Неточные совпадения
Это был среднего роста, очень недурно сложенный молодец с
полными румяными
щеками, с белыми, как снег, зубами и черными, как смоль, бакенбардами.
После небольшого послеобеденного сна он приказал подать умыться и чрезвычайно долго тер мылом обе
щеки, подперши их извнутри языком; потом, взявши с плеча трактирного слуги полотенце, вытер им со всех сторон
полное свое лицо, начав из-за ушей и фыркнув прежде раза два в самое лицо трактирного слуги.
Но не слышал никто из них, какие «наши» вошли в город, что привезли с собою и каких связали запорожцев.
Полный не на земле вкушаемых чувств, Андрий поцеловал в сии благовонные уста, прильнувшие к
щеке его, и небезответны были благовонные уста. Они отозвались тем же, и в сем обоюднослиянном поцелуе ощутилось то, что один только раз в жизни дается чувствовать человеку.
На третий день после ссоры князь Степан Аркадьич Облонский — Стива, как его звали в свете, — в обычайный час, то есть в 8 часов утра, проснулся не в спальне жены, а в своем кабинете, на сафьянном диване. Он повернул свое
полное, выхоленное тело на пружинах дивана, как бы желая опять заснуть надолго, с другой стороны крепко обнял подушку и прижался к ней
щекой; но вдруг вскочил, сел на диван и открыл глаза.
За стойкой, как водится, почти во всю ширину отверстия, стоял Николай Иваныч, в пестрой ситцевой рубахе, и, с ленивой усмешкой на пухлых
щеках, наливал своей
полной и белой рукой два стакана вина вошедшим приятелям, Моргачу и Обалдую; а за ним в углу, возле окна, виднелась его востроглазая жена.
Какие-то неприятные молоточки стучали изнутри черепа в кости висков. Дома он с минуту рассматривал в зеркале возбужденно блестевшие глаза, седые нити в поредевших волосах, отметил, что
щеки стали
полнее, лицо — круглей и что к такому лицу бородка уже не идет, лучше сбрить ее. Зеркало показывало, как в соседней комнате ставит на стол посуду пышнотелая, картинная девица, румянощекая, голубоглазая, с золотистой косой ниже пояса.
В это время к толпе подъехала на белом коне девица Штокфиш, сопровождаемая шестью пьяными солдатами, которые вели взятую в плен беспутную Клемантинку. Штокфиш была
полная белокурая немка, с высокою грудью, с румяными
щеками и с пухлыми, словно вишни, губами. Толпа заволновалась.
Просыпаясь, она нежится в своей теплой постельке, ей лень вставать, она и думает и не думает, и полудремлет и не дремлет; думает, — это, значит, думает о чем-нибудь таком, что относится именно к этому дню, к этим дням, что-нибудь по хозяйству, по мастерской, по знакомствам, по планам, как расположить этот день, это, конечно, не дремота; но, кроме того, есть еще два предмета, года через три после свадьбы явился и третий, который тут в руках у ней, Митя: он «Митя», конечно, в честь друга Дмитрия; а два другие предмета, один — сладкая мысль о занятии, которое дает ей
полную самостоятельность в жизни, другая мысль — Саша; этой мысли даже и нельзя назвать особою мыслью, она прибавляется ко всему, о чем думается, потому что он участвует во всей ее жизни; а когда эта мысль, эта не особая мысль, а всегдашняя мысль, остается одна в ее думе, — она очень, очень много времени бывает одна в ее думе, — тогда как это назвать? дума ли это или дремота, спится ли ей или Не спится? глаза полузакрыты, на
щеках легкий румянец будто румянец сна… да, это дремота.
По своей наружности он представлял
полную противоположность своей жене: прилично
полный, с румянцем на загорелых
щеках, с русой окладистой бородкой и добрыми серыми глазками, он так же походил на спелое яблоко, как его достойная половина на моченую грушу.
И, немного помолчав, снова завел песню про какую-то Зюльму, тоже награжденную Аллахом и лицом краше
полной луны, и рубиновыми
щеками, и черными очами…
А Колышкин так и помирает со смеху.
Полные розовые
щеки дородного пароходчика задрожали, как студень, грудь надрывалась от хохота, высокий круглый живот так и подпрыгивал. Сергей Андреич закашлялся даже.
Ты всегда закрываешься, тогда как честный вид твой и красные
щеки прямо свидетельствуют, что ты мог бы смотреть всем в глаза с
полною невинностью.
Я глядел на нее довольно пристально и ничего особенного не находил: не так высокого роста девица,
полная и с чрезвычайно румяными
щеками.
— За тех, кого они любят, кто еще не утратил блеска юношеской красоты, в ком и в голове и в сердце — всюду заметно присутствие жизни, в глазах не угас еще блеск, на
щеках не остыл румянец, не пропала свежесть — признаки здоровья; кто бы не истощенной рукой повел по пути жизни прекрасную подругу, а принес бы ей в дар сердце,
полное любви к ней, способное понять и разделить ее чувства, когда права природы…
Она не могла нарадоваться, глядя, как Александр
полнел, как на
щеки его возвращался румянец, как глаза оживлялись мирным блеском. «Только волоски не растут, — говорила она, — а были как шелк».
Она была без шляпы, и Ромашов быстро, но отчетливо успел разглядеть ее тонкий, правильный нос, прелестные маленькие и
полные губы и блестящие черные волнистые волосы, которые от прямого пробора посредине головы спускались вниз к
щекам, закрывая виски, концы бровей и уши.
Сусанна, столь склонная подпадать впечатлению религиозных служб, вся погрузилась в благоговение и молитву и ничего не видела, что около нее происходит; но Егор Егорыч, проходя от старосты церковного на мужскую половину, сейчас заметил, что там, превышая всех на целую почти голову, рисовался капитан Зверев в
полной парадной форме и с бакенбардами, необыкновенно плотно прилегшими к его
щекам: ради этой цели капитан обыкновенно каждую ночь завязывал свои
щеки косынкой, которая и прижимала его бакенбарды, что, впрочем, тогда делали почти все франтоватые пехотинцы.
Только по впалым и бледным
щекам ее, да по большим голубым глазам,
полным безотрадной грусти, было заметно, что она, при всей твердости духа, не в силах была сносить тиранства Настасьи.
— Егорушка… что так поздно… — бросилась к нему Минкина и, обвив его шею своими
полными, красивыми руками, запечатлела на обеих его
щеках по горячему поцелую.
Наконец, они отправились в знакомый нам собор; Вихров поехал потом за невестой. Ту вывели какие-то две
полные дамы; за ними шла Катишь, расфранченная, но с целыми потоками слез по
щекам, которые вряд ли не были немножко и подрумянены.
Если бы кто ударил его по
щеке, то, как мне кажется, он бы и на дуэль не вызвал, а тут же, тотчас же убил бы обидчика; он именно был из таких, и убил бы с
полным сознанием, а вовсе не вне себя.
Сзади судей сидел, задумчиво поглаживая
щеку, городской голова,
полный, солидный мужчина; предводитель дворянства, седой, большебородый и краснолицый человек, с большими, добрыми глазами; волостной старшина в поддевке, с огромным животом, который, видимо, конфузил его — он все старался прикрыть его полой поддевки, а она сползала.
Власова начала быстро стирать слезы со своих
щек. Она испугалась, что хохол обидит Павла, поспешно отворила дверь и, входя в кухню, дрожащая,
полная горя и страха, громко заговорила...
Прибежал Федя Мазин, сверкающий, с красными пятнами на
щеках.
Полный трепета радости, он разогнал скуку ожидания.
Наняли комнату в два окна на Васильевском острове, на углу 12-й линии и Среднего проспекта, в двухэтажном флигельке в глубине двора. Хозяйка —
полная старуха с румяными, как крымские яблоки,
щеками. И муж у нее — повар Андрей, маленький старичок с белыми усами. Он обычно сидел в темной прихожей и курил трубку, — курить в комнате жена не позволяла.
Потом — в руках у меня командная трубка, и лет — в ледяной, последней тоске — сквозь тучи — в ледяную, звездно-солнечную ночь. Минуты, часы. И очевидно, во мне все время лихорадочно,
полным ходом — мне же самому неслышный логический мотор. Потому что вдруг в какой-то точке синего пространства: мой письменный стол, над ним — жаберные
щеки Ю, забытый лист моих записей. И мне ясно: никто, кроме нее, — мне все ясно…
Елена сидела на стуле перед столом и, склонив свою усталую головку на левую руку, улегшуюся на столе, крепко спала, и, помню, я загляделся на ее детское личико,
полное и во сне как-то не детски грустного выражения и какой-то странной, болезненной красоты; бледное, с длинными ресницами на худеньких
щеках, обрамленное черными как смоль волосами, густо и тяжело ниспадавшими небрежно завязанным узлом на сторону.
Он засмеялся, а я опять надул
щеки как можно
полнее и опять стою.
Высокий, закатистый лоб, широкие скулы и
щеки,
полный достоинства, спокойный и уверенный взгляд светло-серых глаз, несколько орлиный нос и энергически выдавшаяся вперед нижняя скула и круто загнутый подбородок придавали всей физиономии графа такой характер самоуверенной настойчивости и силы, которые легко и притом всегда могут относиться ко всему остальному миру с тонким, иногда удачно выставляемым, иногда же удачно скрываемым аристократическим презрением.
Полная невеста Елена Дмитриевна Фигурина, в белом платье, стояла прямо и смело держала свою свечу пред налоем, а жених Иосаф Платонович опустился книзу, колена его гнулись, голова падала на грудь и по
щекам из наплаканных и красных глаз его струились слезы, которые он ловил устами и глотал в то время, как опустившаяся книзу брачная свеча его текла и капала на колено его черных панталон.
Снова обняв его, она поцеловала лоб и
щёки пасынка, радостно блестя глазами,
полными слёз, и повела куда-то, говоря низким, точно чужим голосом...
Кожемякин не спал по ночам, от бессонницы болела голова, на висках у него явились серебряные волосы. Тело,
полное болью неудовлетворённого желания, всё сильнее разгоравшегося, словно таяло,
щеки осунулись, уставшие глаза смотрели рассеянно и беспомощно. Как сквозь туман, он видел сочувствующие взгляды Шакира и Натальи, видел, как усмехаются рабочие, знал, что по городу ходит дрянной, обидный для него и постоялки слух, и внутренне отмахивался ото всего...
Говоря о колдовстве, она понижала голос до жуткого шёпота, её круглые розовые
щёки и
полная, налитая жиром шея бледнели, глаза почти закрывались, в словах шелестело что-то безнадёжное и покорное. Она рассказывала, как ведуны вырезывают человечий след и наговорами на нём сушат кровь человека, как пускают по ветру килы [Кила — грыжа — Ред.] и лихорадки на людей, загоняют под копыта лошадей гвозди, сделанные из гробовой доски, а ночью в стойло приходит мертвец, хозяин гроба, и мучает лошадь, ломая ей ноги.
Если женщина протестовала, то для него это только значило, что он произвел впечатление и нравится. Держа Юлию за талию, он крепко поцеловал ее в
щеку, потом в губы, в
полной уверенности, что доставляет ей большое удовольствие. Юлия оправилась от страха и смущения и стала смеяться. Он поцеловал ее еще раз и сказал, надевая свой смешной картуз...
— Милая тетичка, какая ты добрая, что приехала! — говорил Саша и радостно глядел на ее
полное, румяное лицо с добрыми ямочками на
щеках и с деловито-строгими карими глазами.
Он, на взгляд Пирожкова,
пополнел, борода разрослась,
щеки порозовели. Домашний синий костюм, вроде военной блузы, выставлял его стройную, крепкую фигуру. Пирожков заметил у него на четвертом пальце левой руки прекрасной воды рубин.
Полина встала с постели, даже
пополнела; на
щеках ее появился легкий румянец, но в глазах не появлялось даже проблеска сознания.
В комнату нашу вошла большая,
полная, даже почти толстая дама с косым пробором и с мушкой на левой
щеке. За ней четыре барышни в ватных шелковых капотах, за ними горничная девушка с красивым дорожным ларцом из красного сафьяна, за девушкой лакей с ковром и несколькими подушками, за лакеем ливрейным лакей не ливрейный с маленькою собачкой. Генеральша, очевидно, была недовольна, что мы заняли комнату, прежде чем она накушалась здесь своего чаю.
Он радовался всякому явлению в природе и в домашнем быту, как новому, незнакомому явлению; наконец, совершенно оправился, даже поздоровел,
пополнел и получил, уже более года потерянный румянец во всю
щеку; удил рыбу, ходил на охоту за перепелами, ел и пил аппетитно и был весел.
— Слава богу, через два месяца она поздоровела,
пополнела, и яркий румянец заиграл на ее
щеках.
Одна из них, хозяйка дома, княжна Александра Яковлевна Баратова, была сильная брюнетка, со смуглым лицом и ярким румянцем на покрытых пушком
щеках; орлиный нос, несколько загнутый книзу, придавал ее лицу почти строгое выражение, а тонкие линии у углов
полных, чувственных ярко-красных губ красноречиво говорили о твердом характере. Над верхней губой сильно пробивались усики, а нижняя была несколько выдвинута вперед, производя впечатление надменности и недовольства окружающими.
Дачка на шоссе. Муж и жена. И по-прежнему очумелые глаза,
полные отчаяния. И по-прежнему бешеная, неумелая работа по хозяйству с зари до поздней ночи. Он — с ввалившимися
щеками, с глазами, как у быка, которого ударили обухом меж рогов. У нее, вместо золотистого ореола волос, слежавшаяся собачья шерсть, бегающие глаза исподлобья, как у затырканной кухарки. И ненавидящие, злобные друг к другу лица.
Бакенбарды у него были такого рода, какие и теперь еще можно видеть у губернских и уездных землемеров, у архитекторов и полковых докторов, также у отправляющих разные полицейские обязанности и вообще у всех тех мужей, которые имеют
полные, румяные
щеки и очень хорошо играют в бостон: эти бакенбарды идут по самой средине
щеки и прямехонько доходят до носа.
— Что вы говорите? — закричал майор Ковалев. Радость отняла у него язык. Он глядел в оба на стоявшего перед ним квартального, на
полных губах и
щеках которого ярко мелькал трепетный свет свечи. — Каким образом?
Явились две дамы — одна молодая,
полная, с фарфоровым лицом и ласковыми молочно-синими глазами, темные брови ее словно нарисованы и одна выше другой; другая — старше, остроносая, в пышной прическе выцветших волос, с большой черной родинкой на левой
щеке, с двумя золотыми цепями на шее, лорнетом и множеством брелоков у пояса серого платья.
Лучше всех была Дуня в своем алом глазетовом сарафане и кисейной рубашке: высокая,
полная, с румянцем во всю
щеку и с ласково блестевшими глазами, она была настоящая русская красавица.
Встреча эта оставила в сердце Глеба Алексеевича сильное впечатление, особенно в последний момент прощанья с Дарьей Николаевной. Освещенная лунным светом, она стояла перед ним и он невольно залюбовался на ее глубокие синие глаза, казалось, освещавшие правильные черты лица, резкость которых смягчалась ими, здоровый румянец на
щеках. И вся ее
полная грации фигура, рельефно выделявшаяся в мужском костюме, сразу бросилась ему в глаза и заставила трепетно забиться его сердце.
— Да я его не трогал, — сказал мальчик, утирая рукавом слезы, которые текли по его
полным, румяным
щекам.
Румянец живо заиграл тогда на
щеках парня, и лицо его, за минуту веселое, отразило душевную тревогу. Он торопливо вернулся в избу, оделся и, не сказав слова домашним, поспешно направился к реке, за которой немолчно раздавались песни и крики косарей, покрывавших луга. Время подходило к Петровкам, и покос был в
полном разгаре.
И от него пахнуло на меня тем же счастьем, что и от его ковров и кресел.
Полный, здоровый, с красными
щеками, с широкою грудью, вымытый, в ситцевой рубахе и шароварах, точно фарфоровый, игрушечный ямщик. У него была круглая, курчавая бородка — и ни одного седого волоска, нос с горбинкой, а глаза темные, ясные, невинные.