Неточные совпадения
Не довольствуясь сим, он ходил еще каждый
день по улицам своей деревни, заглядывал под мостики, под перекладины и все, что ни попадалось ему: старая подошва,
бабья тряпка, железный гвоздь, глиняный черепок, — все тащил к себе и складывал в ту кучу, которую Чичиков заметил в углу комнаты.
А как
дело ведет? — берет десяти-двадцатирублевые вещи, набивает ими карман, роется в
бабьей укладке, в тряпье, — а в комоде, в верхнем ящике, в шкатулке, одних чистых денег на полторы тысячи нашли, кроме билетов!
К довершению всего, мужики начали между собою ссориться: братья требовали
раздела, жены их не могли ужиться в одном доме; внезапно закипала драка, и все вдруг поднималось на ноги, как по команде, все сбегалось перед крылечко конторы, лезло к барину, часто с избитыми рожами, в пьяном виде, и требовало суда и расправы; возникал шум, вопль,
бабий хныкающий визг вперемежку с мужскою бранью.
— Да… горячка… Третьего
дня за дохтуром посылал управляющий, да дома дохтура не застали… А плотник был хороший; зашибал маненько, а хороший был плотник. Вишь, баба-то его как убивается… Ну, да ведь известно: у баб слезы-то некупленные.
Бабьи слезы та же вода… Да.
Затем он отодвинулся вместе с креслом подальше от Самгина, и снова его высокий,
бабий голосок зазвучал пренебрежительно и напористо, ласково и как будто безнадежно: — Нуте-с, обратимся к
делу!
Самгин видел незнакомого; только глаза Дмитрия напоминали юношу, каким он был за четыре года до этой встречи, глаза улыбались все еще той улыбкой, которую Клим привык называть
бабьей. Круглое и мягкое лицо Дмитрия обросло светлой бородкой; длинные волосы завивались на концах. Он весело и быстро рассказал, что переехал сюда пять
дней тому назад, потому что разбил себе ногу и Марина перевезла его.
Придя домой, Самгин лег. Побаливала голова, ни о чем не думалось, и не было никаких желаний, кроме одного: скорее бы погас этот душный, глупый
день, стерлись нелепые впечатления, которыми он наградил. Одолевала тяжелая дремота, но не спалось, в висках стучали молоточки, в памяти слуха тяжело сгустились все голоса
дня:
бабий шепоток и вздохи, командующие крики, пугливый вой, надсмертные причитания. Горбатенькая девочка возмущенно спрашивала...
— Это —
дело бабье. Баба — от бога далеко, она ему — второй сорт. Не ее первую-то бог сотворил…
В государственности Розанова, которая для него самого является неожиданностью, ибо в нем самом всего менее было государственности и гражданственности, — он всегда был певцом частного быта, семейного родового уклада, — чувствуется приспособление к духу времени,
бабья неспособность противостоять потоку впечатлений нынешнего
дня.
Там нагнулася, покачнулася,
Опрокинула, ведьма, легок челн,
Муж-от якорем на
дно пошел,
А она поплыла скоро к берегу,
Доплыла, пала на землю
И завыла
бабьи жалобы,
Стала горе лживое оказывать.
— Ах, это вы!.. — удивлялся каждый раз Ляховский и, схватившись за голову, начинал причитать каким-то
бабьим голосом: — Опять жилы из меня тянуть… Уморить меня хотите, да, уморить… О, вы меня сведете с ума с этим проклятым
делом! Непременно сведете… я чувствую, что у меня в голове уже образовалась пустота.
Анфуса Гавриловна все это слышала из пятого в десятое, но только отмахивалась обеими руками: она хорошо знала цену этим расстройным свадебным речам. Не одно хорошее
дело рассыпалось вот из-за таких
бабьих шепотов. Лично ей жених очень нравился, хотя она многого и не понимала в его поведении. А главное, очень уж пришелся он по душе невесте. Чего же еще надо? Серафимочка точно помолодела лет на пять и была совершенно счастлива.
— Как же решила ты, разумница? Это
дело бабье, я тут ни при чем. Ни советовать, ни отсоветовать не смогу, — сказал Патап Максимыч.
— Значит, бабы мужьями владают! — с удивленьем воскликнул плешивый. —
Дело!.. Да что ж мужья-то за дураки? Для че
бабье не приберут к рукам?
Много на лету тенетнику, перелетные гуси то и
дело садятся на землю, скворцы не летят на Вырей, значит, «
бабье лето», а может, и целая осень будет сухая и ведряная…
Пошел Василий Фадеев, хоть и не так спешно, как бы хотелось Дарье Сергевне. Идет, а сам с собой рассуждает: «Кто ж теперь
делами станет заправлять? Дочь молода, умом еще не вышла; разве что Дарья Сергевна? Да не
бабье это
дело… Дай-ка Господи, чтоб не очнулся!.. Пятьсот рублев у меня в руках, а опричь его, никто про это не знает».
— Тебя только послушай, наскажешь, — помаленьку оживляясь, заговорила Никитишна. — Аредовы веки, что ли, прикажешь мне жить?
Дело наше
бабье: слаб сосуд.
— Мало ль чего не плетут ваши
бабьи языки, — строго промолвил жене Трифон Лохматый. — Не слыша слышат, не видя видят, а вестей напустят, смóтницы, что ни конному, ни пешему их не нагнать, ни царским указом их не поворотить… Пуговицы вам бы на губы-то пришить… Нечего тут!.. Спать ступайте, не мешайте нам про
дело толковать.
— Кто ж принимать-то здесь будет? Не самой же Масляниковой. Ее
дело бабье, ничего в этом разе понимать она не может, — заметила валеная шляпа.
— Ну их, бабья-то! — отвечал Захар. — Терпеть не могу. Девки не в пример лучше. С ними забавней — смехи да песни, а бабы что! Только клохчут да хнычут… Само последнее
дело!
— Спáсенница, что ли, она разъезжать-то по вашим праздникам! — говорил он сестре. — Слава Богу, девка не стрижена, не стать ей по вашим
бабьим соборам шататься… Здесь
дело другое, у тетки в гостинах, а в Шарпане незачем быть.
— Замолола!.. Пошла без передышки в пересыпку! — хмурясь и зевая, перебил жену Патап Максимыч. — Будет ли конец вранью-то? Аль и в самом
деле бабьего вранья на свинье не объедешь?.. Коли путное что хотела сказать — говори скорей, — спать хочется.
«Правда, — продолжал он, — без
бабьего духа в доме пустым что-то пахнет, так у меня сыну двадцать первый пошел, выберу ему хорошую невесту, сдам
дела и капитал, а сам запрусь да Богу молиться зачну.
К тому же
дело наше женское — слабое, недаром в людях говорится: «сорок лет —
бабий век».
И вот эта-то
бабья хвастливая болтовня и была потом причиною ужасных несчастий, потому что эта подробность про Татьяну Павловну и ее квартиру тотчас же засела в уме его, как у мошенника и практического человека на малые
дела; в высших и важных
делах он ничтожен и ничего не смыслит, но на эти мелочи у него все-таки есть чутье.
Квашня. Нельзя, дружок, иначе. Подобного мужчину надо в строгости держать. Я его в сожители взяла, — думала, польза мне от него будет… как он — человек военный, а вы — люди буйные… мое же
дело —
бабье… А он — пить! Это мне ни к чему!
Это была правда; но увы, владелица чудодейственного «
бабьего хвоста» обладала одним недостатком: она не знала арифметики. Несмотря на ежедневные полные сборы, расходы были так велики, состав труппы так громаден, оклады такие баснословные, что не только нельзя было думать о барышах, — не для них и начала она
дело, — но надо было постоянно принимать средства, как свести концы с концами. Денег не было, и Львенко нуждалась постоянно. Об этом знал Гиршфельд, и на это рассчитывал.
Она попала на свой конек и пустилась в длинный рассказ о своих хлопотах по
делу освобождения частных театров и о своем «чудодейственном
бабьем хвосте».
Лето, к удовольствию Натальи Федоровны, уже прошло, наступила осень, но
дни стояли настолько хорошие, что так называемое „
бабье лето“ сулило быть очень продолжительным.
— Знай раз навсегда, Наталья, что
дела служебные и государственные не
бабьего разума
дело, и никакого я вмешательства в них бабы не потерплю, а тех дураков, которые с ними к тебе лазают, я от этого отучу по-свойски, — заметил ей Алексей Андреевич, когда она вторично, воспользовавшись его добрым расположением духа, заговорила о каком-то чиновнике, просившем похлопотать о повышении, так как он обременен был многочисленною семьею.
— выводил чей-то жалобный фальцетик, а рожок Матюшки подхватывал мотив, и песня поднималась точно на крыльях. Мочеганка Домнушка присела к окну, подперла рукой щеку и слушала, вся слушала, — очень уж хорошо поют кержаки, хоть и обушники. У мочеган и песен таких нет… Свое
бабье одиночество обступило Домнушку, непокрытую головушку, и она растужилась, расплакалась. Нету
дна бабьему горюшку… Домнушка совсем забылась, как чья-то могучая рука обняла ее.
С женой Тит не любил разговаривать и только цыкнул на нее: не
бабьего это ума
дело.
— А зачем по-бабьи волосы девке плетут? Тоже и штаны не подходящее
дело… Матушка наказывала, потому как слухи и до нас пали, что полумужичьем девку обряжаете. Не порядок это, родимый мой…
— И спрашивай баб да робят, коли своего ума не стало, — отвечал Тит. — Разе это порядок, штобы с бабами в этаком
деле вязаться? Бабий-то ум, как коромысло: и криво, и зарубисто, и на два конца…
— Конешно, не
бабьего это ума
дело, — авторитетно подтвердил Тит, державший своих баб в качестве бессловесной скотины. — Надо обмозговать
дело.
Нюрочка даже покраснела от этой
бабьей болтовни. Она хорошо поняла, о ком говорила Домнушка. И о Васе Груздеве она слышала, бывая у Парасковьи Ивановны. Старушка заметно ревновала ее и при случае, стороной, рассказывала о Васе ужасные вещи. Совсем мальчишка, а уж водку сосет. Отец-то на старости лет совсем сбесился, — ну, и сынок за ним. Видно, яблоко недалеко от яблони падает. Вася как-то забрался к Палачу, да вместе целых два
дня и пьянствовали. Хорош молодец, нечего сказать!
— Как же быть-то, милые? — повторяла Таисья, не успевая слушать
бабьи жалобы. — Первое бы
дело огоньку засветить…
— Не слушай ее, Лукьяныч, — сказал он, — знай свое
дело, не смотри на
бабьи толки. А ты ступай себе, старая дура, оставь нас!
— Боже ты мой, царь милостивый! Верх ребячества невообразимого! — воскликнул он. — Ну, не видайтесь, пожалуй! Действительно, что тут накупаться на эти
бабьи аханья и стоны; оставайтесь у меня, ночуйте, а завтра напишите записку: так и так, мой друг, я жив и здоров, но уезжаю по очень экстренному
делу, которое устроит наше благополучие. А потом, когда женитесь, пошлите деньги — и
делу конец: ларчик, кажется, просто открывался! Я, признаюсь, Яков Васильич, гораздо больше думал о вашем уме и характере…
— Ах, отстань. Не твоего
бабьего ума
дело…
— Если спрашиваю, значит мне это нужно знать, а для чего нужно —
дело мое. Поняли?
Бабье любопытство одолело.
Через несколько
дней после того, как я поступил в мастерскую, мастер по хоругвям, донской казак Капендюхин, красавец и силач, пришел пьяный и, крепко сцепив зубы, прищурив сладкие,
бабьи глаза, начал молча избивать всех железными кулаками. Невысокий и стройный, он метался по мастерской, словно кот в погребе среди крыс; растерявшиеся люди прятались от него по углам и оттуда кричали друг другу...
Будь это во Франции, или в Англии, это было бы иное
дело: там замужняя женщина вся твоя; она принадлежит мужу с телом, с душой и, что всего важнее, с состоянием, а наши законы, ты знаешь, тянут в этом случае на
бабью сторону: у нас что твое, то ее, потому что ты, как муж, обязан содержать семью, а что ее, то не твое, не хочет делиться, так и не поделится, и ничего с нее не возьмешь.
— Вас кто просил заступаться за меня? — наступала Любочка на Анну Петровну с каким-то
бабьим азартом. — Это мое
дело…
Вошла Феня, высокая и стройная девушка, конфузившаяся теперь своего красного кумачного платка, повязанного по-бабьи. Она заметно похудела за эти
дни и пугливо смотрела на брата и на зятя своими большими серыми глазами, опушенными такими длинными ресницами.
Петрунька чувствовал себя очень скверно и целые
дни прятался от сердитой баушки, как пойманный зверек. Он только и ждал того времени, когда Наташка укладывала его спать с собой. Наташка целый
день летала по всему дому стрелой, так что ног под собой не слышала, а тут находила и ласковые слова, и сказку, и какие-то
бабьи наговоры, только бы Петрунька не скучал.
Она приходила сюда точно домой и в несколько
дней натащила какого-то
бабьего скарба, тряпиц и «переменок».
— Что уж, матушка, убиваться-то без пути, — утешала замужняя дочь Анна. — Наше с тобой
дело бабье. Много ли с бабы возьмешь? А пусть мужики отвечают…
— Ты бы, Родион Потапыч, и то выгнал Оксюху-то, — советовал подручный штейгер. — Негожее
дело, когда
бабий дух заведется в таком месте… Не модель, одним словом.
— И то дура… — невольно соглашалась Устинья Марковна, в которой шевельнулся инстинкт
бабьего стяжательства. — Вот нам и
делить нечего… Что отец даст, тем и сыты.