Неточные совпадения
Подъезжая к крыльцу, заметил он выглянувшие из окна почти в одно время два
лица: женское, в чепце, узкое, длинное, как огурец, и
мужское, круглое, широкое, как молдаванские тыквы, называемые горлянками, из которых делают на Руси балалайки, двухструнные легкие балалайки, красу и потеху ухватливого двадцатилетнего парня, мигача и щеголя, и подмигивающего и посвистывающего на белогрудых и белошейных девиц, собравшихся послушать его тихоструйного треньканья.
А
мужской персонал стоял в общем довольно высоко. Еще действовал такой прекрасный актер, как старик И.И.Сосницкий, создавший два
лица из нашего образцового театра: городничего и Репетилова.
Я сидел весь красный, стараясь не смотреть на больную; мне казалось, что взгляды всех товарищей устремлены на меня; когда я поднимал глаза, передо мною было все то же гордое, холодное, прекрасное
лицо, склоненное над бледною грудью: как будто совсем не ее тело ощупывали эти чужие
мужские руки.
Из-за разных дверей высунулись и тотчас же спрятались назад разные встревоженные
мужские и женские
лица.
— Идет, идет, — отвечал из передней довольно симпатичный
мужской голос, и на пороге залы показался человек лет тридцати двух, невысокого роста, немного сутуловатый, но весьма пропорционально сложенный, с очень хорошим
лицом, в котором крупность черт выгодно выкупалась силою выражения.
Вдруг за дверью послышались тяжелые шаги нескольких человек,
мужские шаги… Дверь отворилась и в комнату вошли трое неизвестных ей людей… Один из них, с гладко выбритым плутоватым
лицом — остальные его звали Петром Федоровичем.
И, уцепившись за полы его кафтана, она тянула его от окна. Во время этой суматохи из-за перегородки шмыгнули две фигуры: одна
мужская, в вицмундирном фраке, другая женская, в немецком платье. Мавра Кузьмовна продолжала некоторое время барахтаться с Михеичем, но он присмирел так же неожиданно, как и пришел в экстаз, и обратился к нам уже с веселым
лицом.
Являлись и еще люди из города, чаще других — высокая стройная барышня с огромными глазами на худом, бледном
лице. Ее звали Сашенька. В ее походке и движениях было что-то
мужское, она сердито хмурила густые темные брови, а когда говорила — тонкие ноздри ее прямого носа вздрагивали.
В конце проспекта, на аккумуляторной башне, колокол гулко бил 17. Личный час кончился. I-330 уходила вместе с тем S-образным
мужским нумером. У него такое внушающее почтение и, теперь вижу, как будто даже знакомое
лицо. Где-нибудь встречал его — сейчас не вспомню.
Войско оцепляло усадьбу и держало караулы; свободные солдатики хозяйничали в крестьянских избах, исполненных всякой тоски и унылости. Начальство, состоящее из разных наехавших сюда гражданских и военных
лиц, собралось на
мужской половине второго этажа. Здесь был и Ворошилов, и его землемер Андрей Парфеныч, и старый генерал Синтянин, приехавший сюда узнать о жене. Эти три последние
лица сами предложили себя в понятые к предстоящему осмотру тела.
Беднягам, одетым в шутовские костюмы и привыкшим кокетничать своими ухарскими манерами, были очень не к
лицу их постные физиономии и нерешительное позы. Своим обещанием отправить их на станцию я несколько расшевелил их.
Мужской шёпот обратился в громкий говор, а женщины перестали плакать…
Вот что думал Санин, ложась спать; но что он подумал на следующий день, когда Марья Николаевна нетерпеливо постучала коралловой ручкой хлыстика в его дверь, когда он увидел ее на пороге своей комнаты — с шлейфом темно-синей амазонки на руке, с маленькой
мужской шляпой на крупно заплетенных кудрях, с откинутым на плечо вуалем, с вызывающей улыбкой на губах, в глазах, на всем
лице, — что он подумал тогда — об этом молчит история.
Перед ним в дыхании и тумане были сотни желтых
лиц и
мужских белых грудей, и вдруг желтая кобура пистолета мелькнула и пропала где-то за белой колонной.
При огромном
мужском росте у него было сложение здоровое, но чисто женское: в плечах он узок, в тазу непомерно широк; ляжки как лошадиные окорока, колени мясистые и круглые; руки сухие и жилистые; шея длинная, но не с кадыком, как у большинства рослых людей, а лошадиная — с зарезом; голова с гривой вразмет на все стороны;
лицом смугл, с длинным, будто армянским носом и с непомерною верхнею губой, которая тяжело садилась на нижнюю; глаза у Термосесова коричневого цвета, с резкими черными пятнами в зрачке; взгляд его пристален и смышлен.
Марта была рада: ведь это была ее постоянная мечта, что вот найдется ей жених, и она выйдет замуж, и у нее будет хорошее хозяйство, и дом — полная чаша. И она смотрела на Мурина влюбленными глазами. Сорокалетний громадный мужчина с грубым голосом и с простоватым выражением в
лице и в каждом движении казался ей образцом
мужской силы, молодечества, красоты и доброты.
На перилах лежало два пальто посторонних
лиц; одно военное; через дверь долетали раскаты разговора. Слышались жидкие звуки
мужского голоса, картавого и надтреснутого, и более молодой горловой баритон с офицерскими переливами. Между ними врезывался смех, должно быть, плюгавенького человечка, — какой-то нищенский, вздутый, как пузырь, ничего не говорящий смех…
Лица, фигуры, туалеты,
мужские бороды, платья арфисток — все сливалось в дымчатую, угарную, колышущуюся массу.
Кожин не замечал, как крупные слезы катились у него по
лицу, а Марья смотрела на него, не смея дохнуть. Ничего подобного она еще не видала, и это сильное
мужское горе, такое хорошее и чистое, поразило ее. Вот так бы сама бросилась к нему на шею, обняла, приголубила, заговорила жалкими бабьими словами, вместе поплакала… Но в этот момент вошел в избу Петр Васильич, слегка пошатывавшийся на ногах… Он подозрительно окинул своим единственным оком гостя и сестрицу, а потом забормотал...
Огороды назывались вдовьими потому, что их содержали две вдовы, мать и дочь. Костер горел жарко, с треском, освещая далеко кругом вспаханную землю. Вдова Василиса, высокая пухлая старуха в
мужском полушубке, стояла возле и в раздумье глядела на огонь; ее дочь Лукерья, маленькая, рябая, с глуповатым
лицом, сидела на земле и мыла котел и ложки. Очевидно, только что отужинали. Слышались
мужские голоса: это здешние работники на реке поили лошадей.
Легкое напряжение, заметное в красном
лице ее, в изгибе спины и мерном движении рук и ног, выказывали в ней необыкновенное здоровье и
мужскую силу.
Та тотчас погладила рукой горло и уставилась круглыми глазами в
лицо сестры. Саша встала на ноги, оперлась рукой о стол и, подняв голову, сильным, почти
мужским голосом певуче заговорила...
На этом же самом диване он лежит теперь, обуреваемый страстью, и эта самая его любимая комната кажется ему пустой и мрачной, а воображение рисует ему красненький домик в тупике Сивцева Вражка и задорное
лицо красавицы, с чудной фигурой, в
мужском одеянии. Он понимает, что его дух побежден, что наступает торжество тела, что это соблазн, что это погибель, но какая-то страшная, неопреодолимая сила тянет его на этот соблазн, как мотылька на огонь, толкает его на эту погибель. И он пойдет.
Встреча эта оставила в сердце Глеба Алексеевича сильное впечатление, особенно в последний момент прощанья с Дарьей Николаевной. Освещенная лунным светом, она стояла перед ним и он невольно залюбовался на ее глубокие синие глаза, казалось, освещавшие правильные черты
лица, резкость которых смягчалась ими, здоровый румянец на щеках. И вся ее полная грации фигура, рельефно выделявшаяся в
мужском костюме, сразу бросилась ему в глаза и заставила трепетно забиться его сердце.
— Та работа легкая.
Мужское платье всегда выгодно шить. А дамская работа, вы знаете, какая капризная: чтоб платье и отделка под тон были, чтоб жанр соблюсти, чтоб фасон подходил к
лицу. Учительница — она требует, чтоб фасон был серьезный. Душеньке какой-нибудь, — ей шик надобен.
Он попал на самое дно народной веры, хотел сердцем слышать из простых уст сдавленные вздохи, молитвенные возгласы, хотел видеть кругом себя
лица старые и молодые,
мужские и женские, захваченные умилением или усердием, просящие о бесчисленных нуждах и немощах, — и ничего не видел, и ничего не слыхал.
В новом просторном платье из грубой
мужской чечунчи и в большой соломенной шляпе, широкие поля которой сильно были загнуты к ушам, так что
лицо ее глядело как будто из коробочки, она казалась себе очень миленькой.
Лицом отец напоминал бабушку, но только не так, как тетушка Анастасия, то есть не только чертами, но и выражением, но, разумеется, все это сходство отливалось в
мужской форме.
В один из холоднейших и ненастнейших московских дней к дому князя подходила молодая, стройная девушка, брюнетка, с очень красивыми, выразительными, умными чертами
лица. Она очень аккуратно и несколько на
мужской лад была одета и, как видно, привыкла ходить пешком. Несмотря на слепящую вьюгу и холод, она шла смело и твердо, и только подойдя к подъезду княжеского дома, как бы несколько смутилась.
Но вот от высокой избы с петухом на коньке вдруг отделилась высокая
мужская фигура и пошла по направлению к хоромам. Ксения Яковлевна быстро, точно ужаленная, отскочила от окна, скорее упала, нежели села на покрытую мехом лавку и закрыла
лицо руками.
Великий князь взглянул на своего спутника, взглянул на спутника великой княгини и опять на своего.
Лица незнакомые, оба с мечами наголо, кругом его дворчан все чужие! Он обомлел: смертная бледность покрыла щеки его; несчастный старик готов был упасть в обморок и остановил своего коня. Молодая княгиня, ничего не понимая, смотрела с каким-то ребяческим кокетством на своего пригожего оруженосца. Она была в
мужской одежде — прекраснее мальчика не видано, — но литвянка умела ловко выказать, что она женщина.
Звук гитар, скрипок, мандолин,
мужские и женские голоса раздаются в потемках, и Зинаида Федоровна, бледная, с серьезным, почти суровым
лицом, сидит рядом со мной, крепко стиснув губы и руки.
Рост у нее был прекрасный и фигура очень стройная, так что, глядя сзади на ее роскошные плечи, гибкую талию и грациозную шейку, на которой была грациозно поставлена пропорциональная головка, обремененная густейшими русыми волосами, можно было держать пари, что перед вами женщина, не раз заставлявшая усиленно биться не одно
мужское сердце; но стоило Иде Ивановне повернуться к вам своим милым и даже, пожалуй, красивым
лицом, и вы сейчас же спешили взять назад составившееся у вас на этот счет предположение.
Ага! Луизе дурно; в ней, я думал,
По языку судя,
мужское сердце.
Но так-то — нежного слабей жестокий,
И страх живет в душе, страстьми томимой!
Брось, Мери, ей воды в
лицо. Ей лучше.
За эти два месяца постоянного пребывания на чистом воздухе, частых ночевок на голой земле ив лесу, в поле, в окопах, иногда залитых водой или в дымной курной крестьянской избе, за время нередких недоеданий и недосыпаний в походе, нежная девичья кожа на
лице и руках Милицы огрубела, потрескалась и потемнела, a синие глаза приняли новое настойчивое, упорное выражение, — сам взгляд их стал похож на взгляд молодого соколенка, выслеживающего добычу; a первое боевое крещение, первая, a за ней и последующие стычки провели неизгладимую борозду в душе девушки и согнали с
лица её всякую женственность, заменив ее настоящей
мужской чертой решимости и отваги.
Я снял с себя пальто и прикрыл ее озябшие плечи; она, боясь показаться в
мужском пальто смешной и некрасивой, засмеялась и сбросила его, и в это время я обнял ее и стал осыпать поцелуями ее
лицо, плечи, руки.
Арефе сделалось даже совестно, когда низенькая деревянная дверь, обитая толстыми железными полосами, точно проглотила его недавних товарищей по сидению в «узилище». Сам он через девку вышел на волю и читал немой укор своей
мужской гордости на окружающих
лицах.
Хотя на улице почти еще светло, но в небольшой часовне, помещающейся во дворе больницы и лишенной окон, стоит жуткая полутьма. Неверный огонек лампады и две-три свечи перед образами слабо освещают эту каменную церковку, похожую на склеп. В притворе, на возвышении стоят, как бы тесня друг друга, простые однообразные гробы. Подхожу к первому.
Мужское синее
лицо с густою бородою. Дальше костлявая, страшная, как скелет, высохшая старуха. Еще дальше мальчик… О, сколько их здесь!..
— Вот тебе раз! Классная дама! — басит длинный, худой, молодой человек, с оливково-смуглым
лицом и черными, гладко причесанными волосами. — А как же мы-то,
мужская половина? У нас, мужчин, разве тоже будет классная дама?
Мимо нас прошла небольшого роста особа с оригинальным, пепельно-серым цветом волос и с грустно-трагическим выражением
лица, скорее
мужского, нежели женского типа. Длинный с горбиком нос, большие восточные глаза, крупный рот с тонкими губами и близко сдвинутые темные брови — необычайное
лицо.
Медленно и осторожно повернувшись на одном месте, пароход боком причалил к пристани. Тотчас же масса людей, в грубой овечьей подражательности, ринулась с парохода по сходне на берег, давя, толкая и тиская друг друга. Глубокое отвращение почувствовала Елена, ко всем этим красным
мужским затылкам, к растерянным, злым, пудренным впопыхах женским
лицам, потным рукам, изогнутым угрожающе локтям. Казалось ей, что в каждом из этих озверевших без нужды людях сидело то же самое животное, которое вчера раздавило ее.
В глубину прошлого уходила вереница их раскрашенных и бледных
лиц, и мелькали среди них усатые
мужские физиономии, бутылки пива и недопитые стаканы, и в каком-то чаду кружились, танцуя, освещенные тени, и назойливо бренчал рояль, выбрасывая тоскливые, назойливые звуки польки.
Ему хотелось потолкаться в этой публике, настроить себя на один лад с нею, присмотреться к
лицам —
мужским и женским.
В книжке Марка Вовчка шесть рассказов, и каждый из них представляет нам женские типы из простонародья. Рядом с женскими
лицами рисуются, большею частью несколько в тени,
мужские личности. Это обстоятельство ближайшим образом объясняется, конечно, тем, что автор рассказов Марка Вовчка — женщина. Но мы увидим, что выбор женских
лиц для этих рассказов оправдывается и самою сущностью дела. Возьмем прежде всего рассказ «Маша», в котором это выказывается с особенной ясностью.
Ей нравилось носить волосы взбитыми так, что трудно было бы даже отличить ее
лицо от
мужского, если б не темное женское платье, поверх которого она надела очень узкий и уже значительно потертый не то спенсер, не то казакин.
Очень хорошо помню платья,
мужские и женские, черные и цветные, очень ясно вижу до сих пор даже один генеральский мундир, но над ним настолько бессилен вызвать памятью хоть какое-нибудь
лицо, словно это не было настоящим и живым, а только вывеской у военного портного.
Аркадий «причесывал и рисовал» одних актрис. Для мужчин был другой парикмахер, а Аркадий если и ходил иногда на «
мужскую половину», то только в таком случае, если сам граф приказывал «отрисовать кого-нибудь в очень благородном виде». Главная особенность гримировального туше этого художника состояла в идейности, благодаря которой он мог придавать
лицам самые тонкие и разнообразные выражения.
В церковных сумерках толпа колыхалась, как море, и преосвященному Петру, который был нездоров уже дня три, казалось, что все
лица — и старые, и молодые, и
мужские, и женские — походили одно на другое, у всех, кто подходил за вербой, одинаковое выражение глаз.
Вечер Анны Павловны был пущен. Веретена с разных сторон равномерно и не умолкая шумели. Кроме ma tante, около которой сидела только одна пожилая дама с исплаканным, худым
лицом, несколько чужая в этом блестящем обществе, общество разбилось на три кружка. В одном, более
мужском, центром был аббат; в другом, молодом, красавица-княжна Элен, дочь князя Василия, и хорошенькая, румяная, слишком полная по своей молодости, маленькая княгиня Болконская. В третьем Мортемар и Анна Павловна.
— И что̀ мне за дело до его отца и сестры: я люблю его одного, его, его, с этим
лицом и глазами, с его улыбкой,
мужскою и вместе детскою…
Когда граф взошел к ней, она беспокойно оборотилась на звук его
мужских шагов, и
лицо ее приняло прежнее холодное и даже злое выражение. Она даже не поднялась на встречу ему.