Неточные совпадения
Татьяна долго в келье модной
Как очарована стоит.
Но поздно. Ветер встал холодный.
Темно в долине. Роща спит
Над отуманенной рекою;
Луна сокрылась за горою,
И пилигримке молодой
Пора, давно пора
домой.
И Таня, скрыв свое волненье,
Не без того, чтоб не вздохнуть,
Пускается в обратный
путь.
Но прежде просит позволенья
Пустынный замок навещать,
Чтоб книжки здесь одной читать.
Именно: он никак не мог понять и объяснить себе, почему он, усталый, измученный, которому было бы всего выгоднее возвратиться
домой самым кратчайшим и прямым
путем, воротился
домой через Сенную площадь, на которую ему было совсем лишнее идти.
Крестьянин, заводясь домком,
Купил на ярмарке подойник, да корову,
И с ними сквозь дуброву
Тихонько брёл
домой просёлочным
путём,
Как вдруг Разбойнику попался.
Он шел
домой — неблизкий
путь,
Дай Бог дойти и отдохнуть!
Кончив экзамены, Самгин решил съездить дня на три
домой, а затем — по Волге на Кавказ.
Домой ехать очень не хотелось; там Лидия, мать, Варавка, Спивак — люди почти в равной степени тяжелые, не нужные ему. Там «Наш край», Дронов, Иноков — это тоже мало приятно. Случай указал ему другой
путь; он уже укладывал вещи, когда подали телеграмму от матери.
Для того, чтоб попасть
домой, Самгин должен был пересечь улицу, по которой шли союзники, но, когда он хотел свернуть в другой переулок — встречу ему из-за угла вышел, широко шагая, Яков Злобин с фуражкой в руке, с распухшим лицом и пьяными глазами; размахнув руки, как бы желая обнять Самгина, он преградил ему
путь, говоря негромко, удивленно...
Во время этих хлопот разоружения, перехода с «Паллады» на «Диану», смены одной команды другою, отправления сверхкомплектных офицеров и матросов сухим
путем в Россию я и выпросился
домой. Это было в начале августа 1854 года.
Нас выпороли и наняли нам провожатого, бывшего пожарного, старичка со сломанной рукою, — он должен был следить, чтобы Саша не сбивался в сторону по
пути к науке. Но это не помогло: на другой же день брат, дойдя до оврага, вдруг наклонился, снял с ноги валенок и метнул его прочь от себя, снял другой и бросил в ином направлении, а сам, в одних чулках, пустился бежать по площади. Старичок, охая, потрусил собирать сапоги, а затем, испуганный, повел меня
домой.
Василию Назарычу ничего не писали о женитьбе Привалова. Он приехал
домой только по первому зимнему
пути, в половине ноября, приехал свежим, здоровым стариком, точно стряхнул с себя все старческие недуги. Лука не выдержал и горько заплакал, когда увидал старого барина.
Но вот, насытясь разрушеньем
И наглым буйством утомясь,
Нева обратно повлеклась,
Своим любуясь возмущеньем
И покидая с небреженьем
Свою добычу. Так злодей,
С свирепой шайкою своей
В село ворвавшись, ломит, режет,
Крушит и грабит; вопли, скрежет,
Насилье, брань, тревога, вой!..
И, грабежом отягощенны,
Боясь погони, утомленны,
Спешат разбойники
домой,
Добычу на
пути роняя.
Опасно было бежать на пароходе, и Марко Данилыч поехал восвояси сухим
путем на лошадях… Приехал
домой; на дворе пусто, а на крыльце встретила его грустная, печальная Дарья Сергевна.
Струнников не торопясь возвращается
домой и для возбуждения аппетита заглядывает в встречающиеся по
пути хозяйственные постройки. Зайдет на погреб — там девчонки под навесом сидят, горшки со сметаной между коленами держат, чухонское масло мутовками бьют.
Когда же поздним вечером я возвращался
домой, то как раз на середине
пути меня вдруг схватил и затряс бурный приступ озноба. Я шел, почти не видя дороги, почти не сознавая, куда иду, и шатаясь, как пьяный, между тем как мои челюсти выбивали одна о другую частую и громкую дробь.
Я прибрел
домой пешком и едва помню
путь.
Домой юнкера нарочно пошли пешком, чтобы выветрить из себя пары шампанского.
Путь был не близкий: Земляной вал, Покровка, Маросейка, Ильинка, Красная площадь, Спасские ворота, Кремль, Башня Кутафья, Знаменка… Юнкера успели прийти в себя, и каждый, держа руку под козырек, браво прорапортовал дежурному офицеру, поручику Рославлеву, по-училищному — Володьке: «Ваше благородие, является из отпуска юнкер четвертой роты такой-то».
Она в самом деле любила Клеопатру Петровну больше всех подруг своих. После той размолвки с нею, о которой когда-то Катишь писала Вихрову, она сама, первая, пришла к ней и попросила у ней прощения. В Горохове их ожидала уже вырытая могила; опустили туда гроб, священники отслужили панихиду — и Вихров с Катишь поехали назад
домой. Всю дорогу они, исполненные своих собственных мыслей, молчали, и только при самом конце их
пути Катишь заговорила...
За поминальным обедом Груздев выпил лишнюю рюмку и вернулся
домой слегка навеселе. Сейчас после обеда он должен был отправиться в обратный
путь. Переодеваясь по-дорожному, он весело ухмылялся и бормотал себе в бороду...
— А, это ты! — обрадовался Петр Елисеич, когда на обратном
пути с фабрики из ночной мглы выступила фигура брата Егора. — Вот что, Егор, поспевай сегодня же ночью
домой на Самосадку и объяви всем пристанским, что завтра будут читать манифест о воле. Я уж хотел нарочного посылать… Так и скажи, что исправник приехал.
То Настенька вдруг захочет
домой, я не смею удерживать и захочу проводить ее до самого дома; мы пускаемся в
путь и вдруг через четверть часа находим себя на набережной у нашей скамейки.
И всю дорогу
домой я страдал, как будто это правда случилось, и искал, и не находил
путей, как бы отомстить обидчику.
Журавль не может подняться с места вдруг. Ему нужно сажени две-три, чтоб разбежаться. В доказательство этому я видел своими глазами весьма странный случай: охотник, возвращавшийся
домой с двумя борзыми собаками, случайно съехался со мной, и мы, продолжая
путь вместе, увидели двух журавлей, ходивших по скошенному лугу очень близко от большого стога сена.
Под караулом казаков
С оружием в руках,
Этапом водим мы воров
И каторжных в цепях,
Они дорогою шалят,
Того гляди сбегут,
Так их канатом прикрутят
Друг к другу — и ведут
Трудненек
путь! Да вот-с каков:
Отправится пятьсот,
А до нерчинских рудников
И трети не дойдет!
Они как мухи мрут в
пути,
Особенно зимой…
И вам, княгиня, так идти?..
Вернитесь-ка
домой!
Нива смерти зреет быстро. Вслед за Гриневичами умерла вскоре и старуха Висленева. Проживя с год при сыне в одном из отдаленных городов и затем в Петербурге, она вернулась
домой с окончившею курс красавицей дочерью, Ларисою, и не успела
путем осмотреться на старом пепелище в своем флигельке, как тоже скончалась.
Герасим не мог их слышать, не мог он слышать также чуткого ночного шушукания деревьев, мимо которых его проносили сильные его ноги; но он чувствовал знакомый запах поспевающей ржи, которым так и веяло с темных полей, чувствовал, как ветер, летевший к нему навстречу, — ветер с родины, — ласково ударял в его лицо, играл в его волосах и бороде; видел перед собою белеющую дорогу — дорогу
домой, прямую, как стрела; видел в небе несчетные звезды, светившие его
путь, и, как лев, выступал сильно и бодро, так что когда восходящее солнце озарило своими влажно-красными лучами только что расходившегося молодца, между Москвой и им легло уже тридцать пять верст…
Так Мошка и сделал. Половину косушки Мина Праздников выпил сам, а другую половину почти насильно вылил Мошке в горло. И когда поздно вечером они возвращались из парка
домой и Мошка совсем без
пути орал, то Мина, усмотрев в лице Ошмянского укоризненное выражение, объяснил...
Когда уходила, они пошли меня провожать до трамвайной остановки. А когда повернулись и пошли
домой, крепкие, стойкие, три кожаные курточки, то у меня задергались брови, сжались зубы, я решила: буду идти по тому
пути, чтобы стать кожаной курточкой. Это — твердое решение, это — резкий перелом.
Благодаря нахлынувшему богатству Пепко, во-первых, выкупил свой жилет, во-вторых, отправился в ресторан обедать и по
пути напился и, в-третьих, возвращаясь
домой, увидел в окне табачной лавочки гитару, которую и приобрел немедленно, как вещь необходимую в эстетическом обиходе «Федосьиных покровов».
— Куда же вы, Ардальон Борисыч? — спросил Володин, видя, что Передонов сворачивает с того
пути, по которому всегда возвращался, — разве вы не
домой?
— Бог не без милости, Яша, — утешал Кишкин. — Уж такое их девичье положенье: сколь девку ни корми, а все чужая… Вот что, други, надо мне с вами переговорить по тайности: большое есть дело. Я тоже до Тайболы, а оттуда
домой и к тебе, Тарас, по
пути заверну.
— Шел бы ты
домой, Тарас, — часто уговаривал его Ермошка, — дома-то, поди, жена тебя вот как ждет. А по
пути завернул бы к тестю чаю напиться. Богатый у тебя тестюшка.
Катя шла
домой коротким
путем, через перевал, отделявший деревню от поселка. Открывалась с перевала голубая бухта, красивые мысы выбегали далеко в море. Белые дачи как будто замерли в ожидании надвигающегося вихря. Смущенно стояла изящная вилла Агаповых, потерявшая уверенную свою красоту. Кате вдруг вспомнилось...
Маша. Уходят наши. Ну, что ж… Счастливый им
путь! (Мужу.) Надо
домой… Где моя шляпа и тальма?
«Супруга моя, — воскликнул он, — и какие с нею пожаловали дамы, пускай
домой поедут, а мы, господа мужчины, помянем скромной трапезой тень усопшея рабы твоея!» Предложение г. Ратча было принято с искренним сочувствием; «почтенное» священство как-то внушительно переглянулось между собой, а офицер
путей сообщения потрепал Ивана Демьяныча по плечу и назвал его патриотом и душою общества.
Дарья Семеновна послала Дуньку в лавочку за керосином. Александра Михайловна спохватилась, что Зина до сих пор бегает на дворе. Она попросила Дуньку на обратном
пути разыскать Зину и привести
домой, а сама пошла к себе.
Александра Михайловна возвращалась
домой. В голове шумело, и в этом шуме подплывали к сознанию уже знакомые ей уродливые, самое ее пугавшие мысли. Может быть, потому, что молодой человек, с которым ушла девушка, был красив, и в Александре Михайловне проснулась женщина, но на душе было грустно и одиноко. И она думала: проходит ее молодость, гибнет напрасно красота. Кому польза, что она идет честным
путем?…
Глеб уже не принимался в этот день за начатую работу. Проводив старика соседа до половины дороги к озеру (дальше Глеб не пошел, да и дедушке Кондратию этого не хотелось), Глеб подобрал на обратном
пути топор и связки лозняка и вернулся
домой еще сумрачнее, еще задумчивее обыкновенного.
Наконец и в
путь обратный
Со своею силой ратной
И с девицей молодой
Царь отправился
домой.
В мае после экзаменов она, здоровая, веселая, поехала
домой и на
пути остановилась в Москве, чтобы повидаться с Сашей.
По осени их везти неспособно было из Дмитровки, а теперь готовьтесь: как санный
путь встанет — поезжайте на пяти подводах, берите по две четверти на лошадь и привозите
домой, ссыплем в один мой амбар, а по весне, что бог даст, — запашем и засеем все земли — мои и ваши, и будет чудесно… не правда ли?
Затем Пенькновский открыл мне, что он на войне не будет никого бить из товарищей и только возьмет в плен нашего военачальника, а потом полюбопытствовал, куда лежит мой
путь, — и, узнав, что я иду
домой, вызвался меня проводить и дорогою спросил: «Что говорят у вас про венгерскую революцию?»
На возвратном
пути никто не мешал Сувениру кривляться и болтать, так как Квицинский объявил, что ему надоели все эти «никому не нужные» безобразия, и прежде нас отправился
домой пешком. На его место к нам в карету сел Житков; отставной майор имел весьма недовольный вид и то и дело, как таракан, поводил усами.
Графиня ехала
домой. На
пути попался ей навстречу барон фон Зайниц, который всё еще шел обедать.
Вечером Чубиков и его помощник, освещенные бледнолицей луной, возвращались к себе
домой; они сидели в шарабане и подводили в своих головах итоги минувшего дня. Оба были утомлены и молчали. Чубиков вообще не любил говорить в дороге, болтун же Дюковский молчал в угоду старику. В конце
пути, однако, помощник не вынес молчания и заговорил...
В XIII части есть статья «Приключение», которой содержание состоит в том, что проезжему, заблудившемуся в
пути, встречается барин, возвращающийся с охоты, и на просьбу о помощи отвечает: «Мне не до вас: я, право, не ужинал, так спешу
домой».
На обратном
пути от Капитона объял меня страх: не узнал ли кто, что я получил деньги от гордого коринфянина, и не пришел ли без меня и не украл ли моих денег из того места, где я их зарыл у себя под постелью?.. Побежал я
домой шибко, в тревоге, какой ранее никогда еще не знал, а прибежав, сейчас же прилег на землю, раскопал свою похоронку и пересчитал деньги: все двести тридцать златниц, которые бросил мне гордый Ор коринфянин, были целы, и я взял и опять их зарыл и сам лег на них, как собака.
Наполеон там еще императорствовал, ну, и вce это еще у них тогда по-старому было; а на обратном
пути, облегчаясь, я в Париж завернул: посмотреть там, что поинтереснее, да
домой своим дамкам, знаете, какой-нибудь галантерейщины и парфюмерии прихватить.
Смущение происходило оттого, что старик Болдухин (в самом деле, неохотно ехавший в Москву) сказал наотрез своей супруге и дочери при решении воротиться
домой, что по выздоровлении Петруши, хотя бы оно и через неделю последовало, поздно будет пускаться в такой дальний
путь; что в октябре уже не езда на своих по проселочным дорогам и что ехать надо будетуже по зиме.
— Я
домой пойду, — глухо сказал Сашка, намечая
путь в толпе. — К отцу.
Но путешествию в Среднюю Азию не суждено было осуществиться, так как по
пути получилась из Феодосии телеграмма, что неожиданно скончался другой сын Суворина, и попутчику А. П. необходимо было спешно вернуться
домой.
Но истина скоро открывается; граф узнает все: просит у Мирошева прощения, чествует у себя в доме, прекращает тяжбу, снабжает сотнею рублей на возвратный
путь и берет честное слово с Кузьмы Петровича, что он, немедленно по приезде
домой, пошлет за управителем и прочтет ему бумагу и письмо, запечатанное графскою печатью.