деву Марию» [Там же, 483]. С легкостью, свойственной эпохе и научной школе, к которой автор принадлежал, А. Н. Афанасьев настаивает на преемственности почитания Богородицы по отношению к культу малодостоверной (точнее сказать – вымышленной) древнеславянской «богини», относя на этот счет все сюжеты, мотивы, обряды и верования, которые, как кажется, не могут быть объяснены собственно исходя из традиций христианства.
Великая богиня является персонификацией изначальной стихии, Первоженщиной (Матерью Вселенной), своеобразным тотемным предком человечества. Идея создания Мира (включая богов) одним изначальным существом породила, в свою очередь, мысль о непорочном зачатии (славянское deva «девственница», кстати, этимологически родственно санскритскому devi «богиня»). В более поздние времена отношение к такому религиозному утверждению уже не могло оставаться столь единодушным, поэтому данная черта оказалась присуща отнюдь не всем ипостасям Великой богини. На некотором этапе развития русского народа жрецы осознали, что понятие о девственности не слишком вяжется с именем «Баба»: баба – замужняя женщина низших сословий. Наверное, именно в тот момент и возникло новое имя нашей героини – Гамаюн, которое подчеркивает ее юность, чистоту и непорочность.
От идеи единого Бога человек вскоре перешел к обоготворению жизненных сил природы, как проявлению его творческой силы. Но так как главное проявление этих жизненных сил основано на законе вечного возрождения и плодотворности, то весьма естественно, что этот закон сделался главным предметом религиозных верований человека, который стал обоготворять его во всех его явлениях растительного и животного царства. Так как закон оплодотворения имеет два главных момента: мужского и женского плодородия – силы мгновенного зарождения и силы постепенного развития зачатка, то эти два момента отразились различно в антропоморфическом мифе через аллегорические символы неба как общего понятия о влиянии светил и атмосферы на земную растительность и земли как матери и кормилицы всей природы. Этот общечеловеческий миф Озириса и Изиды, Сатурна и Геи вполне не выразился в славянской теогонии по двум причинам, из которых первая, как уже выше упомянуто, происходит от неразвития субъективности наших кумиров, которое лишило их брачных уз, связывающих у других народов царя небес с богинею земли; вторая же причина заключается в особенном взгляде человека на природу, в которой он, пораженный явлением рождения, пренебрег самую причину сего явления и уступил таким образом женскому началу плодородия главное место в своем религиозном миросозерцании. Таким образом небо, потеряв для него значение мужеской силы зарождения, стало явлением посторонним и постольку лишь достойным поклонения, поскольку оно могло своей случайностью вспомоществовать общему развитию растительной природы.
Женщины, неудовлетворенные ролями, которые им отводят традиционные религии, обратились к религиям, почитающим богинь, создавая феминистскую ветвь Викки, в том числе дианические ковены. Археологические открытия культуры богинь в Анатолии периода неолита, в Катал Джуюк, Мерсин и Хасилар, были опубликованы в 1966 году. Это новое свидетельство древнего мира совпало с подъемом феминистского движения на Западе в конце 1960-х. Оба относятся к растущему осознанию Богини в западном мышлении. Женские роли менялись, осознание росло. Открытие матриархальной культуры, в которой ценились женские идеалы и дух, стало призывом к завершению патриархальной эпохи. История демонстрирует забытую часть мирового прошлого. Те, кто занимается неоязычеством и неоведовством, ищут сакральное в богинях и богах, почитая одновременно и мужское, и женское начала.
Особое место в религиозном учении Сперанского занимает «Великая богиня России» – «Мать Сыра Земля». Взятое из русского фольклора, это представление о единстве человека не только с окружающим ландшафтом, но прежде всего с кормящей его землей, должно порождать высокоэмоциональное отношение к территории обитания своего народа и готовность защищать ее до последней капли крови. Для этого Родина-Россия и отождествляется с образом Великой Богини[62]. Возможно, этот образ навеян книгами писателя В. И. Щербакова, который в 1990-х гг. занимался популяризацией образа Богородицы как покровительницы и спасительницы Земли Русской. Не связывая ее впрямую с христианством, он понимал ее весьма своеобразно, как Богиню-Мать, известную разным народам в разные эпохи под разными именами, – здесь и египетская Изида, и греческая Афродита, и древнеиранская Анахита, и, особенно, «Птица Матерь Сва», заимствованная из поддельной «Влесовой книги»[63].
Исторические события, соответствующие появлению Геракла в Греции, следует датировать приблизительно XIV–XIII вв. до н. э. К этому времени культура «аборигенов»-пеласгов была в значительной степени усвоена ахейцами. Так, они приняли в свой пантеон богиню Геру – арийскую Яру, женскую ипостась верховного божества Яра. Геракл же олицетворял его мужскую «половину». Имя первой жены Геракла – Мегара – тоже «говорящее». В переводе с греческого оно означает «святилище». Брак с Мегарой аллегорически указывает на то, что Геракла принимают в ахейской среде как желанного родственника. В древнейшей индоевропейской традиции (и это следует из смысла принятых ими имен) Геру и Геракла следовало бы мыслить соответственно как Великую богиню и ее возлюбленного, которого Богиня благословляет на роль божественного избранника и царя-героя. Но такая ситуация соответствует матриархальному обществу. Греки времен патриархата лишают Геру власти над Гераклом, а ее место на брачном ложе отдают своей избраннице – Мегаре. Гера мстит Гераклу за это, строит ему всяческие козни, но она не в силах помешать его восхождению на Олимп. Противостояние Геракла и Геры, таким образом, отражает историю утверждения патриархальных традиций в рамках культа определенного божества (бога Яра).
Противоположность добрых ангелов – злые демоны, также действуют в мире. Но, их действия носят разрушительно-агрессивный характер. Цель их существования заключается в нанесении вреда людям. В древних религиях, люди стремились задобрить демонов, или злых духов, как их называли. Люди делали их изображения, возводили им храмы, приносили жертвы. Действия демонов вызывали у людей страх. И в настоящее время немало религиозных систем, в которых поклоняются злым духам. Например, религия Вуду, вероучение Юго-Восточной Азии и Африки, исповедует поклонение демонам и кровавые жертвоприношения. Большинство религиозных местных систем Африки придерживаются веры в злых духов. То же практикуют шаманы Сибири и Дальнего Востока, мрачные культы богини Кали в Индии, некоторые формы буддизма в Тибете, местные верования индейцев Южной Америки. Многочисленные древние и современные литературные памятники описывают многократные случаи вмешательства темных сил в жизнь людей. Не менее известны культы поклонения добрым ангелам – религия Древнего Вавилона и Персии. Добрые ангелы изображались в этих религиозных системах в виде быков с крыльями, крылатых животных или людей. Крылья, изображенные у ангелов, символизировали быстроту их перемещения.
В политеистической религии существовало немало уровней верований и много видов культов. Среди самых интересных можно назвать культы плодородия, в которых бог, как считалось, ежегодно умирал, а затем возрождался, обычно с помощью своей супруги. Часто у этой четы имелся ребенок, и таким образом формировалась триада божеств. Ежегодно в суровых климатических условиях весны в Вавилонии «умирал» Таммуз, оживавший во время праздника Нового года, когда возрождалась растительность. Рядом с ним находилось могущественное женское начало – богиня Иштар. В Египте подобным мужским божеством являлся Осирис, которого оживила его супруга Исида, чтобы он стал судьей в загробном мире.
Первичная пара существ в одной и той же мифологии может быть представлена как богиней земли и ее божественным супругом, так и рожденными этими богами первыми людьми. В индоиранской, славянской, нанайской и некоторых других мифологиях существует представление о том, что с появлением на земле первого человека заканчивается мифическое время, когда все люди обладали бессмертием и ничем не отличались от богов. Иными словами, первый человек был первым смертным. Например, древнеиндийский Яма «умер как первый из смертных», поэтому стал богом мертвых.
Чтобы лучше понять такой дуализм восприятия иного мира, обратимся к индийской мифологии. Весьма показателен в этом отношении пример Адитьев – верховного класса индийских небесных богов. М.Л. Серяков пишет, что «Слово “глубокий” в применении к Адитьям (класс богов – сыновей богини Адити, возглавляемых Варуной) надо понимать буквально, поскольку они принадлежат к глубине нижнего мира, что, в свою очередь, составляет понятие, унаследованное из индоиранской мифологии. Это было царство мертвых, а Варуна был богом смерти… Нижний мир ночью выглядит как висящий над землей в перевернутом положении».
Вопрос о функциях и значимости так же непрост и при рассмотрении женских божеств. Из наиболее почитаемых женских божеств в первую очередь стоит назвать богинь земного плодородия в более поздний период, по всей видимости отожествляемых с Мокошью. В поучениях против язычества Мокошь иногда находится в одном списке с Перуном и Хорсом, однако чаще всего в текстах поучений, там, где идёт перечисление языческих божеств, Мокошь находится рядом с вилами-русалками и Симарглом. В этом случае все боги составляют комплекс аграрно-магических представлений, так как Симаргл был связан с семенами и всходами, а русалки – с орошением полей туманом (росой) и дождём[47].
Ритуалы, связанные с брачными мифами, построены на символических отождествлениях жизни и горячей крови, которая олицетворяет мужское производительное начало. В противоположность этому молоко с его очищающим, умиротворяющим и охлаждающим действием входит в ряд отождествлений, объединяющих женское начало, материнство и другие соответствия, связанные с богиней. В свою очередь, с представлениями о крови и молоке (мужском и женском началах) связаны буквально и метафорически большие ряды символов и понятий: красный и белый цвета, ритуальные чистота и нечистота, мужская и женская телесная образность и т. п. Все эти символы «проигрываются» в ритуале в самых разных контекстах: на уровне символических объектов, слов, жестов, действий, отношений между исполнителями ритуалов. Таким образом, одно и то же содержание мифа передается разными кодами, в чем и состояла во все времена одна из причин действенной силы мифов, связанных с ритуалами в составе единого комплекса: как известно, одной из основных единиц психической деятельности является не столько ассоциирование, сколько сопоставление и сравнение.
Отбросим предположение некоторых специалистов, что глазом здесь назван геометрический орнамент. Оно несправедливо. Дело не только в том, что узор может быть неверно истолкован как пусть и несколько схематичный, но антропоморфный образ. Беатрис-Лаура Гофф, глубоко проанализировав символику Древней Месопотамии, пришла к выводу, что «в этот, как и в более ранний период, не существует никаких свидетельств, что какая-либо конкретная изобразительная форма может быть рассмотрена как эмблема специфического божества»[163]. По ее мнению, более обоснованной является гипотеза о солярном значении символики храма в Телль-Браке: во-первых, в декоре здания активно использованы спирали, круги, в том числе концентрические, колеса и другие фигуры, связанные с солнечным культом, во-вторых, в Месопотамии и близлежащих территориях в это время уже получили определенное распространение изображения глаза как символа солнечного божества, Телль-Брак же находился на перекрестке международных торговых путей. К близкому заключению приходит французский исследователь религиозных воззрений древнейших обитателей Междуречья Жак Ковэн. Отметив, что глаз уже в эпоху неолита стал восприниматься как один из символов всесильного божества, он несколько витиевато констатирует: «Телль-Брак – не более чем частный случай почти повсеместной иконографической традиции…истоки которой берут начало в неолитической предыстории Востока. Глаза, изображенные в сверхреалистическом виде, отражают грозную ипостась глиняной богини. Здесь более отчетливо, чем в других восточных цивилизациях, акцентирована способность божества внушать страх и ужас»[164].
Деви – Великая Богиня в индийской мифологии. В индуизме Деви олицетворяет высшую женскую силу. Дословно ее имя переводится как «Богиня», и у нее может быть тысяча имен. Она Мать Вселенной, высшее равновесие между светом и тьмой. Деви является сущностью всех индуистских богинь, которые считаются ее различными проявлениями. В некотором смысле она тождественна божественной энергии шакти.
Имена многих египетских богов и богинь, известные нам сейчас, произошли от неправильного перевода слов, обозначающих мужское и женское начало в природе. По значению эти слова подобны китайским понятиям инь и ян. Поэтому такие известные древнеегипетские боги, как Осирис, Ра, Исида, Гор, Сет и другие, в большей степени являются воплощениями природных законов, чем богами. Когда их называли богами, то подразумевали одно из воплощений единого Бога.
Рэмсей, в своей статье о фригийцах, допускает, что главное божество, появившееся в Малой Азии с приходом фракийцев, было мужского пола, и, так как местная религия постепенно перенималась завоевателями, этот бог отождествлялся с азиатской богиней и узурпировал ее определенные функции. Во всяком случае, у фригийцев были бог неба Богайос и, должно быть, богиня земли Семела (персидская Замин), которую, без сомнения, стали отождествлять в некоторых аспектах с местной богиней (Кибела, Ма и т. д.). Соединять воедино богиню земли и луны, кажется, было вполне распространенным явлением на Ближнем Востоке. Дионис или Сабазий олицетворял источник плодоносящих сил природы, без какой-либо ссылки на род человеческий. Он был богом растительности и виноделия. Его дары: зерно, что поддерживает жизнь (подкрепляет, придает силы), и вино или пиво, что веселят душу. Эти дары возникли из недр матери-земли, повинуясь его мистическому влиянию, потому что земля и Дионис были любовниками.
Общим источником различных племенных верований был всеобщий культ Богини – Матери. В основе его лежал культ природы. Вместе с тем первобытная религия не сводится к поклонению природным силам.
Таким образом, можно заключить, что почитание индусами многочисленных богов и богинь, очевидно, подразумевает именно почитание Мудрости, Силы и Воли Творца, которые реализуются в Творении при помощи Его возможностей, – атрибутов, или ипостасей, или форм и видов Материй, Энергий и Сил. По всей видимости, и 108 имён Вишну, или 108 его атрибутов, в действительности есть суть 108 основных вселенских Божественных Энергий, Сил, Излучений (вибраций), видов Материи, участвующих в создании и преобразовании и составляющих суть механизма эволюционного развития всего Сотворённого, в том числе и человека. Основных видов этих Энергий, очевидно, 108, и, кроме того, должны существовать и другие. Ведь на самом деле и у Вишну тысячи имён, но главных из них, как утверждают индусы, – 108. Отсюда также и наличие в Индии 108 особо почитаемых храмов этого Божества. Существует также мантра «ста восьми имён Вишну» и 108 основных поз в йогах. Мантры повторяются 108 раз. Например, мантра «ОМ НАМО НАРАЯНАЙЯ» переводится так:
Сказанное вовсе не второстепенно и не случайно, ибо в эпоху индоевропейской общности названные смыслы играли существенную роль, а ныне они помогают приподнять историческую завесу над стародавними реалиями и архаичными верованиями. То же понятие «течет» звучало в древнеиндийском языке как sravat, а в древнегреческом – rhei (вспомним гераклитовское «Panta rhei!» – «Все течет!»). От обоих слов образованы также и имена знаменитых богинь – Сарасвати (небесная ведийская река в Ригведе и одно из самых почитаемых древнеарийских женских божеств) и Рея (титанида, дочь Урана и Геи, жена Крона и Великая мать, родившая главных Олимпийских богов – Зевса, Посейдона, Аида, Геру, Деметру и Гестию). Следовательно, и мифологема «остров» непосредственно или опосредованно связана с богами, имеющими «островное происхождение» или «островное имя».
Воинские традиции Страны восходящего солнца уходят своими корнями в седую древность. Это не представляется удивительным. Дело в том, что далеким предкам современных японцев приходилось много и долго воевать за овладение своей будущей Родиной. Согласно древним легендам, Японские острова были в далеком прошлом сотворены самими богами (яп. ками). Вера в Божественное начало природы (и в Божественное происхождение японского народа) стала основой исконной религии древних японцев – «синто» («путь богов»). Японцы издавна верили, что их родные острова и управляющие ими «местные», «земные» боги-«ками» (соответствующие древнеримским «дэмонес лоци», daemones loci) сами являются порождениями небесного бога Идзанаги и его божественной супруги Идзанами. Тем не менее, не сам Идзанаги, а младшая дочь бога небес – богиня Солнца Аматэрасу-(но) О(о)миками (вышедшая из глаза своего божественного отца, подобно тому, как богиня Афина Паллада древних греков родилась во всеоружии из головы своего божественного отца – Зевса Громовержца), почитается японцами как главное синтоистское божество. Таким образом, получается, что каждый японец – естественный синтоист от рождения (и в силу своего рождения в качестве японца), независимо от того, какую еще религию он исповедует – буддизм, христианство и т. д. (именно поэтому в Японии по сей день насчитывается гораздо больше верующих, чем жителей).
Культура Древнего Египта глубоко символична и носила сакральный (священный) характер. Египет прошел практически через все древнейшие виды религиозных представлений, которые бытовали в Древнем мире. Для религии Египта характерен политеизм или многобожие. Богов в древнем Египте было много. Египтяне признавали присутствие божественного начала «во всем, что есть на суше, в воде и в воздухе». До объединения Египта каждый египетский ном имел своего бога-покровителя. Бог-покровитель нома изображался в виде этого зверя или полуживотного-получеловека. К священным существам относились корова, ибис, крокодил, кошка, змея, пчела и др. Сложились также и общеегипетские боги, которые менялись в зависимости от правящей династии. Почитаемые по всей стране: Амой – покровитель фараонов, Тот – бог мудрости и счета, Анубис – покровитель умерших, богиня Исида – покровительница плодородия и материнства, Осирис – бог умирающей и воскрешающей природы, владыка загробного мира. Жрецы стали играть огромную роль в жизни государства.
более светскими. В настоящее время религия действительно сдает позиции во многих западноевропейских странах. Однако более девяти из каждых десяти американцев веруют в Бога, и за примечательным исключением Западной Европы, остальному миру тоже присуща выраженная религиозность. Повсюду в Латинской Америке, Африке и Азии религия имеет значение для христиан, которые славят Иисуса после рождения ребенка, для мусульман, которые обращаются к Аллаху за утешением, когда узнают, что больны раком, и для индуистов, которые просят у богини Лакшми здоровья, богатства и мудрости. Религия играет существенную роль и в жизни Западной Европы, где свойственное католичеству отношение к женщине и телу, к примеру, продолжает оказывать влияние на повседневную жизнь в Испании и Италии и где призыв к молитве по пять раз на дню звучит в мечетях повсюду, от Амстердама до Парижа и Берлина.
Как и при любой первой встрече с новым, при знакомстве с Виккой новичок очарован ее гармоничностью, простотой и доступностью выполнения ритуалов, любопытной теологией. Ведь присутствие женского божества наравне с мужским (или которое даже главнее его) – явление для современной религии необычное, только набирающее свою силу. Отношение к богам в Викке у новичка и человека, практиковавшего несколько лет, отличается очень сильно. Часто, приходя в Викку, мы ищем утешения в образе Тройственной Богини – как сестры-сверстницы или всепонимающей и всепрощающей матери. Первые несколько лет наше отношение к Богу и Богине переживает сильную трансформацию, начиная от образов, дающих нам то, что мы не получали в семье и обществе. Но такое отношение – однобокое. Оно не плохое и не хорошее, оно лишь выявляет наши внутренние психологические травмы. Осознание этого ведет к углублению понимания божественного – в себе и вокруг себя – и постепенно выводит нас на новый уровень, одновременно помогая справиться с всплывающими психологическими ранами. Подробнее на этой транформации мы остановимся позже, и я расскажу вам о том, какие взаимоотношения с божественным выбирает человек.
Сменялось несколько поколений, прежде чем чувство родовой преданности тотему или эпониму – предку племени становилось настолько сильным, что превращалось в широко развитую систему поклонения ему как божеству. Подтверждением тому, что тотем со временем становится божеством, служит сходство некоторых древних богов с животными, причем звериными и птичьими чертами наделяли сверхъестественных существ народы, жившие далеко друг от друга. Следует упомянуть о египетских богах с головами ибиса и шакала, ассирийских богах-буйволах, богах-животных Хиндустана и даже о греческой Афине, имевшей, как утверждал Гомер, «глаза совы». Разве не могла эта богиня произойти от тотема-совы? Разве не могло быть так, что сове, сидевшей на ее плече, было позволено остаться в виде своего рода взятки (в самом древнем ее виде) для почитателей птицы, возражавших против ее изображения в виде человеческого существа и желавших, чтобы сохранилось напоминание о ее прежней форме? То, что у предков теперешних британцев существовала тотемная система, не подлежит сомнению. Разве не были представители шотландского клана Чаттан «сыновьями кошки»? Да и в других литературных источниках встречается упоминание о «котоголовых» воинах или о воинах, несущих тотемный герб кота. Божества в обличье свиней и других животных, которым поклонялись британские кельты, также подтверждают эту теорию, как и некоторые сохранившиеся с глубокой древности народные традиции Англии и Шотландии. Геральдические украшения есть не что иное, как семейные символы, дошедшие до нас из тех далеких дней, когда наши предки изображали их на щитах или шлемах как знак племени и, таким образом, животного-прародителя или покровителя.
Черный цвет как обозначение первозданной тьмы встречается и в других мифологиях, не только в Европе, но также в Азии и Африке. Часто он бывает связан с идеей плодородия, как, например, в Древнем Египте, где земледельцы каждый год ждут, когда разлившийся Нил покроет их поля слоем плодородного черного ила; противоположность такого черного – красный, цвет пустыни с ее бесплодными песками. В других культурах носителями этой функции черного выступают большие темные тучи, готовые пролиться на землю дождем, чтобы оплодотворить ее. Черный цвет встречается также на небольших статуэтках доисторической эпохи, изображающих богиню-мать, а также на более поздних изваяниях богинь, которые ассоциируются с идеей плодородия (Кибелы, Деметры, Цереры, Гекаты, Исиды, Кали): иногда они представлены чернокожими, держащими в руках черные предметы, и животные, которых надо приносить им в жертву, должны быть того же цвета. Представления о черном как о цвете плодородия прослеживаются до самого Средневековья, где они будут связаны с символикой стихий и с ее помощью закрепятся надолго: огонь – красный, вода – зеленая, воздух – белый, а земля – черная. Эту символику, созданную еще Аристотелем за четыре века до нашей эры, откроют заново великие энциклопедисты XIII века, в частности Бартоломей Английский[4], и она будет присутствовать в печатных книгах по эмблематике и трактатах по иконологии конца XVI века[5]. Черный как цвет земли, ассоциируемый с плодородием, часто будет выступать в дуэте с красным, который символизирует жизненную силу, будь то пламя или кровь. Ни тот, ни другой в данном случае не содержат в себе ничего негативного или разрушительного. Напротив, эти два цвета воспринимаются как два источника жизни, а их союз свидетельствует о процветании.
Как именно в Рунах воплощена мудрость Одина? Во-первых, рунические символы обладают целым спектром значений. У каждой руны есть свой набор ассоциаций, сохранившийся благодаря трем древним руническим поэмам, которые основаны на еще более древней устной традиции. В северной мифологии Один считается покровителем и богом устных преданий, поэтому мудрость Рун и все их смыслы исходят от него и от того знания, которое он сам почерпнул у многоликих богинь. Например, символ первой руны (Феху) – скот. В первую очередь это означает достижения, богатство и прибыль, так как в древней северной культуре богатство определялось численностью принадлежащего человеку стада. При чтении Рун смысл каждой руны становится личным, то есть Феху обозначает материальную удачу и прибыль, и в этой книге она названа «Богатство». Если Феху выпадет в раскладе на настоящее или будущее, конечно, это хороший знак! Но, как мы увидим во второй части книги, в рунной традиции смысл этой руны (богатство, удача и зависть) уходит корнями в гораздо более глубокие пласты мифов и легенд.
С недавних пор (c начала 70-х гг. прошлого века) одна семейная пара, практикующая магию, собрала под знамена викки всех желающих вернуться обратно к земле, к старой религии. Основной лозунг: «Не принося вреда другим, делай то, что пожелаешь». Движение викка получило широчайшее распространение и со временем даже превратилось в религию. У его адептов существуют свои праздники, этика и ритуалы. Поклоняются последователи викки Великой Богине и Рогатому Богу, которые, по их мнению, являются прародителями всех последующих богов. Большинство последователей верят в перерождение душ (реинкарнацию), но не верят в карму, судьбу и предопределение, ставя на первое место свободу воли самого мага.
Отсутствие традиций могло бы, кажется, компенсироваться в таком случае сравнением и аналогией с мужскими персонажами: так, сравнение Ломоносовым Петра Первого с Богом («Он Бог, он Бог был твой, Россия») реализуется в уподоблении женщины-императрицы «богине». Это именование – наиболее часто встречающееся определение героини в оде, явленное не только в данной лексеме, но и в многочисленных синонимических конструкциях. Однако за именем богиня скрывается не сравнение, это было бы слишком простым решением для серьезных интенций оды. Дело в том, что богиня – нейтральное для православного русского сознания слово, связанное к тому же внешне с античной образностью оды. И под пером русских поэтов неожиданным образом предикаты и атрибуты российской Мниервы и богини оборачиваются совершенно иными смыслами, не только не безразличными для русского национально-религиозного сознания, но, напротив, более значимыми и знакомыми, нежели античная атрибутика оды. Опуская символико-метафорические механизмы разворачивания этих смыслов, представим, в общем и целом, тот полисемантический комплекс, которым ода представительствует женское.
Древние мифы частично содержат повествование о деяниях божеств, частично же посвящены описанию подвигов и приключений героев – людей, одаренных сверхъестественной мощью, силой, ловкостью и смелостью, считавшихся детьми различных богов и богинь. Возникнув первоначально в различных частях Эгейского бассейна, отдельные циклы мифических сказаний постепенно слились в систему своеобразного, религиозного, мировоззрения, явлений природы и почитания предков, особенно вождей племен, повсеместно объявлявшихся «богоравными героями». Таковы, например, древнегреческие мифы о Геракле, Персее, Тесее. Их считали родоначальниками царских династий. Подобные легенды имел каждый уважающий себя царский род. Сохранились сказания о подвигах отдельных народов. Таковыми, например, стали легенды троянского и фиванского циклов.
Вишну – воплощение изначальной силы, которая поддерживает все существующее. Его символы – это раковина улитки и диск. Богини Лакшми – женский двойник Вишну. Это архетипическая пара, воображаемая в практике как бог и богиня, идентифицируется с высшими аспектами человеческой психики. Стать Вишну и Лакшми для людей означает стать воплощением духовного богатства и материального благополучия. В Тантре любовная пара всегда стремится стать земным воплощением этих двух начал-принципов.
В преданиях XXII династии Сехмет изображается ужасной богиней чумы, но это лишь одна из ее многочисленных ипостасей. Можно предположить, что она имеет отношение к доброй и доброжелательной Баст в виде Нефтетис, супруги ужасного Сета, породившей ее сестру Исиду. Антагонизм скорее надуманный, чем реальный. Важно, что обе они объединены в одну. Дальнейшее подтверждение этой идентичности обеих богинь найдено в том, что в храме Коптос фиванская богиня Мут была известна одно время как богиня Баст, а в другое как Сехмет. На скульптурах богини с головой кошки были сделаны разные надписи, например «Сехмет, великая Мерерптах» или возлюбленная Пта, госпожа небес. Сехмет также соотносится с Мут, характеризуется как «Мут, живущая в обители Пта, госпожа Небес, правительница Земли». Иногда случается, что Мут изображают с головой кошки или льва, а Вилкинсон считает, что она восприняла атрибуты Баст или Трифис, поскольку ее изображали в виде коршуна.
Загадочным для Тацита остался культ свевов (или свебов). «Часть свебов совершает жертвоприношения и Изиде; в чем причина и каково происхождение этого чужестранного священнодействия, я не мог в достаточной мере выяснить, но, поскольку их святыня изображена в виде либурны, этот культ, надо полагать, завезен к ним извне». Действительно, египетская богиня Изида была популярна в Риме, пантеон которого включал богов всех провинций империи. Но как он мог распространиться у противников римлян германцев? Либурна – легкое римское судно, ладья. Чудесный корабль Скидбладнир (сложенный из тончайших досок), который может быть свернут как платок, – атрибут уже упомянутого скандинавского бога Фрейра; отцом этого бога и его сестры Фрейи в скандинавском пантеоне считался бог морской стихии Ньёрд. Все это наводит на мысль о том, что под почитанием Изиды – сестры и жены египетского бога плодородия Осириса – у германцев следует видеть культ Фрейи или близкого ей женского божества. Миф о таком божестве рассказывает тот же Тацит.
Перенос на Мокошь черт древнегреческой Афродиты, скандинавской Фрейи, финикийской Астарты или вавилонской Иштар, олицетворяющих плотскую любовь, красоту и плодородие, не представляется ни натяжкой, ни чем-то произвольным, ибо отображает в мифологии разных народов важнейшую роль женского начала, его привлекательность, притягательность, креативность. И плюс к тому все эти богини выступают подательницами и носительницами как жизни, так и смерти.
Обобщая представления древних египтян о богине Нут, надо признать, что первоначальный смысл, который вкладывали в этот образ, был многоплановым, глубоким, отражавшим целый комплекс космогонических представлений. Замечательно уже то, что около пяти тысячелетий назад египтяне разделили три области, три сферы: земли, воздуха, космоса.
Война прочно вошла в человеческую жизнь. Она играла центральную роль в политической, социальной и экономической динамике аграрной империи, а также, подобно любой другой человеческой деятельности, всегда имела религиозный аспект. Эти государства не выжили бы без постоянных военных кампаний, и боги (альтер эго правящего класса) олицетворяли жажду силы, превосходящей человеческую. И все-таки жители Месопотамии не были легковерными фанатиками. Религиозная мифология поддерживала структурное и военное насилие, однако она же регулярно ставила его под сомнение. Месопотамской литературе присущ сильный скептицизм. Один аристократ жаловался, что он всегда жил праведно, охотно участвовал в богослужебных процессиях, учил народ славить имя Богини и пребывать в страхе перед царем – и все же он поражен болезнью, бессонницей и ужасом, и «не помог мне мой бог, не взял он мою руку»{164}. Гильгамеш также не получает помощи от богов, пытаясь смириться со смертью Энкиду. Когда он встречает Иштар, Богиню-мать, он пылко упрекает ее за то, что она не защищает людей от житейских тягот: она подобна дырявому бурдюку и двери, которая не заслоняет от ветра. В конце концов, как мы уже видели, Гильгамеш смирился, но эпос в целом наводит на мысль, что людям остается лишь полагаться на себя, а не на богов. Городская жизнь начинала менять отношение людей к божественному, но одно из крупнейших ключевых событий в религиозной истории данного периода произошло приблизительно в то время, в какое Син-Леке писал о Гильгамеше. Однако на сей раз события разворачивались не в цивилизованном городе: перед нами отклик на эскалацию насилия в арийской скотоводческой общине.
Научная версия происхождения полов в человеческом обществе несколько иная. Исторически исходным по данным археологии и антропологии считается период матриархата – времени на заре человечества, расходящийся с Ветхим Заветом, когда главенствующую роль в жизни социума (стада, рода, племени) играла женщина. Это время относят к этапу собирательства, который существовал наряду с более поздним этапом охоты на животных, которой занимались мужчины. Собирательство было связано с умениями находить съедобные или лечебные плоды, листья и стебли трав или корневища – растительную пищу. А охота предполагала умение ловить зверей, птиц, рыб – животную пищу, а также противостоять чужим племенам. Но основной в первобытном обществе была все же женщина, как матка в улье, производящая остальных членов племени. Значение женщины как прародительницы рода запечатлено в многочисленных дошедших до нашего времени первобытных статуях и статуэтках, изображающих зрелую женщину – «богиню плодородия», «богиню-мать» (рис. 1).
У Ваала между тем не все шло гладко: он погиб и попал в подземный мир Муту, бога смерти и бесплодия. Узнав о судьбе сына, верховный бог Илу сошел с престола, облачился в мешковину и исцарапал себе щеки, но спасти отпрыска так и не смог. На поиски Ваала отправилась Анат, его сестра и возлюбленная. Она покинула небесный мир и отчаянно искала брата-супруга, «желая к нему, как корова к теленку или овца к агнцу своему»[6]. Наконец она нашла его тело, устроила тризну, затем схватила Муту, рассекла его мечом, а останки обожгла, перемолола, провеяла, как зерно, – и посеяла в землю. Сходные истории о поисках умершего бога и обновлении почвы рассказывали и о других великих богинях – Инанне, Иштар и Исиде. Победу Анат, впрочем, приходилось воссоздавать ежегодно путем особых обрядов. Позднее (хотя неизвестно, когда именно, так как источники наши неполны) Анат воскресила Ваала. Эту кульминацию целостности и единства, олицетворяемую слиянием мужского и женского начал, в Древнем Ханаане отмечали ритуальными половыми актами. Подражая богам, люди сообща боролись с неурожаями, помогали природе сберечь плодовитость и способность к самообновлению. Гибель бога, скитания богини и триумфальное возвращение обоих в божественное царство – неизменный религиозный сюжет многих культур мира. Повторяется он и в совершенно иной по содержанию религии Единого Бога, которую исповедуют иудеи, христиане и мусульмане.
Нельзя не упомянуть о связи мифов с религией. Мистерии, проводящиеся в Древней Греции, сопровождались рассказыванием священных мифов о богине Деметре и ее дочери Персефоне, о последующем похищении Персефоны правителем подземного мира Аидом, о ее спасении и возвращении на землю. Текст мифа как бы объяснял действия, которые совершали жрецы во время мистерий. Вероятно, культовые мифы получили распространение не только в Греции, но и везде, где совершались религиозные обряды, однако сведений об этом мало.
«Oneirocriticon» Артемидора[9] считается стандартом книги по интерпретации снов. Первое издание этой работы появилось около 1518 года. В XVI веке оно часто перепечатывалось; между 1546 и 1595 годами первые три книги восемь раз претерпевали сокращения. В 1547 году труд был переведен на итальянский язык, в 1563 году – на английский. Его использовали, как обычный «сонник», но он содержал материал, который по своей природе был эмблематичным. Текст фокусировался в основном на богах, богинях, животных и растениях, видимых во сне, а не на переживаниях, которые имел сновидящий. Он подчеркивал скрытый смысл каждой сцены, и так как это знание приходило из сновидений, оно имело необычайную убедительность. Люди верили, что истина открывается во сне – главное, уметь ее интерпретировать. Поэтому сон о бабуине предполагал «священную болезнь» (II, 12), поскольку это животное было посвящено Селене, или луне, а луна вызывала болезни.
В ходе того, как начинает формироваться понятийное мышление, разум приступает к процессу дифференциации от тела. Если дело заходит слишком далеко и происходит диссоциация, тогда мы получаем типичную ситуацию вытеснения различных телесных импульсов и чувств (секса, агрессии, власти и т. д.). Мышление импульсивно: «Если я вижу что-то, что хочу, то я это беру», – и над ним доминируют индивиды, чьи силы рассматриваются в мифически преувеличенных пропорциях: «Если я больше не могу осуществлять магическое воздействие на реальность, они-то точно могут!» Если бы мамочка только захотела, она бы могла превратить этот противный шпинат в конфетку. А Бог, или Богиня, или какое-то другое сверхъестественное существо, обитающее на небесах, знает обо всём, что я думаю, и накажет меня за мои плохие мысли. (Это возникновение мифического воззрения.) Поскольку здесь начинает появляться способность к групповому мышлению и отождествлению с группами – «моей семьёй», «моим кланом», «моим племенем», «моей религией», «моей нацией», – то, как правило, данному уровню характерна высокая обусловленность общественными конвенциями (или конвенциональность) и конформизм, как в случае с ответом «нет» из примера с исследованием Колберга.
Подчеркнуть величие духа и целей полезно не только потому, что это чрезвычайно важно вообще и является первейшим критерием ценности культуры, но еще и потому, что противник использует преимущество, почерпнутое из двух внешних факторов, чтобы создать искаженный образ и затемнить суть проблемы. Противники располагают огромным преимуществом: они набрасываются на Индию, когда та лежит поверженная в прах, когда в материальном смысле индийская цивилизация будто бы завершилась крахом. Пользуясь своим временным преимуществом, противники позволяют себе выказывать блистательную отвагу – они бьют копытами в пыль и грязь вокруг измученной львицы, плененной сетями охотников, и пытаются уверить мир, будто она никогда не отличалась силой и благородством. Это легкая задача в наш век благородной культуры Разума, Мамоны и Науки, выполняющей роль Молоха, когда наглый идол великой богини по имени Успех пользуется почетом, какой никогда ранее не оказывали ему культурные люди. У противников есть еще более весомое преимущество – они представляют Индию миру в период упадка ее цивилизации, когда после двух тысячелетий блистательного и многостороннего культурного развития она на время утратила все, кроме памяти прошлого и своего пусть надолго подавленного и угнетенного, но вечно живого и ныне мощно возрождающегося религиозного духа.
В Индийских древних учениях основными красками мироздания, так же как и первобытных народов, являются белый, черный и красный. Более того считалось, что мир по природе своей трехцветен и трехчастен. Белый – это вода, мысль, бытие. Как и в других религиях, белый цвет означает чистоту и безмятежность. Богиню любви, а также всех добрых сил и богов в Индии символизирует именно белый цвет. Черный цвет – это земля, смерть. Черный значит сдавленность и заторможенность. Черный – это цвет богини смерти. Красный – это огонь, активность. Этим цветом обозначали богиню материнства. В целом в Древней Индии основные цвета были символами мироздания, олицетворяли мировые силы.
Лекари, как и остальные члены шумерского общества, не работали в неблагоприятные дни – 7, 14, 21 и 28-го числа каждого месяца. Они поклонялись Гуле и Нинибу. Гула считалась богиней врачевания и магии. Прикосновения ее рук могли оживить умерших. Ее супруг Ниниб покровительствовал врачам и пациентам. Отец Ниниба – щедрый Энки, бог подземных вод, был главным идолом шумерских врачевателей и почитался ими как праотец. Рецепты приготовления лекарственных средств лекари записывали на глиняных табличках, указывая свое имя. Было найдено множество таких археологических свидетельств, содержащих тексты медицинского характера, поэтому нам известны имена многих деятелей шумерской медицины. Нередко они ставили на глиняные таблички печати, что свидетельствовало об особом отношении власти и народа к врачам.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я