Неточные совпадения
Напротив, он даже рад был
работе: измучившись на
работе физически, он по крайней мере добывал себе несколько часов
спокойного сна.
Она встала ему навстречу, не скрывая своей радости увидать его. И в том спокойствии, с которым она протянула ему маленькую и энергическую руку и познакомила его с Воркуевым и указала на рыжеватую хорошенькую девочку, которая тут же сидела за
работой, назвав ее своею воспитанницей, были знакомые и приятные Левину приемы женщины большого света, всегда
спокойной и естественной.
Все понимают, что страна нуждается в
спокойной, будничной
работе в областях политики и культуры.
Он не уклонялся от осторожной помощи ей в ее бесчисленных делах, объясняя себе эту помощь своим стремлением ознакомиться с конспиративной ее
работой, понять мотивы революционности этой всегда
спокойной женщины, а она относилась к его услугам как к чему-то обязательному, не видя некоторого их риска для него и не обнаруживая желания сблизиться с ним.
— Для Максима необходима
спокойная жизнь и такие развлечения… как это вам сказать… Одним словом, чисто деревенские, — объяснил доктор Надежде Васильевне. — Покой, хорошее питание, прогулки, умеренная физическая
работа — вот что ему необходимо вместе с деревенским воздухом и подходящим обществом.
Тут опять ему припоминался труженик Нечай с его нескончаемою
работою и
спокойным презрением к либеральному шутовству, а потом этот спокойно следящий за ним глазами Лобачевский, весь сколоченный из трудолюбия, любознательности и настойчивости; Лобачевский, не удостоивающий эту суету даже и нечаевского презрительного отзыва, а просто игнорирующий ее, не дающий Араповым, Баралям, Бычковым и tutti frutti [Всякой всячине (итал.).] даже никакого места и значения в общей экономии общественной жизни.
Казалось бы, зная всю мучительную бедность рабочего люда, умирающего от недостатков и сверхсильной
работы (а не знать этого невозможно), людям богатым, пользующимся этим, стòящим человеческих жизней, трудом, если эти богатые люди не звери, невозможно ни одной минуты оставаться
спокойными.
В то время как он был занят такою
работой, Бодростина пересела в угол дивана и, сложив на груди руки, начала
спокойным, деловым тоном...
Стоят они не на две вахты, как обыкновенно, а на четыре, по отделениям, так как
спокойное плавание не требует
работы многого числа людей.
Он обладал счастливой способностью с совершенно
спокойной совестью ничего не делать по целым месяцам и просто лез на стену, когда наваливалась
работа.
И Васса так же… И Васса спокойна… А она ли не грешница! Чужую
работу в печке сожгла! А лицо
спокойное, ясное! Будто ничего не боится Васса! И глядя на подружек, и сама отходит сердцем Дуня.
Но лицо Глеба, к великому удивлению глубокомысленного скептика, осталось совершенно
спокойным. Не поднимая высокого, наморщенного лба, склоненного над
работой, рыбак сказал серьезным, уверенным голосом...
Анна Михайловна вернулась домой довольно
спокойной — даже она сама не могла надивиться своему спокойствию. Она хлопотала в магазине, распоряжалась
работами, обедала вместе с m-lle Alexandrine, и только к вечеру, когда начало темнеть, ей стало скучнее. Она вошла в комнату Даши — пусто, вошла к Долинскому — тоже пусто. Присела на его кресле, и невыносимая тоска, словно как нежнейший друг, так и обняла ее из-за мягкой спинки. В глазах у Анны Михайловны затуманилось и зарябило.
Первым движением Елены была радость, но она сдержала ее, села на свое обычное место, взяла даже
работу свою в руки и приняла как бы совершенно
спокойный вид.
Умнее всех людей, которых он знал, ему казался старик Тихон Вялов; наблюдая его
спокойное отношение к людям, его милостивую
работу, Яков завидовал дворнику. Тихон даже спал умно, прижав ухо к подушке, к земле, как будто подслушивая что-то.
Он присматривался к странной жизни дома и не понимал её, — от подвалов до крыши дом был тесно набит людьми, и каждый день с утра до вечера они возились в нём, точно раки в корзине. Работали здесь больше, чем в деревне, и злились крепче, острее. Жили беспокойно, шумно, торопливо — порою казалось, что люди хотят скорее кончить всю
работу, — они ждут праздника, желают встретить его свободными, чисто вымытые, мирно, со
спокойной радостью. Сердце мальчика замирало, в нём тихо бился вопрос...
Устал я. К дневнику не тянет, да и некогда,
работы много. Проклятая война жрет деньги, как свинья апельсины, не напасешься. И как-то странно я себя чувствую: не то привык к душегубству, не то наконец притерпелся, но смотрю на все значительно
спокойнее, прочтешь: десять тысяч убитых! двадцать тысяч убитых!.. и равнодушно закуришь папироску. Да и газет почти не читаю, не то что в первое время, когда за вечерним прибавлением сам бегал на угол в дождь и непогоду. Что читать!
Он быстро встал и пошел как раз в то время, когда сваебойцы брались за веревку, начиная
работу. Я остался сидеть на камне, поглядывая на шумную суету, царившую вокруг меня, и на
спокойное синевато-зеленое море.
Все шло нам прекрасно, и дивная была нам в каждом деле удача:
работы всегда находились хорошие; промежду собою у нас было согласие; от домашних приходили всё вести
спокойные; и за все это благословляли мы предходящего нам ангела, и с пречудною его иконою, кажется, труднее бы чем с жизнию своею не могли расстаться.
Не спал и молодой человек. Лежа под открытым окном — это было его любимое место, — заложив руки за голову, он задумчиво следил за читавшим. Когда бродяга углублялся в книгу и лицо его становилось
спокойнее, на лице молодого человека тоже выступало
спокойное удовлетворение, когда же лоб бродяги сводился морщинами и глаза мутились от налегавшего на его мысли тумана, молодой человек беспокоился, приподымался с подушки, как будто порываясь вмешаться в тяжелую
работу.
Как я понял тогда причину его поступка, она была в том, что ротный командир его, человек всегда внешне
спокойный, в продолжение нескольких месяцев своим тихим, ровным голосом, требующим беспрекословного повиновения и повторения тех
работ, которые писарь считал правильно исполненными, довел его до высшей степени раздражения.
На запасном пути, под пустым заснувшим вагоном, бродили куры, роясь около чугунных колес, и не верилось, глядя на их
спокойную, кропотливую
работу, что есть какая-то Америка, и Азия, и огненная Африка…
Когда княжна Марья вернулась от отца, маленькая княгиня сидела за
работой, и с тем особенным выражением внутреннего и счастливо-спокойного взгляда, свойственного только беременным женщинам, посмотрела на княжну Марью. Видно было, что глаза ее не видали княжны Марьи, а смотрели вглубь — в себя — во что-то счастливое и таинственное, совершающееся в ней.