Нет более жестокой тирании, чем та, которая живет под сенью законов и под эгидой правосудия, когда несчастных, так сказать, топят на той самой доске, на которой они спасались.
Каждый человек обязан знать, среди какой красоты и каких нравственных ценностей он живет. Каждый обязан принимать посильное участие в сохранении культуры («Письма о добром»).
Жизнь — духовный рассол, сохраняющий тело от распада. Мы живем в ежедневном предчувствии ее потери; все же, будучи потерянной, она не пропущена. Вопрос «стоит ли жизнь прожить?» долго обсуждался; особенно теми, кто придерживается отрицательного ответа. Многие из них написали немало в поддержку своих представлений и путем осторожного соблюдения законов здоровья наслаждались долгие годы честью успешного противоречия теории.
Настанет день, когда мы воочию увидим два гигантских союза государств — Соединенные Штаты Америки и Соединенные Штаты Европы, которые, став лицом друг к другу и скрепив свою дружбу рукопожатием через океан, будут обмениваться своими произведениями, изделиями своей промышленности, творениями искусства, гениальными дарованиями; увидим, как они поднимают новь на всем земном шаре, заселяют пустыни, под оком создателя совершенствуют все созданное им и ради всеобщего благоденствия сочетают воедино две необъятные силы — братство людей и могущество Бога! И этого дня не придется ждать четыреста лет, ибо мы живем в эпоху, когда время движется быстро, когда бурный поток идей и событий увлекает народы с небывалой стремительностью, когда один год нередко выполняет задачу целого столетия. Что же все мы — французы, англичане, бельгийцы, немцы, русские, славяне, европейцы, американцы, — что же мы должны сделать, дабы этот великий день настал как можно скорее? Любить друг друга!
Кто живет дольше? Человек, который два года принимает героин и умирает, или человек, который на ростбифе, воде и картофеле дотягивает до 95 лет? Один проживает свои 24 месяца в вечности. А все годы поедателя говядины проведены внутри временных рамок.
Для англичанина, американца, русского весь мир представляет поле деятельности... Только мы, французы, такой „благоразумный“ народ, что сидим на одном и том же месте, если нас не оденут по-солдатски. Мы живем там, где родились.
Есть любовь, которая вольно плавает по небу. Эта любовь согревает душу. А есть любовь, которая растворяется в повседневных делах. Эта любовь вносит тепло в семью.
Это всё то же послание жизни. Полстолетия мы учили весь мир: «жизнь – это блаженство, в ней нет проблем, нет нужды страдать». И теперь мы идем прямым путем.
Старость не может быть счастьем. Старость может быть лишь покоем или бедой. Покоем она становится тогда, когда ее уважают. Бедой ее делают забвение и одиночество.
Смысл брака в том, чтобы приносить радость. Подразумевается, что супружеская жизнь — жизнь самая счастливая, полная, чистая, богатая. Это установление Господа о совершенстве.
Человек XXI века — это язычник: в нем нет внутреннего света, он много разрушает и мало создает, и, главное, он не чувствует в своей жизни присутствия бога.
В мире, полном ненависти, нужно уметь надеяться. В мире, полном зла, нужно уметь прощать. В мире, полном отчаяния, нужно уметь мечтать.В мире, полном сомнений, нужно уметь верить.. Пока любовь в моем сердце, она повсюду.
Жизнь, возведя человека на вершину благополучия, продолжает и там дразнить и мучить его. Впереди всегда остается что-то недосягаемое, вечный соблазн и вечная неудовлетворенность.
Начинается жизнь радостью и кончается унынием смерти. Есть люди, которые нарочно мучают себя всю жизнь, чтобы достигнуть смерти, как радости избавления от мучений жизни.
Для каждого человека важнее, что эта непостижимая сила выбрала именно его, оживила, вырастила, оберегала все годы, и продолжает живить каждую клетку и каплю его тела.
Только свобода человека, как солнце, может живить и исправлять стихийные силы и сферы, живущие по своим законам, под внешним влиянием, бушуя и затопляя собой всё.
– Не достанется вам моим добром свою поганую свинью живить, чтоб её вместе с вами разорвало!