Неточные совпадения
Лучше было бы мне его бросить у
опушки и скрыться в
лесу пешком, да жаль было с ним расстаться, — и пророк вознаградил меня.
После ужина казаки рано легли спать. За день я так переволновался, что не мог уснуть. Я поднялся, сел к огню и стал думать о пережитом. Ночь была ясная, тихая. Красные блики от огня, черные тени от деревьев и голубоватый свет луны перемешивались между собой. По
опушкам сонного
леса бродили дикие звери. Иные совсем близко подходили к биваку. Особенным любопытством отличались козули. Наконец я почувствовал дремоту, лег рядом с казаками и уснул крепким сном.
На
опушке лиственного
леса, что около болота, староверы часто находили неглубоко в земле бусы, серьги, браслеты, пуговицы, стрелы, копья и человеческие кости. Я осмотрел это место и нашел следы жилищ. На старинных морских картах при устье Амагу показаны многочисленные туземные юрты. Старик рассказывал мне, что лет 30 назад здесь действительно жило много удэгейцев, но все они погибли от оспы. В 1870 году, по словам Боголюбского, на берегу моря, около реки Амагу, жило много туземцев.
Я неторопливо дошел до старой корчмы — нежилой, развалившейся хаты, и стал на
опушке хвойного
леса, под высокой сосной с прямым голым стволом.
Антось не отвечает. Лица его не видно, но мы чувствуем, что оно теперь недоброжелательно и угрюмо и что причина этого — близость Гарного Луга.
Лес редеет. Песчаная дорога ведет к мостику, под которым сочится и журчит невидимая речка. Это здесь когда-то устраивались засады на Янкеля с бочкой… Тележка выкатывается на
опушку.
Как я в первый раз был пьян. — Именьице наше было в двух участках: пахотная земля с усадьбою лежала совсем около железнодорожного пути, а по ту сторону пути, за деревнею Барсуки, среди других
лесов было и нашего
леса около сорока десятин. В глубине большой луговины, у
опушки, стоял наш хутор — изба лесника и скотный двор. Скот пасся здесь, и каждый день утром и вечером мы ездили сюда за молоком.
А оба все-таки пристально вглядывались в темноту и думали: впереди еще две поляны, между ними густой осинник и орешник, а при выезде из
леса, на
опушке, — большие дубовые кусты, из них тигру очень удобно прыгать на проезжающих…
Молодых вальдшнепят отыскивать в
лесу трудно, да и бить такую славную дичь, не достигшую полного возраста, как-то жалко, а потому этого рода охотой никто не занимается, но в исходе августа молодые выровняются и начнут попадаться в мелком
лесу или в
опушках большого: обо всем этом было говорено уже довольно.
Это бывает или чистая поляна в
лесу, или луг между дерев, растущих на
опушке и иногда стоящих на открытом поле, преимущественно на пригорке.
Никто не видывал, как, когда, в каком количестве прилетают они; но при появлении первых проталин в мелком
лесу, на
опушках большого
леса, в парках и садах, в малиннике, крыжовнике и других ягодных кустарниках, особенно в кустах болотных, около родников, немедленно появляются вальдшнепы, иногда поодиночке, иногда вдруг большими высыпками.
Высыпки их бывают иногда чрезвычайно многочисленны, большею частию по лесным
опушкам, по порубам, по мелкому
лесу и по кустарникам, а около Москвы по плодовитым и ягодным садам.
Нет сомнения, что лучше подъезжать в одну лошадь; по мелкому
лесу, кустам и
опушкам гораздо удобнее проезжать в одиночку, да и тетерева менее боятся одной лошади, чем. двух или трех вместе, ибо они привыкли видеть одноконные телеги и дровни, на которых крестьяне ездят запретами и сеном.
Я всегда встречал их уже парами, уже занятых своими гнездами, которые вьют они в лесных
опушках, в перелесках и предпочтительно на деревьях, растущих по речкам и ручьям, но никогда в средине густого и большого
леса.
Весь август бьются коростели около хлебных полей, укрываясь — в свободное от приискиванья корма полдневное время — в широких травянистых межах, поросших мелким полевым кустарником: это любимое их местопребывание, но за неимением его держатся в соседственных залежах, долочках с мелким
лесом и в лесных
опушках, куда перебираются уже окончательно перед отлетом, или, вернее сказать, перед своим пропаданьем.
Эти-то капли, которых падения не любит и боится всякая птица и зверь, выгоняют вальдшнепов не только из
леса, но даже из лесных
опушек и кустов.
Когда выведутся журавлята, то старики уводят их в нежатый хлеб или в луга, где растут кусты и высокая трава; если же луга выкосят, то журавли скрываются с молодыми в мелком
лесу, кустах и камышах уремы, а иногда в лесных
опушках.
Как скоро молодые вальдшнепята подрастут, матка выводит их из крупного
леса в мелкий, но предпочтительно частый; там остаются они до совершенного возраста, даже до осени, в начале которой перемещаются смотря по местности, или в
опушки больших
лесов, около которых лежат озимые поля, — ибо корешки ржаных всходов составляют любимую их пищу, — или сваливаются прямо из мелких
лесов в болотистые уремы и потные места, заросшие кустами, особенно к родникам, паточинам, где остаются иногда очень долго, потому что около родников грязь и земля долго не замерзают.
Этою весеннею охотой оканчивается настоящая стрельба зайцев до осени; впрочем, и летом, когда в
лесу нападут на зайцев клещи, они выбегают, особенно по утрам и вечерам, на чистые поляны,
опушки и дороги; проехав по лесной дороге или пройдя поляной и
опушкой, всегда убить несколько беляков, непременно с несколькими клещами, которые плотно впились в них, насосались крови и висят, как синие моченые сливы.
Точно так и тетерев, дичь лесная, половину года держится в полях, даже водится в местах почти безлесных; вальдшнеп, тоже лесная дичь, весной и особенно осенью долго держится в кустах довольно топких болот и только остальное время года — в
лесу; коростель же, помещенный мною в разряд дичи степной, или полевой, равно живет в степи, хлебных полях, луговых болотах и лесных
опушках.
Кроме превосходства в величине, кроншнеп первого разряда темно-коричневее пером и голос имеет короткий и хриплый; он выводит иногда детей в сухих болотах и в
опушках мокрых, поросших большими кочками, мохом, кустами и
лесом, лежащих в соседстве полей или степных мест; изредка присоединяется к нему кроншнеп средний, но никогда малый, который всегда живет в степях и который пером гораздо светлее и крапинки на нем мельче; голос его гораздо чище и пронзительнее, чем у среднего кроншнепа, крик которого несколько гуще и не так протяжен.
— Готово… — шепотом проговорил Майзель, когда на
опушке ближайшего
леса показался приземистый бородатый лесообъездчик, первый плут и лучший охотник.
— Люблю эти звуки, — тихо молвил Евангел, — и ухожу часто сюда послушать их; а на полях и у
лесов, на
опушках, они еще чище. Где дальше человеческая злоба, там этот язык сейчас и звучнее.
И пока господа переглядывались и молчали, кучера и лакеи побежали к тому месту, откуда был слышен крик. Первым вестником скорби был лакей, старый Илья. Он прибежал из
леса к
опушке и, бледный, с расширенными зрачками, хотел что-то сказать, но одышка и волнение долго мешали ему говорить. Наконец, поборов себя и перекрестившись, он выговорил...
Из дальнейшего допроса оказалось, что Кузьма перед самым убийством, в то время, когда граф с гостями сидел на
опушке и пил чай, отправился в
лес. В переноске Ольги он не участвовал, а стало быть, испачкаться в крови не мог.
Казалось, что из
леса на
опушку пробирался медведь.
Лошади добрались до
опушки и вошли в нее. Тень
леса накрыла их широко и мягко, и со всех сторон.
Кругом стало сонное царство. Тишь до того нерушима, что из чащи
леса сюда на
опушку выскочил подлинялый заяц, сделав прыжок, сел на задние лапки, пошевелил усиками, но сейчас же и сконфузился: кинул за спину длинные уши и исчез.
С этим он снова встал и, отойдя от
опушки, увидел, что с востока действительно шла темная туча. Гроза застигала Савелия одним-одинешенька среди
леса и полей, приготовлявшихся встретить ее нестерпимое дыхание.
Командир полка и политком со скрытым недоумением перечитывали приказ. Командир озабоченно оглядывал широкое ущелье с каменистым руслом ручейка, крутые обрывы скал по бокам. Впереди, на отроге горы, чернел
лес, в двигавшихся клубах розовевшего тумана мелькали шедшие к
опушке серые фигуры разведчиков.
Она выбежала быстро из
лесу,
опушка которого примыкала к полотну дороги, и легла на рельсы.
Пронзительным визгом двух отчаянных воплей наполнился
лес, и испуганная насмерть Любочка, и, по-видимому, не менее ее самой испуганное «привидение» со всех ног, не переставая визжать, помчались стрелою по тропинке назад, к лесной
опушке.
А темнота в
лесу сгущается все больше и больше… Розоватые у
опушки стволы сосен исчезли: появились угрюмые, точно затянутые траурной пеленой хвойные деревья… Они, как мохнатые чудища, сторожат тропинки. Стуча зубами со страху, с холодным потом, выступившим на лбу, Любочка нагнулась еще раз, чтобы сорвать последнюю травинку, выпрямилась и закаменела на месте. Какая-то белая фигура прямо двигалась на нее.
Из
леса пахло сыростью, веяло тишиной, у
опушки его шумно возились темные фигуры людей.
С секунду простоял Кудиныч перед этой картиной в полном сознании своего бессилия и невозможности оказать помощь, затем повернул назад и бросился бежать так, что, действительно, никакому зайцу не угнаться было за ним. Он решил бежать в деревню и просить помощи у мужиков. Быстро пробежал он
лес, выбежал на
опушку, в нескольких шагах от которой и расположены были Мытищи.
Между тем к вечеру он уже был на ижорском берегу Невы, у
опушки густого
леса, омываемого ее водами, против острова Луст-Эланда.
Несколько других дач, по одной стороне перелеска, в полуверсте дальше, прислонились в лощине к
опушке этого
леса, шедшего на сотни десятин.
Перекинуло к полуночи; ветер переменился, подуло с юго-запада прямо на
опушку того места, где рос самый ядреный строевой
лес.
Чтобы из села Палицына кратчайшим путем достигнуть этой уединенной пещеры, должно бы было переплыть реку и версты две идти болотистой долиной, усеянной кочками, ветловыми кустами и покрытой высоким камышом; только некоторые из окрестных жителей умели по разным приметам пробираться чрез это опасное место, где коварная зелень мхов обманывает неопытного путника, и высокий тростник скрывает ямы и тину; болото оканчивается холмом, через который прежде вела тропинка и, спустясь с него, поворачивала по косогору в густой и мрачный
лес; на
опушке столетние липы как стражи, казалось, простирали огромные ветви, чтоб заслонить дорогу, казалось, на узорах их сморщенной коры был написан адскими буквами этот известный стих Данте: Lasciate ogni speranza voi ch'entrate!
Из двух ее окон открывался вид на
лес и вьющуюся по его
опушке дорогу.
Взволнованная Рена не только не узнала Степана, которого видела только раз, когда садилась в дорожную карету у
опушки Облонского
леса, но даже не заметила, что старичок священник упоминал все время имя Владимир, а не Сергей, как звали князя Облонского — избранника ее матери. Тем менее могла она обратить внимание на то, что Сергей Сергеевич хотя несколько измененным, но четким почерком расписался в церковных книгах: отставной гвардии корнет Владимир Геннадиевич Перелешин.
Волк был опытен и силен. Несмотря на резвость собак, он держался от них на довольно значительном расстоянии и уже был почти у
опушки другого
леса, когда им удалось нагнать его. Они бежали рядом с ним, выжидая случая напасть на утомившегося зверя, который свирепо огрызался и щелкал крепкими зубами.
Поздним вечером того же дня князь Владимир Воротынский вышел, как бы для прогулки, со двора усадьбы, дошел до
опушки ближайшего
леса и свистнул.
— Скоро кончится
лес и, если мы встретим холмы за
опушкой, значит, дело в шляпе…
Маленький отряд расположился невдалеке от лесной
опушки. Серые солдатские шинели разостланы на мокрой траве; на этих несложных постелях покоятся мирным сном солдатики. Несколько часовых маячат под прикрытием
леса, охраняя их сон.
Донесу до
леса и оставлю на
опушке.
Всю ночь, пользуясь темнотой, шли они, пробираясь лесной дорогой к позициям уже нащупанного врага. Дошли почти до самой
опушки.
Лес поредел, за ним потянулось все в кочках и небольших холмиках-буграх огромное поле. По ту сторону этого широкого пустыря, уходя своей стрельчатой верхушкой, подернутой дымкой дождевого тумана, высился белый далекий костел. К нему жались со всех сторон, как дети к матери, домишки-избы небольшого галицийского селения.
Все до сих пор сказанное мною относится к тетеревиным привадам в начале зимы, которые становятся иногда на хлебной жниве, даже в некотором отдалении от
леса; но когда выпадет много снегу и глубокие сугробы совершенно закроют самую высокую жниву, тетерева перестанут летать в поля и постоянно держатся около лесных мест и даже в середине
лесов, по небольшим полянам; тогда и привады переносятся именно на такие поляны и на лесные
опушки.
Охотник, поездив несколько времени по горам и полям и не найдя нигде зайцев, сделал соображение, что они все лежат в
лесу; а как на беду он взял с собой ружье, то, подъехав к
лесу, привязал на
опушке лошадь к дереву, посадил ястреба на толстый сучок, должник привязал к седлу, а сам отправился стрелять в
лес зайцев.
Рожь кончилась, дорога вилась среди ореховых и дубовых кустов
опушки и терялась в тенистой чаще
леса.
Лежу у
опушки лесной, костер развёл, чай кипячу. Полдень, жара, воздух, смолами древесными напоенный, маслян и густ — дышать тяжело. Даже птицам жарко — забились в глубь
леса и поют там, весело строя жизнь свою. На
опушке тихо. Кажется, что скоро растает всё под солнцем и разноцветно потекут по земле густыми потоками деревья, камни, обомлевшее тело моё.