Неточные совпадения
Один, с старой кухаркой, взятой им из богадельни (он никогда женат не
был), проживал он в О… в небольшом домишке, недалеко от калитинского дома; много гулял,
читал библию, да собрание протестантских псалмов, да Шекспира в шлегелевском переводе.
Впрочем, он
читал мало: ему приятнее
было слушать рассказы старика Антона.
— Михалевич принялся
читать свое стихотворение; оно
было довольно длинно и оканчивалось следующими стихами...
Тот продолжал моргать глазами и утираться. Лиза пришла в гостиную и села в угол; Лаврецкий посмотрел на нее, она на него посмотрела — и обоим стало почти жутко. Он
прочел недоумение и какой-то тайный упрек на ее лице. Поговорить с нею, как бы ему хотелось, он не мог; оставаться в одной комнате с нею, гостем в числе других гостей, —
было тяжело: он решился уйти. Прощаясь с нею, он успел повторить, что придет завтра, и прибавил, что надеется на ее дружбу.
Настроенный вечером и не желая
петь перед Лаврецким, но чувствуя прилив художнических ощущений, он пустился в поэзию:
прочел хорошо, но слишком сознательно и с ненужными тонкостями, несколько стихотворений Лермонтова (тогда Пушкин не успел еще опять войти в моду) — и вдруг, как бы устыдясь своих излияний, начал, по поводу известной «Думы», укорять и упрекать новейшее поколение; причем не упустил случая изложить, как бы он все повернул по-своему, если б власть у него
была в руках.
Читала она немного; у ней не
было «своих слов», но
были свои мысли, и шла она своей дорогой.
Он пришел рано: почти никого еще не
было в церкви; дьячок на клиросе
читал часы; изредка прерываемый кашлем, голос его мерно гудел, то упадая, то вздуваясь.
Чиновник в нем взял решительный перевес над художником; его все еще моложавое лицо пожелтело, волосы поредели, и он уже не
поет, не рисует, но втайне занимается литературой: написал комедийку, вроде «пословиц», и так как теперь все пишущие непременно «выводят» кого-нибудь или что-нибудь, то и он вывел в ней кокетку и
читает ее исподтишка двум-трем благоволящим к нему дамам.
— Да я и не с тем, чтобы вы поняли. Мне хочется посмотреть на вас, как вы
читать будете. У вас, когда вы читаете, кончик носика очень мило двигается.
Самгин швырнул газету прочь, болели глаза,
читать было трудно, одолевал кашель. Дмитрий явился поздно вечером, сообщил, что он переехал в ту же гостиницу, спросил о температуре, пробормотал что-то успокоительное и убежал, сказав:
Спутники мои беспрестанно съезжали на берег, некоторые уехали в Капштат, а я глядел на холмы, ходил по палубе,
читал было, да не читается, хотел писать — не пишется. Прошло дня три-четыре, инерция продолжалась.
— Так-то оно так, а кто твой проект
читать будет? Лука Назарыч… Крепостное право изничтожили, это ты правильно говоришь, а Лука Назарыч остался… Старухи так говорят: щука-то умерла, а зубы остались… Смотри, как бы тебе благодарность из Мурмоса кожей наоборот не вышла. Один Овсянников чего стоит… Они попрежнему гнут, чтобы вольного-то мужика в оглобли завести, а ты дровосушек да кричных мастеров здесь жалеешь. А главная причина. Лука Назарыч обидится.
Неточные совпадения
Анна Андреевна. Что тут пишет он мне в записке? (
Читает.)«Спешу тебя уведомить, душенька, что состояние мое
было весьма печальное, но, уповая на милосердие божие, за два соленые огурца особенно и полпорции икры рубль двадцать пять копеек…» (Останавливается.)Я ничего не понимаю: к чему же тут соленые огурцы и икра?
Артемий Филиппович. Позвольте, я
прочитаю. (Надевает очки и
читает).«Почтмейстер точь-в-точь департаментский сторож Михеев; должно
быть, также, подлец,
пьет горькую».
Хлестаков. Хорошо, хоть на бумаге. Мне очень
будет приятно. Я, знаете, этак люблю в скучное время
прочесть что-нибудь забавное… Как ваша фамилия? я все позабываю.
Городничий (
читает).«Как сивый мерин». Не может
быть! вы это сами написали.
Почтмейстер. Нет, о петербургском ничего нет, а о костромских и саратовских много говорится. Жаль, однако ж, что вы не
читаете писем:
есть прекрасные места. Вот недавно один поручик пишет к приятелю и описал бал в самом игривом… очень, очень хорошо: «Жизнь моя, милый друг, течет, говорит, в эмпиреях: барышень много, музыка играет, штандарт скачет…» — с большим, с большим чувством описал. Я нарочно оставил его у себя. Хотите,
прочту?