Неточные совпадения
Брат Василий
все утверждал, что без слуг можно
обойтись.
Чем кто ближе с ним сходился, тому он скорее
всех насаливал: распускал небылицу, глупее которой трудно выдумать, расстроивал свадьбу, торговую сделку и вовсе не почитал себя вашим неприятелем; напротив, если случай приводил его опять встретиться с вами, он
обходился вновь по-дружески и даже говорил: «Ведь ты такой подлец, никогда ко мне не заедешь».
Самопожертвованье, великодушье в решительные минуты, храбрость, ум — и ко
всему этому — изрядная подмесь себялюбья, честолюбья, самолюбия, мелочной щекотливости личной и многого того, без чего уже не
обходится человек.
Ему казалось, что и важничал Федор Федорович уже чересчур, что имел он
все замашки мелких начальников, как-то: брать на замечанье тех, которые не являлись к нему с поздравленьем в праздники, даже мстить
всем тем, которых имена не находились у швейцара на листе, и множество разных тех грешных принадлежностей, без которых не
обходится ни добрый, ни злой человек.
Илья Иванович иногда возьмет и книгу в руки — ему
все равно, какую-нибудь. Он и не подозревал в чтении существенной потребности, а считал его роскошью, таким делом, без которого легко и
обойтись можно, так точно, как можно иметь картину на стене, можно и не иметь, можно пойти прогуляться, можно и не пойти: от этого ему
все равно, какая бы ни была книга; он смотрел на нее, как на вещь, назначенную для развлечения, от скуки и от нечего делать.
Как он тревожился, когда, за небрежное объяснение, взгляд ее становился сух, суров, брови сжимались и по лицу разливалась тень безмолвного, но глубокого неудовольствия. И ему надо было положить двои, трои сутки тончайшей игры ума, даже лукавства, огня и
все свое уменье
обходиться с женщинами, чтоб вызвать, и то с трудом, мало-помалу, из сердца Ольги зарю ясности на лицо, кротость примирения во взгляд и в улыбку.
У них, как и у
всех людей, были и заботы и слабости, взнос подати или оброка, лень и сон; но
все это
обходилось им дешево, без волнений крови.
Не
вся ты, Русь, обмеряна
Землицей; попадаются
Углы благословенные,
Где ладно
обошлось.
Но дай бог, чтобы
обошлось все смехом.
Необыкновенно было то, что его
все не только любили, но и
все прежде несимпатичные, холодные, равнодушные люди восхищаясь им, покорялись ему во
всем, нежно и деликатно
обходились с его чувством и разделяли его убеждение, что он был счастливейшим в мире человеком, потому что невеста его была верх совершенства.
— И я не поеду. Очень нужно тащиться за пятьдесят верст киселя есть. Mathieu хочет показаться нам во
всей своей славе; черт с ним! будет с него губернского фимиама,
обойдется без нашего. И велика важность, тайный советник! Если б я продолжал служить, тянуть эту глупую лямку, я бы теперь был генерал-адъютантом. Притом же мы с тобой отставные люди.
С людьми же, стоящими на низших ступенях общества, он
обходится еще страннее: вовсе на них не глядит и, прежде чем объяснит им свое желание или отдаст приказ, несколько раз сряду, с озабоченным и мечтательным видом, повторит: «Как тебя зовут?.. как тебя зовут?», ударяя необыкновенно резко на первом слове «как», а остальные произнося очень быстро, что придает
всей поговорке довольно близкое сходство с криком самца-перепела.
— Все-таки не
обошлось без умненького разговорчика! Ох, загонят меня эти разговорчики куда-то, «иде же несть ни печали, ни воздыхания, но жизнь»… скоротечная.
Стародум. Детям? Оставлять богатство детям? В голове нет. Умны будут — без него
обойдутся; а глупому сыну не в помощь богатство. Видал я молодцов в золотых кафтанах, да с свинцовой головою. Нет, мой друг! Наличные деньги — не наличные достоинства. Золотой болван —
все болван.
Кудряш. Кто же ему угодит, коли у него
вся жизнь основана на ругательстве? А уж пуще
всего из-за денег; ни одного расчета без брани не
обходится. Другой рад от своего отступиться, только бы он унялся. А беда, как его поутру кто-нибудь рассердит! Целый день ко
всем придирается.
Маленький, белокурый и невидный из себя, г-н Каннингам встретил меня очень ласково, непохоже на английскую встречу: не стиснул мне руки и не выломал плеча, здороваясь, а так
обошелся, как
обходятся все люди между собою, исключая британцев.
Жители, не зная их звания,
обходились с ними очень дружелюбно,
всем их снабжали; но узнав, кто они, стали чуждаться их.
Кафры, или амакоза, со времени беспокойств 1819 года, вели себя довольно смирно. Хотя и тут не
обходилось без набегов и грабежей, которые вели за собой небольшие военные экспедиции в Кафрарию; но эти грабежи и военные стычки с грабителями имели такой частный характер, что вообще можно назвать
весь период, от 1819 до 1830 года, если не мирным, то спокойным.
Впечатление, произведенное в Едо нашим прибытием, назначение оттуда, для переговоров с нами, высших сановников и, наконец, вероятно, данные губернаторам инструкции, как
обходиться с нами, —
все это много сбавило спеси у их превосходительств.
Что без «старанья» не
обойдешься — это одинаково сознавалось
всеми; но всякому казалось не в пример удобнее, чтоб за него «старался» кто-нибудь другой.
Замечу тут, что хотя о поединке нашем
все вслух тогда говорили, но начальство это дело закрыло, ибо противник мой был генералу нашему близким родственником, а так как дело
обошлось без крови, а как бы в шутку, да и я, наконец, в отставку подал, то и повернули действительно в шутку.
Топоров, как и
все люди, лишенные основного религиозного чувства, сознанья равенства и братства людей, был вполне уверен, что народ состоит из существ совершенно других, чем он сам, и что для народа необходимо нужно то, без чего он очень хорошо может
обходиться.
Марья Алексевна на другой же день подарила дочери фермуар, оставшийся невыкупленным в закладе, и заказала дочери два новых платья, очень хороших — одна материя стоила: на одно платье 40 руб., на другое 52 руб., а с оборками да лентами, да фасоном оба платья
обошлись 174 руб.; по крайней мере так сказала Марья Алексевна мужу, а Верочка знала, что
всех денег вышло на них меньше 100 руб., — ведь покупки тоже делались при ней, — но ведь и на 100 руб. можно сделать два очень хорошие платья.
— Так, так, Верочка. Всякий пусть охраняет свою независимость
всеми силами, от всякого, как бы ни любил его, как бы ни верил ему. Удастся тебе то, что ты говоришь, или нет, не знаю, но это почти
все равно: кто решился на это, тот уже почти оградил себя: он уже чувствует, что может
обойтись сам собою, отказаться от чужой опоры, если нужно, и этого чувства уже почти довольно. А ведь какие мы смешные люди, Верочка! ты говоришь: «не хочу жить на твой счет», а я тебя хвалю за это. Кто же так говорит, Верочка?
По обыкновению, шел и веселый разговор со множеством воспоминаний, шел и серьезный разговор обо
всем на свете: от тогдашних исторических дел (междоусобная война в Канзасе, предвестница нынешней великой войны Севера с Югом, предвестница еще более великих событий не в одной Америке, занимала этот маленький кружок: теперь о политике толкуют
все, тогда интересовались ею очень немногие; в числе немногих — Лопухов, Кирсанов, их приятели) до тогдашнего спора о химических основаниях земледелия по теории Либиха, и о законах исторического прогресса, без которых не
обходился тогда ни один разговор в подобных кружках, и о великой важности различения реальных желаний, которые ищут и находят себе удовлетворение, от фантастических, которым не находится, да которым и не нужно найти себе удовлетворение, как фальшивой жажде во время горячки, которым, как ей, одно удовлетворение: излечение организма, болезненным состоянием которого они порождаются через искажение реальных желаний, и о важности этого коренного различения, выставленной тогда антропологическою философиею, и обо
всем, тому подобном и не подобном, но родственном.
Тут выгода двойная, как вы знаете: во — первых, оттого, что
все покупается оптом; положим, от этого выигрывается третья доля, вещи, которые при мелочной покупке и долгах
обошлись бы в З р.,
обходятся в 2 руб.
Отец любил Катю, не давал ультравеликосветским гувернанткам слишком муштровать девушку: «это глупости», говорил он про всякие выправки талии, выправки манер и
все тому подобное; а когда Кате было 15 лет, он даже согласился с нею, что можно
обойтись ей и без англичанки и без француженки.
Как закруглилась бы фихтевская космогония, совершающаяся путем отражения я в зеркале не-я, если бы можно было
обойтись одними логическими импульсами и не надобился еще тот досадный «внешний толчок» [В «философии хозяйства» Булгаков писал: «Более
всего Фихте повинен в том, что он уничтожает природу, превращая ее лишь в не-л и в «aüssere Anstoss» (внешний толчок> для я, и тем самым
всю жизненную реальность оставляет на долю я» (Булгаков С. Н. Философия хозяйства.
Правда, эти другие науки, гордые своим имманентно-опытным происхождением,
все время косятся на бедную родственницу, видя в ней приживалку, да и самому богословию не дешево
обходится это положение в свете.
Взяв
все в расчет, слуга
обходился рублей в триста ассигнациями; если к этому прибавить дивиденд на лекарства, лекаря и на съестные припасы, случайно привозимые из деревни и которые не знали, куда деть, то мы и тогда не перейдем трехсот пятидесяти рублей.
Разумеется, что при этом кто-нибудь непременно в кого-нибудь хронически влюблен, разумеется, что дело не
обходится без сентиментальности, слез, сюрпризов и сладких пирожков с вареньем, но
все это заглаживается той реальной, чисто жизненной поэзией с мышцами и силой, которую я редко встречал в выродившихся, рахитических детях аристократии и еще менее у мещанства, строго соразмеряющего число детей с приходо-расходной книгой.
Соколовский, автор «Мироздания», «Хевери» и других довольно хороших стихотворений, имел от природы большой поэтический талант, но не довольно дико самобытный, чтоб
обойтись без развития, и не довольно образованный, чтоб развиться. Милый гуляка, поэт в жизни, он вовсе не был политическим человеком. Он был очень забавен, любезен, веселый товарищ в веселые минуты, bon vivant, [любитель хорошо пожить (фр.).] любивший покутить — как мы
все… может, немного больше.
Оставь, оставь… Дай мне хоть двести тысяч, не возьму. Я свободный человек. И
все, что так высоко и дорого цените вы
все, богатые и нищие, не имеет надо мной ни малейшей власти, вот как пух, который носится по воздуху. Я могу
обходиться без вас, я могу проходить мимо вас, я силен и горд. Человечество идет к высшей правде, к высшему счастью, какое только возможно на земле, и я в первых рядах!
Хионию Алексеевну начинало задевать за живое
все, что она теперь видела в бахаревском доме; она даже подозревала, не думает ли
обойтись Марья Степановна совсем без нее.
— Нет, зачем пустое говорить… Мне
все едино, что твой вексель, что прошлогодний снег! Уж ты, как ни на есть, лучше без меня
обойдись…
В то время как в Слободке четверть хозяев
обходится без пахотной земли, а другая четверть имеет ее очень мало, здесь, в Корсаковке,
все хозяева пашут землю и сеют зерновые хлеба; там половина хозяев
обходится без скота и все-таки сыта, здесь же почти
все хозяева находят нужным держать скот.
Единственное, что привлекало их на Южный Сахалин, была рыба; она приносила им большой доход, так как ловилась в изобилии, и айно, на которых лежала
вся тяжесть труда,
обходились им почти даром.
Видно, что при устройстве его прежде
всего старались, чтоб оно
обошлось возможно дешевле, но все-таки сравнительно с прошлым замечается значительный прогресс.
Когда я был у него в избе, то он стоял через силу и говорил слабым голосом, но о печенке рассказывал со смехом, и по его
всё еще опухшему, сине-багровому лицу можно было судить, как дорого
обошлась ему эта печенка.
В продолжение многих лет писарь, по невежеству или недобросовестности, запутывает
все канцелярские концы, и так как он один может разобраться в этой путанице, то становится необходимым, незаменимым, и уже начальство, даже самое строгое, бывает не в состоянии
обходиться без его услуг.
Говорили каждый за себя или один за
всё селение, и так как ораторское искусство процветает на Сахалине, то дело не
обошлось и без речей; в Дербинском поселенец Маслов в своей речи несколько раз назвал начальство «всемилостивейшим правительством».
Если уж необходимо обрусить и нельзя
обойтись без этого, то, я думаю, при выборе средств для этого надо брать в расчет прежде
всего не наши, а их потребности.
Они
всё еще продолжают зависеть от тюремного начальства и снимать шапки за 50 шагов, если живут на юге; с ними
обходятся лучше и не секут их, но
всё же это не крестьяне в настоящем смысле, а арестанты.
Их отцы и родственники на меня рассердились
все, потому что дети наконец без меня
обойтись не могли и
всё вокруг меня толпились, а школьный учитель даже стал мне наконец первым врагом.
В этой же комнатке помещался и тринадцатилетний брат Гаврилы Ардалионовича, гимназист Коля; ему тоже предназначалось здесь тесниться, учиться, спать на другом, весьма старом, узком и коротком диванчике, на дырявой простыне и, главное, ходить и смотреть за отцом, который
все более и более не мог без этого
обойтись.
— Что же, мы со своей стороны сделали
все, — объяснил он. — Прохорову
обойдется его упрямство тысяч в пятьдесят — и только. Вот всегда так… Хочешь человеку добро сделать, по совести, а он на стену. Будем воевать.
Вечером этого дня дешевка закончилась. Прохоров был сбит и закрыл кабаки под предлогом, что
вся водка вышла. Галактион сидел у себя и подсчитывал, во сколько
обошлось это удовольствие. Получалась довольно крупная сумма, причем он не мог не удивляться, что Стабровский в своей смете на конкуренцию предусмотрел почти из копейки в копейку ее стоимость специально для Суслона. Именно за этим занятием накрыл Галактиона отец. Он, по обыкновению, пробрался в дом через кухню.
Потом Харитина вдруг замолчала, пригорюнилась и начала смотреть на Галактиона такими глазами, точно видела его в первый раз. Гость пил чай и думал, какая она славная, вот эта Харитина. Эх, если б ей другого мужа!.. И понимает
все и со всяким
обойтись умеет, и развеселится, так любо смотреть.
— Мне
всего три целковых получки… А как засадят, так в самом деле накладно будет… Дороже
обойдется… Я сбегу.
— А ведь давеча, как я посчитал, во что
обошлось все дело, выходит, мы ровнехонько на тысячу целковых в барышах остались.