Неточные совпадения
— Да как же в самом деле: три дни от тебя ни слуху ни духу! Конюх от Петуха
привел твоего жеребца. «Поехал, говорит, с каким-то барином». Ну, хоть бы слово сказал: куды, зачем, на сколько времени? Помилуй, братец, как же можно этак поступать? А я
бог знает чего не передумал в эти дни!
— Ничего-с, ничего-с… — почти радостно подхватил Порфирий. — Я и сам-то-с… Ядовитый характер у меня, каюсь, каюсь! Да вот мы увидимся-с. Если
бог приведет, так и очень и очень увидимся-с!..
— Одно словцо-с, Родион Романович; там насчет всего этого прочего как
бог приведет, а все-таки по форме кой о чем придется спросить-с… так мы еще увидимся, так-с.
— Как
бог приведет-с, как
бог приведет-с! — пробормотал Порфирий с искривившеюся как-то улыбкой.
— Приду; как не прийти взглянуть на Андрея Ильича? Чай, великонек стал! Господи! Радости какой
привел дождаться Господь! Приду, батюшка, дай
Бог вам доброго здоровья и несчетные годы… — ворчал Захар вслед уезжавшей коляске.
Не дай
Бог, когда Захар воспламенится усердием угодить барину и вздумает все убрать, вычистить, установить, живо, разом
привести в порядок! Бедам и убыткам не бывает конца: едва ли неприятельский солдат, ворвавшись в дом, нанесет столько вреда. Начиналась ломка, паденье разных вещей, битье посуды, опрокидыванье стульев; кончалось тем, что надо было его выгнать из комнаты, или он сам уходил с бранью и с проклятиями.
— Барыня, голубушка! — заговорила няня, подходя к Анне и целуя ее руки и плечи. — Вот
Бог привел радость нашему новорожденному. Ничего-то вы не переменились.
— Ну, не буду, не буду, — торопливо произнесла Акулина, с усилием глотая слезы. — Так вы завтра едете? — прибавила она после небольшого молчанья. — Когда-то
Бог приведет опять увидеться с вами, Виктор Александрыч?
«И лжемыслие, яко бы возлюбив человека господь
бог возлюбил также и рождение и плоть его, господь наш есть дух и не вмещает любви к плоти, а отметает плоть. Какие можем
привести доказательства сего? Первое: плоть наша грязна и пакостна, подвержена болезням, смерти и тлению…»
«У него тоже были свои мысли, — подумал Самгин, вздохнув. — Да, “познание — третий инстинкт”. Оказалось, что эта мысль
приводит к
богу… Убого. Убожество. “Утверждение земного реального опыта как истины требует служения этой истине или противодействия ей, а она, чрез некоторое время, объявляет себя ложью. И так, бесплодно, трудится, кружится разум, доколе не восчувствует, что в центре круга — тайна, именуемая
бог”».
Начался Великий пост, а Маркел не хочет поститься, бранится и над этим смеется: «Все это бредни, говорит, и нет никакого и
Бога», — так что в ужас
привел и мать и прислугу, да и меня малого, ибо хотя был я и девяти лет всего, но, услышав слова сии, испугался очень и я.
Принял я его полтину, поклонился ему и супруге его и ушел обрадованный и думаю дорогой: «Вот мы теперь оба, и он у себя, и я, идущий, охаем, должно быть, да усмехаемся радостно, в веселии сердца нашего, покивая головой и вспоминая, как
Бог привел встретиться».
— Об масленницу была, да вот,
Бог привел, теперь побывала, — говорила она. — Теперь, что
Бог даст, на Рожество.
— А куда
Бог приведет. Работаю, а нет работы — прошу, — закончил старик, заметив, что паром подходит к тому берегу и победоносно оглянулся на всех слушавших его.
«
Бог дурака, поваля, кормит!» —
приводила она и пословицу в подкрепление, — найдет дуру с богатством!
— Дай
бог, дай
бог! Благодарю тебя, Верочка, утешаешь ты меня, Верочка, на старости лет! — говорит Марья Алексевна и утирает слезы. Английская ель и мараскин
привели ее в чувствительное настроение духа.
И создал Господь
Бог из ребра, взятого у человека, жену, и
привел ее к человеку.
Хотя он зовет себя теософом, следовательно, притязает на науку божественного, содержание, к которому
приводит теософизм, есть лишь субстанциальное движение, и он изображает
Бога лишь в субстанциальном движении.
Напротив, напряженность одного мужского начала в жизни духа
приводит к мятежу против
Бога, имеющему первообраз в восстании Денницы, который отрекся от женственной стихии духа, захотел все иметь от себя, по-мужски, и сделался — дьяволом.
Бог приводит к нему все живые существа, «чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так было имя ей» (Быт. 2:19).
Бог как Абсолютное следовательно, самодовлеющее или вседовольное, всеблаженное существо, не может иметь ни прибыли, ни убыли, такое допущение тотчас низвело бы
Бога до смешения с миром,
привело бы к миробожию или «монизму».
Христос же, «грядущий на облаках небесных с силою и славою многою» [Мф. 24:30.], судья и воскреситель, есть, скорее, угроза, нежелательный deus ex machina [
Бог из машины (лат.) — в древнегреч. театре «механический
Бог», чье появление на сцене
приводило к неожиданной развязке драмы.], нежели Тот, кому вопиет «Дух и Невеста»: ей, гряди!
Удаление Божества от мира, Его «трансцендентность», за известными пределами становится равносильной практическому Его отрицанию, чувство отъединенности человека от
Бога приводит его к миробожию.
Нечестиво и нелепо говорить о «трагедии в
Боге», которая логикой своего развития, как бы неким «божественным фатумом», с необходимостью
приводит к мировому процессу.
Бог приводит к человеку всех животных и птиц, «чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей» (Быт. 2:19).
Самой выдающейся чертой мистики Эккегарта является то, что отрицательное богословие в связи с учением об Abgeschiedenheit, сливающей мир и человека с
Богом,
приводит его к признанию не трансцендентности
Бога, но максимальной Его имманентности: черта между
Богом и тварью совершенно стирается, различие их преодолевается в превышающем его единстве [В связи с учением об отрешенности Эккегарт развивает свое важнейшее учение о Gott и Gottheit, о чем в след, отделе.]. Но об этом ниже.
Если философствование Аристотеля и
приводит его к учению о
Боге, то это лишь вследствие логики его философствования, а не какой-либо мифотворческой предвзятости.
Ее «
Бог привел к человеку», очевидно, как неведомую незнакомку, похожую на одну из тварей, среди которых еще недавно не оказалось ему помощника.
Это определение
приводит, таким образом, к чистой антиномии: «сверхсущностная сущность оказывается совершенно неделимою, а божественная энергия
Бога нераздельно разделяющею (αμέριστος δε μερίζουσα)» [Ibid., 941].
— Далее, как бы подготовляя человека к творению жены,
Бог приводит к нему всю тварь, чтобы зрелищем всеобщей двуполости вызвать в нем сознание своего одиночества в мире.
Ибо если ты станешь мыслить его как
Бога или ум, то оно больше; если ты в своем мышлении
приводишь его к единству, оно и в этом отношении более; оно более едино (το ένικώτερον), в отношении к твоему мышлению, чем ты можешь представлять себе самого
Бога, ибо оно само по себе без всякой акциденции [Акциденция (от лат. accidentia — случай) — нечто случайное, несущественное (свойство, признак и т. п.).] (συμβεβηκότος).
Когда его выбрали царем, царевич послал за город
привести к себе своих товарищей. Когда им сказали, что их требует царь, они испугались: думали, что они сделали какую-нибудь вину в городе. Но им нельзя было убежать, и их
привели к царю. Они упали ему в ноги, но царь велел встать. Тогда они узнали своего товарища. Царь рассказал им все, что с ним было, и сказал им: «Видите ли вы, что моя правда? Худое и доброе — все от
бога. И
богу не труднее дать царство царевичу, чем купцу — барыш, а мужику — работу».
Когда священник начал мне давать уроки, он был удивлен не только общим знанием Евангелия, но тем, что я
приводил тексты буквально. «Но господь
бог, — говорил он, — раскрыв ум, не раскрыл еще сердца». И мой теолог, пожимая плечами, удивлялся моей «двойственности», однако же был доволен мною, думая, что у Терновского сумею держать ответ.
Так как это значило vulgariter [попросту (лат.).] «ступайте с
богом», то я и оставил моего Понса, улыбаясь вперед лицу, которое сделает интендант в Ницце; но этого лица
бог мне не
привел видеть, его сменили.
Необходимо радикальное очищение человеческих идей о
Боге, которые и
привели к безбожию.
Духа,
приведет к абсолютной гармонии в
Боге.
— Вот что, Ленька, голуба́ душа, ты закажи себе это: в дела взрослых не путайся! Взрослые — люди порченые; они
богом испытаны, а ты еще нет, и — живи детским разумом. Жди, когда господь твоего сердца коснется, дело твое тебе укажет, на тропу твою
приведет, — понял? А кто в чем виноват — это дело не твое. Господу судить и наказывать. Ему, а — не нам!
— Игнатий Львович, вы, конечно, теперь поправились, — говорил доктор, выбирая удобную минуту для такого разговора, — но все мы под
богом ходим… Я советовал бы на всякий случай
привести в порядок все ваши бумаги.
И послушайте, милый: я верую, что вас именно для меня
бог привел в Петербург из Швейцарии.
— Ей-богу,
привезу, только поезжайте.
— А сам еще не знаю где, миленький. Где
бог приведет… На постоялый двор куда-нибудь заверну.
— А уж это как
бог приведет… Вот еще как мои-то помощники. Емельян-то, значит, большак, из воли не выходит, а на Галактиона как будто и не надеюсь. Мудреный он у меня.
— Ну, хорошо. Поезжайте теперь на мельницу с
богом, а потом я сам
привезу. В банке у меня деньги.
— Молятся! Как же!.. Держи карман!.. Знаю я их вдосталь! — сказал на то Патап Максимыч. — Одна только слава, что молятся… У них
Бог — чрево… Вот что… Давно бы пора в порядок их
привести… Что молчишь, зятек?.. — с лукавой улыбкой обратился Патап Максимыч к Василью Борисычу. — Изрони словечко — ихнее дело тебе за обычай. Молви гостям, правду аль нет говорю.
И
привел мне
Бог закрыть глаза Марку Данилычу.
Поужинали и бутылочку с белой головкой роспили да мадеры две бутылки. Разговорился словоохотливый Морковников, хоть Меркулов почти вовсе не слушал его. Только и было у него на уме: «Не воротился ли Веденеев, да как-то завтра
Бог приведет с невестой встретиться, да еще какие цены на тюленя́ означатся?» То и дело поглядывал он на дверь. «Авось Митенька не подойдет ли», — думал он. Оттого и редко отвечал он на докучные вопросы Морковникова.
— Плохо, — отозвался Марко Данилыч. — Хоть бы Господь
привел бы на двадцать на четыре месяца, и то бы слава
Богу…
А вы, сударыня, со своим Марком Данилычем неповинную от
Бога отводите, с бесом же на пагубу
приводите…
Называла по именам дома богатых раскольников, где от того либо другого рода воспитания вышли дочери такие, что не
приведи Господи: одни
Бога забыли, стали пристрастны к нововводным обычаям, грубы и непочтительны к родителям, покинули стыд и совесть, ударились в такие дела, что нелеть и глаголати… другие, что у мастериц обучались, все, сколько ни знала их Макрина, одна другой глупее вышли, все как есть дуры дурами — ни встать, ни сесть не умеют, а чтоб с хорошими людьми беседу вести, про то и думать нечего.
Обратиться не к кому — никто не любил Смолокурова, а теперь каждый того еще опасался, что ежель поднимет его
Бог с одра болезни, так, пожалуй, добром с ним и не разделаешься — скажет, что обокрали его во время болезни, дела
привели в расстройство.