Неточные совпадения
— Андрей Иванович, помилуйте! — сказал он, взявши его за
обе руки. — Какое ж оскорбление? что ж тут оскорбительного
в слове ты?
Слезши с козел, он стал перед бричкою, подперся
в бока
обеими руками,
в то время как барин барахтался
в грязи, силясь оттуда вылезть, и сказал после некоторого размышления: «Вишь ты, и перекинулась!»
— Не хочу! — сказал Чичиков и поднес, однако ж,
обе руки на всякий случай поближе к лицу, ибо дело становилось
в самом деле жарко.
И опять по
обеим сторонам столбового пути пошли вновь писать версты, станционные смотрители, колодцы, обозы, серые деревни с самоварами, бабами и бойким бородатым хозяином, бегущим из постоялого двора с овсом
в руке, пешеход
в протертых лаптях, плетущийся за восемьсот верст, городишки, выстроенные живьем, с деревянными лавчонками, мучными бочками, лаптями, калачами и прочей мелюзгой, рябые шлагбаумы, чинимые мосты, поля неоглядные и по ту сторону и по другую, помещичьи рыдваны, [Рыдван —
в старину: большая дорожная карета.] солдат верхом на лошади, везущий зеленый ящик с свинцовым горохом и подписью: такой-то артиллерийской батареи, зеленые, желтые и свежеразрытые черные полосы, мелькающие по степям, затянутая вдали песня, сосновые верхушки
в тумане, пропадающий далече колокольный звон, вороны как мухи и горизонт без конца…
Он не договорил и зарыдал громко от нестерпимой боли сердца, упал на стул, и оторвал совсем висевшую разорванную полу фрака, и швырнул ее прочь от себя, и, запустивши
обе руки себе
в волосы, об укрепленье которых прежде старался, безжалостно рвал их, услаждаясь болью, которою хотел заглушить ничем не угасимую боль сердца.
Ставши спиной к товарам и лицом к покупателю, купец, с обнаженной головою и шляпой на отлете, еще раз приветствовал Чичикова. Потом надел шляпу и, приятно нагнувшись,
обеими же
руками упершись
в стол, сказал так...
— Ну, решаться
в банк значит подвергаться неизвестности, — говорил Чичиков и между тем взглянул искоса на бывшие
в руках у него карты.
Обе талии ему показались очень похожими на искусственные, и самый крап глядел весьма подозрительно.
Когда, взявшись
обеими руками за белые
руки, медленно двигался он с ними
в хороводе или же выходил на них стеной,
в ряду других парней и погасал горячо рдеющий вечер, и тихо померкала вокруг окольность, и далече за рекой отдавался верный отголосок неизменно грустного напева, — не знал он и сам тогда, что с ним делалось.
Мы сели верхом; Вернер уцепился за поводья
обеими руками, и мы пустились, — мигом проскакали мимо крепости через слободку и въехали
в ущелье, по которому вилась дорога, полузаросшая высокой травой и ежеминутно пересекаемая шумным ручьем, через который нужно было переправляться вброд, к великому отчаянию доктора, потому что лошадь его каждый раз
в воде останавливалась.
В сенях трещала догоревшая свеча
в деревянной тарелке, и казак мой, вопреки приказанию, спал крепким сном, держа ружье
обеими руками.
Но через мгновение быстро приподнялась, быстро придвинулась к нему, схватила его за
обе руки и, крепко сжимая их, как
в тисках, тонкими своими пальцами, стала опять неподвижно, точно приклеившись, смотреть
в его лицо.
— А, почтеннейший! Вот и вы…
в наших краях… — начал Порфирий, протянув ему
обе руки. — Ну, садитесь-ка, батюшка! Али вы, может, не любите, чтобы вас называли почтеннейшим и… батюшка, — этак tout court? [накоротке (фр.).] За фамильярность, пожалуйста, не сочтите… Вот сюда-с, на диванчик.
Прошло минут пять. Он все ходил взад и вперед, молча и не взглядывая на нее. Наконец, подошел к ней, глаза его сверкали. Он взял ее
обеими руками за плечи и прямо посмотрел
в ее плачущее лицо. Взгляд его был сухой, воспаленный, острый, губы его сильно вздрагивали… Вдруг он весь быстро наклонился и, припав к полу, поцеловал ее ногу. Соня
в ужасе от него отшатнулась, как от сумасшедшего. И действительно, он смотрел, как совсем сумасшедший.
«
В наших краях», извинения
в фамильярности, французское словцо «tout court» и проч. и проч. — все это были признаки характерные. «Он, однакож, мне
обе руки-то протянул, а ни одной ведь не дал, отнял вовремя», — мелькнуло
в нем подозрительно. Оба следили друг за другом, но, только что взгляды их встречались, оба, с быстротою молнии, отводили их один от другого.
И она бросилась его обыскивать. Мармеладов тотчас же послушно и покорно развел
руки в обе стороны, чтобы тем облегчить карманный обыск. Денег не было ни копейки.
Но он был
в беспокойстве, ерошил волосы и подпирал иногда,
в тоске,
обеими руками голову, положа продранные локти на залитый и липкий стол.
Он бросился стремглав на топор (это был топор) и вытащил его из-под лавки, где он лежал между двумя поленами; тут же, не выходя, прикрепил его к петле,
обе руки засунул
в карманы и вышел из дворницкой; никто не заметил!
Он стоял с
обеими дамами, схватив их
обеих за
руки, уговаривая их и представляя им резоны с изумительною откровенностью и, вероятно, для большего убеждения, почти при каждом слове своем, крепко-накрепко, как
в тисках, сжимал им
обеим руки до боли и, казалось, пожирал глазами Авдотью Романовну, нисколько этим не стесняясь.
И так-то вот всегда у этих шиллеровских прекрасных душ бывает: до последнего момента рядят человека
в павлиные перья, до последнего момента на добро, а не на худо надеются; и хоть предчувствуют оборот медали, но ни за что себе заранее настоящего слова не выговорят; коробит их от одного помышления;
обеими руками от правды отмахиваются, до тех самых пор, пока разукрашенный человек им собственноручно нос не налепит.
Радостный, восторженный крик встретил появление Раскольникова.
Обе бросились к нему. Но он стоял как мертвый; невыносимое внезапное сознание ударило
в него, как громом. Да и
руки его не поднимались обнять их: не могли. Мать и сестра сжимали его
в объятиях, целовали его, смеялись, плакали… Он ступил шаг, покачнулся и рухнулся на пол
в обмороке.
Пульхерия Александровна хоть и не убедилась совершенно, но и не сопротивлялась более. Разумихин принял их
обеих под
руки и потащил с лестницы. Впрочем, он ее беспокоил: «хоть и расторопный, и добрый, да
в состоянии ли исполнить, что обещает?
В таком ведь он виде!..»
Соня упала на ее труп, обхватила ее
руками и так и замерла, прильнув головой к иссохшей груди покойницы. Полечка припала к ногам матери и целовала их, плача навзрыд. Коля и Леня, еще не поняв, что случилось, но предчувствуя что-то очень страшное, схватили один другого
обеими руками за плечики и, уставившись один
в другого глазами, вдруг вместе, разом, раскрыли рты и начали кричать. Оба еще были
в костюмах: один
в чалме, другая
в ермолке с страусовым пером.
Ни одного мига нельзя было терять более. Он вынул топор совсем, взмахнул его
обеими руками, едва себя чувствуя, и почти без усилия, почти машинально, опустил на голову обухом. Силы его тут как бы не было. Но как только он раз опустил топор, тут и родилась
в нем сила.
Амалия Ивановна не снесла и тотчас же заявила, что ее «фатер аус Берлин буль ошень, ошень важны шеловек и
обе рук по карман ходиль и всё делал этак: пуф! пуф!», и чтобы действительнее представить своего фатера, Амалия Ивановна привскочила со стула, засунула свои
обе руки в карманы, надула щеки и стала издавать какие-то неопределенные звуки ртом, похожие на пуф-пуф, при громком хохоте всех жильцов, которые нарочно поощряли Амалию Ивановну своим одобрением, предчувствуя схватку.
Пойдешь? — спрашивала она его, вся дрожа, точно
в припадке, схватив его за
обе руки, крепко стиснув их
в своих
руках и смотря на него огневым взглядом.
Он слабо махнул Разумихину, чтобы прекратить целый поток его бессвязных и горячих утешений, обращенных к матери и сестре, взял их
обеих за
руки и минуты две молча всматривался то
в ту, то
в другую. Мать испугалась его взгляда.
В этом взгляде просвечивалось сильное до страдания чувство, но
в то же время было что-то неподвижное, даже как будто безумное. Пульхерия Александровна заплакала.
—
В том и штука: убийца непременно там сидел и заперся на запор; и непременно бы его там накрыли, если бы не Кох сдурил, не отправился сам за дворником. А он именно
в этот-то промежуток и успел спуститься по лестнице и прошмыгнуть мимо их как-нибудь. Кох
обеими руками крестится: «Если б я там, говорит, остался, он бы выскочил и меня убил топором». Русский молебен хочет служить, хе-хе!..
Около него с
обеих сторон стояли также на коленях два молодые клирошанина [Клирошанин — церковнослужитель, поющий
в церковном хоре (на клиросе).]
в лиловых мантиях с белыми кружевными шемизетками сверх их и с кадилами
в руках.
Янкель
в ответ на это подошел к нему поближе и, сделав знак
обеими руками, как будто хотел объявить что-то таинственное, сказал...
Весь побагровел полковник, ухватясь за веревку
обеими руками и силясь разорвать ее, но уже дюжий размах вогнал ему
в самый живот гибельную пику.
— Никогда! Никогда! Не подходите! — с испугом, почти с ужасом сказала она, вытянув
обе руки и зонтик между ним и собой, и остановилась как вкопанная, окаменелая, не дыша,
в грозной позе, с грозным взглядом, вполуоборот.
Тетка возьмет ее двумя пальцами за
обе щеки, поцелует
в лоб, а она поцелует
руку у тетки, и та поедет, а эта останется.
— Вот-с,
в контракте сказано, что на ваш счет, — сказал Иван Матвеевич, издали показывая пальцем
в бумаге, где это сказано. — Тысячу триста пятьдесят четыре рубля двадцать восемь копеек ассигнациями всего-с! — кротко заключил он, спрятав
обе руки с контрактом назади.
Доктор ушел, оставив Обломова
в самом жалком положении. Он закрыл глаза, положил
обе руки на голову, сжался на стуле
в комок и так сидел, никуда не глядя, ничего не чувствуя.
— Поблекнет! — чуть слышно прошептала она, краснея. Она бросила на него стыдливый, ласковый взгляд, взяла
обе его
руки, крепко сжала
в своих, потом приложила их к своему сердцу.
Он
в ответ крепко пожал ей
обе руки.
Была их гувернантка, m-lle Ernestine, которая ходила пить кофе к матери Андрюши и научила делать ему кудри. Она иногда брала его голову, клала на колени и завивала
в бумажки до сильной боли, потом брала белыми
руками за
обе щеки и целовала так ласково!
Перед ней стоял прежний, уверенный
в себе, немного насмешливый и безгранично добрый, балующий ее друг.
В лице у него ни тени страдания, ни сомнения. Он взял ее за
обе руки, поцеловал ту и другую, потом глубоко задумался. Она притихла,
в свою очередь, и, не смигнув, наблюдала движение его мысли на лице.
Захар, с подносом
в руках, наклонился было поднять булку, но, присев, вдруг увидел, что
обе руки заняты и поднять нечем.
— Видишь, видишь? — вздрогнув, шептала она, крепко хватая его
обеими руками за плечо. — Ты не видишь, мелькает
в темноте кто-то?..
Он лег на спину и заложил
обе руки под голову. Илья Ильич занялся разработкою плана имения. Он быстро пробежал
в уме несколько серьезных, коренных статей об оброке, о запашке, придумал новую меру, построже, против лени и бродяжничества крестьян и перешел к устройству собственного житья-бытья
в деревне.
— Да, да, милая Ольга, — говорил он, пожимая ей
обе руки, — и тем строже нам надо быть, тем осмотрительнее на каждом шагу. Я хочу с гордостью вести тебя под
руку по этой самой аллее, всенародно, а не тайком, чтоб взгляды склонялись перед тобой с уважением, а не устремлялись на тебя смело и лукаво, чтоб ни
в чьей голове не смело родиться подозрение, что ты, гордая девушка, могла, очертя голову, забыв стыд и воспитание, увлечься и нарушить долг…
Когда я принес манишку Карлу Иванычу, она уже была не нужна ему: он надел другую и, перегнувшись перед маленьким зеркальцем, которое стояло на столе, держался
обеими руками за пышный бант своего галстука и пробовал, свободно ли входит
в него и обратно его гладко выбритый подбородок. Обдернув со всех сторон наши платья и попросив Николая сделать для него то же самое, он повел нас к бабушке. Мне смешно вспомнить, как сильно пахло от нас троих помадой
в то время, как мы стали спускаться по лестнице.
Она улыбается своей грустной, очаровательной улыбкой, берет
обеими руками мою голову, целует меня
в лоб и кладет к себе на колени.
Он сидел
в расстегнутом над белым жилетом сюртуке, облокотившись
обеими руками на стол и, ожидая заказанного бифстека, смотрел
в книгу французского романа, лежавшую на тарелке.
«Ах, что я делаю!» сказала она себе, почувствовав вдруг боль
в обеих сторонах головы. Когда она опомнилась, она увидала, что держит
обеими руками свои волосы около висков и сжимает их. Она вскочила и стала ходить.
Весело было пить из плоской чаши теплое красное вино с водой, и стало еще веселее, когда священник, откинув ризу и взяв их
обе руки в свою, повел их при порывах баса, выводившего «Исаие ликуй», вокруг аналоя.
Но только что он двинулся, дверь его нумера отворилась, и Кити выглянула. Левин покраснел и от стыда и от досады на свою жену, поставившую себя и его
в это тяжелое положение; но Марья Николаевна покраснела еще больше. Она вся сжалась и покраснела до слез и, ухватив
обеими руками концы платка, свертывала их красными пальцами, не зная, что говорить и что делать.
— J’ai forcé la consigne, [Я нарушила запрет,] — сказала она, входя быстрыми шагами и тяжело дыша от волнения и быстрого движения. — Я всё слышала! Алексей Александрович! Друг мой! — продолжала она, крепко
обеими руками пожимая его
руку и глядя ему
в глаза своими прекрасными задумчивыми глазами.
Но вспомнив, что ожидает ее одну дома, если она не примет никакого решения, вспомнив этот страшный для нее и
в воспоминании жест, когда она взялась
обеими руками за волосы, она простилась и уехала.