Неточные совпадения
Рыбкин накинул себе петлю на шею и с удовольствием повесился. Шлепкин сел за стол и в один миг
написал:
заметку о самоубийстве, некролог Рыбкина, фельетон по поводу частых самоубийств, передовую об усилении кары, налагаемой на самоубийц, и еще несколько других статей на ту же тему.
Написав всё это, он положил в карман и весело побежал в редакцию, где его ждали мзда, слава и читатели.
Когда она обращала к нему простой вопрос, он, едва взглянув на нее, дружески отвечал ей и затем продолжал свой разговор с Марфенькой, с бабушкой или молчал, рисовал,
писал заметки в роман.
Когда еще Брайковский, только что поступивший, стал моим помощником, я, приезжая на пожары и заставая его там, всегда уступал ему право
писать заметку, потому что у меня заработок был и так очень хороший.
Потом в газете «Современные известия» он стал
писать заметки и фельетоны. Одновременно с этим А.А. Соколов, редактор «Петербургского листка», пригласил Н.И. Пастухова сотрудничать в своей газете, где он и писал «Письма из Москвы», имевшие большой успех.
При упорном труде Н.И. Пастухов выучился сам в конце концов
писать заметки о происшествиях, добывая их у полиции и у трущобников, и вскоре сделался первым и единственным московским репортером, которому можно было верить безусловно.
Неточные совпадения
Писал он немного, тщательно обдумывая фразы и подчинял их одному дальновидному соображению — он не забывал, что
заметки его однажды уже сослужили ему неплохую службу.
Профессоров Самгин слушал с той же скукой, как учителей в гимназии. Дома, в одной из чистеньких и удобно обставленных меблированных комнат Фелицаты Паульсен, пышной дамы лет сорока, Самгин записывал свои мысли и впечатления мелким, но четким почерком на листы синеватой почтовой бумаги и складывал их в портфель, подарок Нехаевой. Не озаглавив свои
заметки, он красиво, рондом,
написал на первом их листе:
Он запирался у себя,
писал программу романа и внес уже на страницы ее
заметку «о ядовитости скуки». Страдая этим уже не новейшим недугом, он подвергал его психологическому анализу, вынимая данные из себя.
Он проворно сел за свои тетради, набросал свои мучения, сомнения и как они разрешились. У него лились
заметки, эскизы, сцены, речи. Он вспомнил о письме Веры, хотел прочесть опять, что она
писала о нем к попадье, и схватил снятую им копию с ее письма.
Почти полвека стояла зрячая Фемида, а может быть, и до сего времени уцелела как памятник старины в том же виде. Никто не обращал внимания на нее, а когда один газетный репортер
написал об этом
заметку в либеральную газету «Русские ведомости», то она напечатана не была.