Неточные совпадения
В ушах не переставая отзывались разнообразные звуки то занятой делом, быстро пролетающей рабочей пчелы, то трубящего, празднующего трутня, то встревоженных, оберегающих от врага свое достояние, сбирающихся жалить пчел-караульщиц. На той стороне ограды
старик строгал обруч и не
видал Левина. Левин, не окликая его, остановился на середине пчельника.
— Нет, надо к отцу проехать. Ты знаешь, он от *** в тридцати верстах. Я его давно не
видал и мать тоже: надо
стариков потешить. Они у меня люди хорошие, особенно отец: презабавный. Я же у них один.
А
старик говорит: «У меня там мальчик пашет, он и песни поет». Барин подошел ближе, услыхал песни и
увидал Липунюшку.
Ехал мимо этого поля барин и
увидал, что
старик сидит завтракает, а лошадь одна пашет. Барин вышел из кареты и говорит
старику: «Как это у тебя,
старик, лошадь одна пашет?»
Меня даже зло взяло. Я не знал, как быть. «Надо послать к одному
старику, — посоветовали мне, — он, бывало, принашивал меха в лавки, да вот что-то не
видать…» — «Нет, не извольте посылать», — сказал другой. «Отчего же, если у него есть? я пошлю». — «Нет, он теперь употребляет…» — «Что употребляет?» — «Да, вино-с. Дрянной старичишка! А нынче и отемнел совсем». — «Отемнел?» — повторил я. «Ослеп», — добавил он.
Разбойник стал оглядываться кругом — что бы ему украсть,
увидал большой серебряный подсвечник и думает: «Возьму я эту вещь — она много денег стоит — и уйду отсюда, а
старика убивать не буду». — Так и сделал.
Петр Ильич, войдя к исправнику, был просто ошеломлен: он вдруг
увидал, что там всё уже знают. Действительно, карты бросили, все стояли и рассуждали, и даже Николай Парфенович прибежал от барышень и имел самый боевой и стремительный вид. Петра Ильича встретило ошеломляющее известие, что
старик Федор Павлович действительно и в самом деле убит в этот вечер в своем доме, убит и ограблен. Узналось же это только сейчас пред тем следующим образом.
В его воспоминании были деревенские люди: женщины, дети,
старики, бедность и измученность, которые он как будто теперь в первый раз
увидал, в особенности улыбающийся старичок-младенец, сучащий безыкорными ножками, — и он невольно сравнивал с ними то, что было в городе.
Не спали только в холостой уголовной несколько человек, сидевших в углу около огарка, который они потушили,
увидав солдата, и еще в коридоре, под лампой,
старик; он сидел голый и обирал насекомых с рубахи.
В одной из камер ссыльных Нехлюдов, к удивлению своему,
увидал того самого странного
старика, которого он утром видел на пароме.
Один из этих людей был дурачок-старик, которого Нехлюдов часто
видал на переходах.
А теперь я хочу воспользоваться этим временем: пять лет не
видал своих
стариков в Рязани, — съезжу к мим.
Василию Назарычу ничего не писали о женитьбе Привалова. Он приехал домой только по первому зимнему пути, в половине ноября, приехал свежим, здоровым
стариком, точно стряхнул с себя все старческие недуги. Лука не выдержал и горько заплакал, когда
увидал старого барина.
Тот ходоков и мир не обидел, приноса не отверг, но все-таки под конец беседы молвил им: «Пустое дело,
старики, затеваете — не
видать вам якимовской земли, как ушей своих».
— Довольно известны про Патапа Максимыча, — сказал
старик. — Оно и дело-то соседское и близехонько от него живем. Опять же в красные дни мои много я милостей от него
видал.
Старики Бурмакины хвалили Милочку. Они отзывались об ней как о девушке тихой, уживчивой, которая несколько лет сряду была почти членом их семьи, и никогда никакой неприятности они от нее не
видали. Правда, что она как будто простовата, — ну, да это пройдет. Выйдет замуж за хорошего человека и разом очнется.
— Как не
видать, бабушка, видят, — ответил
старик. — Не всякому только дано.
Уж пóд вечер, когда разошлись по домам поминальщики, вышел он из боковуши и
увидал Пантелея. Склонив голову на руки, сидел
старик за столом, погруженный в печальные думы. Удивился он Алексею.
Дня через три завернул
старик Масляников в китаечный ряд, свиделся там с Гаврилой Маркелычем. Слово за слово. Залетов позвал гостя наверх в палатку чайку напиться. Поломался маленько Макар Тихоныч, однако пошел. Тут
увидал семейных Гаврилы Маркелыча. Маша ему приглянулась.
Ж.Симон тогда смотрел еще совсем не
стариком, а он был уже в Февральскую революцию депутатом и известным профессором философии. Вблизи я
увидал его впервые и услыхал его высокий"нутряной"голос с певучими интонациями. Когда Гамбетта познакомил нас с ним, он, узнав, что я молодой русский писатель, сказал с тонкой усмешкой...
Глафире Львовне с первого взгляда понравился молодой человек; на это было много причин: во-первых, Дмитрий Яковлевич с своими большими голубыми глазами был интересен; во-вторых, Глафира Львовна, кроме мужа, лакеев, кучеров да
старика доктора, редко
видала мужчин, особенно молодых, интересных, — а она, как мы после узнаем, любила, по старой памяти, платонические мечтания; в-третьих, женщины в некоторых летах смотрят на юношу с тем непонятно влекущим чувством, с которым обыкновенно мужчины смотрят на девушек.
Никто не имел о нем понятия; один
старик часовщик говорил, что он, точно, знал Жозефа, который учился с ним вместе и ушел в Петербург, но что после этого он не
видал его.
«Телеграмма» вернулась, а за ней пришла и Нюрочка. Она бросилась на шею к Самойлу Евтихычу, да так и замерла, — очень уж обрадовалась
старику, которого давно не
видала. Свой, родной человек… Одета она была простенько, в ситцевую кофточку, на плечах простенький платок, волосы зачесаны гладко. Груздев долго гладил эту белокурую головку и прослезился: бог счастье послал Васе за родительские молитвы Анфисы Егоровны. Таисья отвернулась в уголок и тоже плакала.
В избу начали набиваться соседи, явившиеся посмотреть на басурмана: какие-то старухи,
старики и ребятишки, которых Мухин никогда не
видал и не помнил. Он ласково здоровался со всеми и спрашивал, чьи и где живут. Все его знали еще ребенком и теперь смотрели на него удивленными глазами.
Бабенки побойчее завертывали с разным бездельем то к Домнушке, то к Татьяне и все-таки не
видали Тита;
старик действительно лежал на печке и только вздыхал.
Часу в десятом вечера, окончив писать, я вышел в коридор, чтобы поразмяться, и, к великому своему удивлению,
увидал, что как раз против моего номера отпирал дверь только что вернувшийся домой старик-коневод Василий Степанович, у которого когда-то, в дни скитаний и приключений моей молодости, я работал в зимовнике, заявив ему, что перед этим я служил в цирке при лошадях.
— Первого встретил я здесь
старика Сизова, — рассказывал Павел. —
Увидал он меня, перешел дорогу, здоровается. Я ему говорю: «Вы теперь осторожнее со мной, я человек опасный, нахожусь под надзором полиции».
Много времени и слов пришлось истратить швейцару, пока он убедил старика-дьячка, что не смеется над ним и что, поднявшись наверх, в приемную, он может
повидать своего Гришу.
— Я вас, кажется,
видал у теперешней вашей супруги? — проговорил
старик.
Но
старик не дошел до порога. Дверь быстро отворилась, и в комнату вбежала Наташа, бледная, с сверкающими глазами, как будто в горячке. Платье ее было измято и смочено дождем. Платочек, которым она накрыла голову, сбился у ней на затылок, и на разбившихся густых прядях ее волос сверкали крупные капли дождя. Она вбежала,
увидала отца и с криком бросилась перед ним на колена, простирая к нему руки.
— А где же барышня-то? Что ее не
видать? — спросил
старик у кухарки.
Так, между прочим, прошла незамеченною смерть
старика Сида, который, переживая своего Ирода и
увидав поношение Иродиады, упился на кухне вином и, идучи домой, сбился с дороги и попал в конопляную копань, где и захлебнулся.
— Она точно так же ничего не
видала, и вдруг Лета рукой щелк по руке
старика, — и с этим «Сумасшедший Бедуин» неожиданно ударил Висленева по руке, в которой была табакерка, табак взлетел; все, кроме отворотившейся Ларисы, невольно закрыли глаза. Водопьянов же в эту минуту пронзительно свистнул и сумасшедшим голосом крикнул: «Сюда, малютка! здесь Испанский Дворянин!» — и с этим он сверкнул на Ларису безумными глазами, сорвал ее за руку с места и бросил к раскрытой двери, на пороге которой стоял Подозеров.
— Стой! сюда пойдем, — перебил его
старик: — вчера тут олений след
видал.
— Утром тут был, — вздохнув, сказал
старик: —
видать, логово отпотело, свежо.
Оленин еще был сзади, когда
старик остановился и стал оглядывать дерево. Петух тордокнул с дерева на собаку, лаявшую на него, и Оленин
увидал фазана. Но в то же время раздался выстрел, как из пушки, из здоровенного ружья Ерошки, и петух вспорхнул, теряя перья, и упал наземь. Подходя к
старику, Оленин спугнул другого. Выпростав ружье, он повел и ударил. Фазан взвился колом кверху и потом, как камень, цепляясь за ветки, упал в чащу.
— Надо посидеть. Посижу, — отозвался
старик к великому удовольствию всех казаков. — А свиней
видали?
— Чего не
видать! — с сердцем сказал
старик, и чтò-то серьезное и строгое выразилось в лице
старика. — Джигита убил, — сказал он как будто с сожалением.
— Ну, прощай, отец мой, — говорил дядя Ерошка. — Пойдешь в поход, будь умней, меня,
старика, послушай. Когда придется быть в набеге или где (ведь я старый волк, всего видел), да коли стреляют, ты в кучу не ходи, где народу много. А то всё, как ваш брат оробеет, так к народу и жмется: думает, веселей в народе. А тут хуже всего: по народу-то и целят. Я всё, бывало, от народа подальше, один и хожу: вот ни разу меня и не ранили. А чего не
видал на своем веку?
Свернув в чащу и пройдя шагов триста, они выбрались на полянку, поросшую камышом и местами залитую водой. Оленин всё отставал от старого охотника, и дядя Ерошка, шагах в двадцати впереди его, нагнулся, значительно кивая и махая ему рукой. Добравшись до него, Оленин
увидал след ноги человека, на который ему указывал
старик.
— Дурак, дурак, Марка! — презрительно сказал
старик. — Нельзя, на то воруешь, чтобы не скупым быть. А вы, я чай, и не
видали, как коней-то гоняют. Что молчишь?
Я взял билет и вышел с парохода, чтобы купить чего-нибудь съестного на дорогу. Остановившись у торговки, я
увидал плотного старика-оборванца, и лицо мне показалось знакомым. Когда же он крикнул на торговку, предлагая ей пятак за три воблы вместо шести копеек, я подошел к нему, толкнул в плечо — и шепнул...
Я спрашивал об этом на пристанях — надо мной смеялись. Только один
старик, лежавший на штабелях теса, выгруженного на берег, сказал мне, что народом редко водят суда теперь, тащат только маленькие унжаки и коломенки, а старинных расшив что-то давно уже не
видать, как в старину было.
В последний раз помню перед своими глазами плавные движения правой руки Аги с его толстым серебряным перстнем на большом пальце. Кольцо очень толстое, в виде веревки, с поперечными золотыми насечками. Меня всегда интересовало, почему он носит кольцо на большом пальце, но я, по обыкновению, не спрашивал его, а узнал через много времени,
увидав стариков-горцев, носивших так же кольца.
А вечером мы опять в кофейной. По заливу плавают лодки с татарской музыкой: бубен и кларнет. Гнусаво, однообразно, бесконечно-уныло всхлипывает незатейливый, но непередаваемый азиатский мотив… Как бешеный, бьет и трепещется бубен. В темноте не
видать лодок. Это кутят
старики, верные старинным обычаям. Зато у нас в кофейной светло от ламп «молния», и двое музыкантов: итальянец — гармония и итальянка — мандолина играют и поют сладкими, осипшими голосами...
Так прошло четыре тёмных, дождливых дня, на третий — удар повторился, а ранним утром пятого дня грузный, рыжий Савелий Кожемякин помер, и минуту смерти его никто не
видал. Монахиня, сидевшая у постели, вышла в кухню пить чай, пришёл Пушкарь сменить её;
старик лежал, спрятав голову под подушку.
Увидал он, что дело плохо, — в окошко, а
старики уцепились за него, как клещи, ну он и их за собой в окошко вытащил.
Он не продрался к середине. Издали
увидал он лысую голову коренастого
старика в очках, с густыми бровями. Его-то он и искал для счету, хотел убедиться — окажутся ли налицо единомышленники покойного. Вправо от архиерея стояли в мундирах, тщательно причесанные, Взломцев и Краснопёрый. У обоих низко на грудь были спущены кресты, у одного Станислава, у другого Анны.
Илья прислонил лицо к щели в переборке, замер, присмотрелся и
увидал, что
старик лежит на своей постели вверх грудью, размахивая руками.
Ему показалось, что глаза его выкатились, вылезли на лоб, как у
старика Полуэктова, и что они останутся навсегда так, болезненно вытаращенными, никогда уже не закроются и каждый человек может
увидать в них преступление.