Неточные совпадения
Никак не
мог он понять, что бы значило, что ни один из
городских чиновников не приехал к нему хоть бы раз наведаться о здоровье, тогда как еще недавно то и дело стояли перед гостиницей дрожки — то почтмейстерские, то прокурорские, то председательские.
Потом уже оказалось, что весь Переяславский курень, расположившийся перед боковыми
городскими воротами, был пьян мертвецки; стало быть, дивиться нечего, что половина была перебита, а другая перевязана прежде, чем все
могли узнать, в чем дело.
Впрочем, Ольга
могла только поверхностно наблюдать за деятельностью своего друга, и то в доступной ей сфере. Весело ли он смотрит, охотно ли ездит всюду, является ли в условный час в рощу, насколько занимает его
городская новость, общий разговор. Всего ревнивее следит она, не выпускает ли он из вида главную цель жизни. Если она и спросила его о палате, так затем только, чтоб отвечать что-нибудь Штольцу о делах его друга.
— Послушай, Лукерья, — начал я наконец. — Послушай, какое я тебе предложение сделаю. Хочешь, я распоряжусь: тебя в больницу перевезут, в хорошую
городскую больницу? Кто знает, быть
может, тебя еще вылечат? Во всяком случае, ты одна не будешь…
Самгин постоял в саду часа полтора и убедился, что средний
городской обыватель чего-то побаивается, но обезьянье любопытство заглушает его страх. О политическом значении события эти люди почти не говорят,
может быть, потому, что не доверяют друг другу, опасаются сказать лишнее.
Их деды — попы, мелкие торговцы, трактирщики, подрядчики, вообще —
городское мещанство, но их отцы ходили в народ, судились по делу 193-х, сотнями сидели в тюрьмах, ссылались в Сибирь, их детей мы
можем отметить среди эсеров, меньшевиков, но, разумеется, гораздо больше среди интеллигенции служилой, то есть так или иначе укрепляющей структуру государства, все еще самодержавного, которое в будущем году намерено праздновать трехсотлетие своего бытия.
Самгин пробовал убедить себя, что в отношении людей к нему как герою есть что-то глупенькое, смешное, но не
мог не чувствовать, что отношение это приятно ему. Через несколько дней он заметил, что на улицах и в
городском саду незнакомые гимназистки награждают его ласковыми улыбками, а какие-то люди смотрят на него слишком внимательно. Он иронически соображал...
19) Грустилов, Эраст Андреевич, статский советник. Друг Карамзина. Отличался нежностью и чувствительностью сердца, любил пить чай в
городской роще и не
мог без слез видеть, как токуют тетерева. Оставил после себя несколько сочинений идиллического содержания и умер от меланхолии в 1825 году. Дань с откупа возвысил до пяти тысяч рублей в год.
Мало того, начались убийства, и на самом
городском выгоне поднято было туловище неизвестного человека, в котором, по фалдочкам, хотя и признали лейб-кампанца, но ни капитан-исправник, ни прочие члены временного отделения, как ни бились, не
могли отыскать отделенной от туловища головы.
Ныне, роясь в глуповском
городском архиве, я случайно напал на довольно объемистую связку тетрадей, носящих общее название «Глуповского Летописца», и, рассмотрев их, нашел, что они
могут служить немаловажным подспорьем в деле осуществления моего намерения.
Очень
может статься, что многое из рассказанного выше покажется читателю чересчур фантастическим. Какая надобность была Бородавкину делать девятидневный поход, когда Стрелецкая слобода была у него под боком и он
мог прибыть туда через полчаса? Как
мог он заблудиться на
городском выгоне, который ему, как градоначальнику, должен быть вполне известен? Возможно ли поверить истории об оловянных солдатиках, которые будто бы не только маршировали, но под конец даже налились кровью?
— А для них разве это что составляет-с, по ихнему характеру, который сами вчера изволили наблюдать-с. Если, говорят, Аграфену Александровну пропущу и она здесь переночует, — не быть тебе первому живу. Боюсь я их очень-с, и кабы не боялся еще пуще того, то заявить бы должен на них
городскому начальству. Даже бог знает что произвести могут-с.
Тут же подле него была еще койка, которую занимал один расслабленный
городской мещанин, весь распухший от водяной, видимо готовый завтра или послезавтра умереть; разговору он помешать не
мог.
Во время путешествия скучать не приходится. За день так уходишься, что еле-еле дотащишься до бивака. Палатка, костер и теплое одеяло кажутся тогда лучшими благами, какие только даны людям на земле; никакая
городская гостиница не
может сравниться с ними. Выпьешь поскорее горячего чаю, залезешь в свой спальный мешок и уснешь таким сном, каким спят только усталые.
— Нет, мой друг, это возбудит подозрения. Ведь я бываю у вас только для уроков. Мы сделаем вот что. Я пришлю по
городской почте письмо к Марье Алексевне, что не
могу быть на уроке во вторник и переношу его на среду. Если будет написано: на среду утро — значит, дело состоялось; на среду вечер — неудача. Но почти несомненно «на утро». Марья Алексевна это расскажет и Феде, и вам, и Павлу Константинычу.
Мы сидели раз вечером с Иваном Евдокимовичем в моей учебной комнате, и Иван Евдокимович, по обыкновению запивая кислыми щами всякое предложение, толковал о «гексаметре», страшно рубя на стопы голосом и рукой каждый стих из Гнедичевой «Илиады», — вдруг на дворе снег завизжал как-то иначе, чем от
городских саней, подвязанный колокольчик позванивал остатком голоса, говор на дворе… я вспыхнул в лице, мне было не до рубленого гнева «Ахиллеса, Пелеева сына», я бросился стремглав в переднюю, а тверская кузина, закутанная в шубах, шалях, шарфах, в капоре и в белых мохнатых сапогах, красная от морозу, а
может, и от радости, бросилась меня целовать.
Городская полиция вдруг потребовала паспорт ребенка; я отвечал из Парижа, думая, что это простая формальность, — что Коля действительно мой сын, что он означен на моем паспорте, но что особого вида я не
могу взять из русского посольства, находясь с ним не в самых лучших сношениях.
— И хорошо сделали, потому что, вероятно, узнали бы не больше того, что уже слышали от мамы.
Городские слухи о нашем разорении — правда… В подробностях я не
могу объяснить вам настоящее положение дел, да и сам папа теперь едва ли знает все. Ясно только одно, что мы разорены.
И возникло то, без чего Сахалин обойтись бы не
мог, а именно город, сахалинский Париж, где находит себе соответствующие общество и обстановку и кусок хлеба
городская публика, которая
может дышать только
городским воздухом и заниматься только
городскими делами.
Новый
городской голова принимал всевозможные меры, чтоб оградить свои владения от вторжения голодающих, и ничего не
мог поделать.
— Извините меня, Харитина Харитоновна, — насмелился Замараев. — Конечно, я деревенский мужик и настоящего
городского обращения не
могу вполне понимать, а все-таки дамскому полу как будто и не того, не подобает цыгарки курить. Уж вы меня извините, а это самое плохое занятие для настоящей дамы.
Ко мне приехала из провинции сестра; она была учительницей в
городской школе, но два года назад должна была уйти вследствие болезни; от переутомления у нее развилось полное нервное истощение; слабость была такая, что дни и ночи она лежала в постели, звонок вызывал у нее припадки судорог, спать она совсем не
могла, стала злобною, мелочною и раздражительною.
Вчера вечером я получил от него по
городской почте записку, довольно для меня загадочную, в которой он очень просил побывать к нему именно сегодня, во втором часу, и «что он
может сообщить мне вещи для меня неожиданные».
Двухмесячное пребывание в деревне, или, правильнее сказать, в недостроенном домишке на берегу озера, чистый воздух, свобода, уженье, к которому я пристрастился, как только
может пристраститься ребенок, — все это так разнилось с нашей
городской жизнью, что Уфа мне опостылела.
Сад, впрочем, был хотя довольно велик, но не красив: кое-где ягодные кусты смородины, крыжовника и барбариса, десятка два-три тощих яблонь, круглые цветники с ноготками, шафранами и астрами, и ни одного большого дерева, никакой тени; но и этот сад доставлял нам удовольствие, особенно моей сестрице, которая не знала ни гор, ни полей, ни лесов; я же изъездил, как говорили, более пятисот верст: несмотря на мое болезненное состояние, величие красот божьего мира незаметно ложилось на детскую душу и жило без моего ведома в моем воображении; я не
мог удовольствоваться нашим бедным
городским садом и беспрестанно рассказывал моей сестре, как человек бывалый, о разных чудесах, мною виденных; она слушала с любопытством, устремив на меня полные напряженного внимания свои прекрасные глазки, в которых в то же время ясно выражалось: «Братец, я ничего не понимаю».
Новая тетушка совсем нас не любила, все насмехалась над нами, называла нас
городскими неженками и, сколько я
мог понять, очень нехорошо говорила о моей матери и смеялась над моим отцом.
Эта площадь, собственно говоря,
могла бы считаться за начало города, если бы находящаяся в конце ее застава, состоящая их двух каменных, выкрашенных в белую краску столбов с гербами города, не указывала, где начинается
городская черта.
Первый, после дела об отравлении князя Александра Павловича, был, по настоянию прокурорского надзора, переведен в
городской участок. Главным мотивом для этого перевода было иметь его всегда перед глазами. Сергей Павлович сперва был очень этим недоволен, не имея более возможности устраивать себе летом воздушные канцелярии, но потом успокоился на мысли, что за то каждый вечер он
может перекинуться в картишки в Коннозаводском собрании, что и исполнял неукоснительно.
Хотя он знал из
городских слухов, что она упорно молчит о причинах, побудивших ее к преступлениям, и не упоминает даже его имени, но страх, страх безотчетный, вернее ужас, что завтра она
может дать другое показание, что каждую ночь она
может одуматься и на утро стать его карающей Немезидой леденил его кровь, останавливал биение его сердца.
— Вы об этом не беспокойтесь! Все узнается по
городским слухам подробно и с полною достоверностью, — за это я вам ручаюсь, — и смотрите, что
может произойти!.. Вы вашим влиянием вызвали ревизию над губернатором, а потом мы сообща,
может быть, накличем острастку и на сенатора.
— Что ж, сядьте, Авдотья Григорьевна, коли его превосходительство такое, можно сказать, внимание к вам имеют! — поощрил Стрелов и, обращаясь к Петеньке, прибавил: — Оне у меня, ваше превосходительство, городские-с! в монастыре у монашены обучались! Какой угодно разговор иметь
могут.
Трактир свой он устроил на
городскую ногу: с половыми в белых рубашках и с поваром, одним из вымирающих обломков крепостного права, который
может готовить не только селянку, но и настоящее кушанье.
Княгиня Вера Николаевна Шеина, жена предводителя дворянства, не
могла покинуть дачи, потому что в их
городском доме еще не покончили с ремонтом. И теперь она очень радовалась наступившим прелестным дням, тишине, уединению, чистому воздуху, щебетанью на телеграфных проволоках ласточек, сбившихся к отлету, и ласковому соленому ветерку, слабо тянувшему с моря.
Если б и сгорел, то за расстоянием не
мог бы передать огня ни одному из
городских строений, и обратно — если бы сгорело всё Заречье, то один этот дом
мог бы уцелеть, даже при каком бы то ни было ветре.
Вид
городской тюрьмы всегда производит на меня грустное, почти болезненное впечатление. Высокие, белые стены здания с его редкими окнами, снабженными железными решетками, с его двором, обнесенным тыном, с плацформой и мрачною кордегардией, которую туземцы величают каррегардией и каллегвардией, — все это
может навести на самого равнодушного человека то тоскливое чувство недовольства, которое внезапно и безотчетно сообщает невольную дрожь всему его существу.
Папа говорил, что все сложилось к лучшему, что Маня
может поступить на фельдшерские курсы при тульской
городской больнице, что под руководством его и знакомых врачей она тут даже лучше
сможет изучить практическую сторону дела, а по теоретическим предметам он сам будет с нею заниматься.
Прародитель
мог отлежаться на гноище; придут
городские псы, залижут его раны — вот он и опять на ногах.
Он шел, не поднимая головы, покуда не добрался до конца города. Перед ним расстилалось неоглядное поле, а у дороги, близ самой
городской межи, притаилась небольшая рощица. Деревья уныло качали разбухшими от дождя ветками; земля была усеяна намокшим желтым листом; из середки рощи слышалось слабое гуденье. Гришка вошел в рощу, лег на мокрую землю и,
может быть, в первый раз в жизни серьезно задумался.
Предполагается, что там царит фаталистическая тьма, которую
может разогнать только свет, источающийся из ненавистнических и солидных
городских сфер.
Дело началось с
городских голов, которые все очень любят торговать и плутовать себе в карман и терпеть не
могут служить для общества.
Все декламации Кулигина, все выходки Кудряша и Дикого, не говоря уже о полусумасшедшей барыне и о разговорах
городских жителей во время грозы, —
могли бы быть выпущены без всякого ущерба для сущности дела.
Изнуренная
городская конница не
могла иметь и надежды на успех.
Но зная, что Наташа и Анна Андреевна
могут измучиться, ожидая меня понапрасну, решился хоть Наташу уведомить по
городской почте письмом, что сегодня у ней не буду.
Ответ вы
можете дать следующим образом: завтра, или послезавтра, ровно в четыре часа пополудни, в
городском саду, на повороте из главной аллеи в поперечную среднюю, против второй скамейки, начертите тростью на песке дорожки крест, так чтоб его можно было удобно заметить.
Во Франции метрики ведутся очень аккуратно в
городских управлениях, а не в церквях, и малейшая неточность в именах родителей и дне рождения
могла обнаружить обман.
— Совершенная правда! ты пристроилась, а мы стары. Нет; да мимо меня идет чаша сия! — решил, махнув рукой, старый Гриневич и отказался от места, сказав, что места нужны молодым, которые
могут быть на службе гораздо полезнее старика, а мне-де пора на покой; и через год с небольшим действительно получил покой в безвестных краях и три аршина земли на
городском кладбище, куда вслед за собою призвал вскоре и жену.
— Корова у нас заболела, ваше сиятельство, — доложил он. — Посылал я за нашим ветеринаром, а оказывается, что он уехал. Не послать ли, ваше сиятельство, за
городским ветеринаром? Если я пошлю, то он не послушается, не поедет, а если вы ему напишете, то тогда другое дело.
Может быть, у коровы пустяк, а
может, и что другое.
Москва в первый раз увидала туров в восьмидесятых годах. Известный охотник
городской инженер Н. М. Левазов, тот самый, который очистил авгиевы конюшни Неглинки, основав Русский охотничий клуб, поехал на Кавказ охотиться под Эльбрусом и привез трех красавцев туров, из которых препаратор Бланк сделал великолепные чучела. Они и стояли в первом зале Охотничьего клуба вплоть до его закрытия уже после Октября. Но видеть их
могли только члены и гости клуба.
«А
может, княгиня обеспечит ее, даст приданое, и она выйдет замуж за кого-нибудь из
городских, из тамбовских, за чиновника».
— Вы —
городской голова, так вы
можете сказать, что все это — вздор.