Неточные совпадения
И действительно, колокольчик передовой тройки, звук которого уже ясно доносился по
ветру,
был чрезвычайно хорош: чистый, звучный, басистый и дребезжащий немного. Как я потом узнал, это
было охотницкое заведение: три колокольчика — один большой в середине, с малиновым звоном, как называется, и два маленькие, подобранные в терцию. Звук этой терции и дребезжащей квинты, отзывавшейся в воздухе,
был необыкновенно поразителен и странно хорош в этой пустынной, глухой степи.
Я тоже пошел
было раз посмотреть, не дорога ли то, что мне мерещилось; но едва я с трудом сделал шагов шесть против
ветра и убедился, что везде
были одинаковые, однообразные белые слои снега и дорога мне виднелась только в воображении, — как уже я не видал саней.
— Прежде
ветер во как
был, а теперь мы вовсе под погодой едем. Нет, мы не туда едем, мы тоже плутаем, — заключил он совершенно спокойно.
Мне видно
было, как при лунном, застилаемом метелью свете невысокая фигура ямщика с кнутовищем в руке, которым он ощупывал снег впереди себя, двигалась взад и вперед в светлой мгле, снова подходила к саням, вскакивала бочком на передок, и слышались снова среди однообразного свистения
ветра ловкое, звучное покрикиванье и звучание колокольчиков.
Пока перекладывались, я по
ветру, который так и подносил меня, подошел ко вторым саням. Сани, особенно с той стороны, с которой от
ветра завешен
был на головах двух ямщиков армяк,
были на четверть занесены снегом; за армяком же
было тихо и уютно. Старичок лежал так же, с выпущенными ногами, а сказочник продолжал свою сказку...
Метель
была так сильна, что насилу-насилу, перегнувшись совсем вперед и ухватясь обеими руками за полы шинели, я мог по колеблющемуся снегу, который выносило
ветром из-под ног, пройти те несколько шагов, которые отделяли меня от моих саней.
Опять звуки хрустенья копыт, покрикиванья и колокольчика заменили звук завывания
ветра, который
был особенно слышен, когда стояли на месте.
Сверху снега не
было; по сильный, сухой
ветер продолжал заносить снежную пыль па поле и особенно под копытами лошадей и полозьями.
Один только новый предмет останавливал внимание: это
был верстовой столб, с которого сыпало снег на землю и около которого
ветер намел целую гору справа и все еще рвался и перебрасывал сыпкий снег с одной стороны на другую.
Домой пошли пешком. Великолепный город празднично шумел, сверкал огнями, магазины хвастались обилием красивых вещей, бульвары наполнял веселый говор, смех, с каштанов падали лапчатые листья, но
ветер был почти неощутим и листья срывались как бы веселой силой говора, смеха, музыки.
К утру погода мало изменилась к лучшему.
Ветер был резкий и порывистый. На совете решено было попытаться перевалить через Сихотэ-Алинь, в надежде, что на западной стороне его будет тише. Решающее значение имел голос Дерсу.
Неточные совпадения
Он знак подаст — и все хлопочут; // Он
пьет — все
пьют и все кричат; // Он засмеется — все хохочут; // Нахмурит брови — все молчат; // Так, он хозяин, это ясно: // И Тане уж не так ужасно, // И любопытная теперь // Немного растворила дверь… // Вдруг
ветер дунул, загашая // Огонь светильников ночных; // Смутилась шайка домовых; // Онегин, взорами сверкая, // Из-за стола гремя встает; // Все встали: он к дверям идет.
Деревня, где скучал Евгений, //
Была прелестный уголок; // Там друг невинных наслаждений // Благословить бы небо мог. // Господский дом уединенный, // Горой от
ветров огражденный, // Стоял над речкою. Вдали // Пред ним пестрели и цвели // Луга и нивы золотые, // Мелькали сёлы; здесь и там // Стада бродили по лугам, // И сени расширял густые // Огромный, запущенный сад, // Приют задумчивых дриад.
Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится
ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни
есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства.
Дом господский стоял одиночкой на юру, то
есть на возвышении, открытом всем
ветрам, каким только вздумается подуть; покатость горы, на которой он стоял,
была одета подстриженным дерном.
Заговорил о превратностях судьбы; уподобил жизнь свою судну посреди морей, гонимому отовсюду
ветрами; упомянул о том, что должен
был переменить много мест и должностей, что много потерпел за правду, что даже самая жизнь его
была не раз в опасности со стороны врагов, и много еще рассказал он такого, из чего Тентетников мог видеть, что гость его
был скорее практический человек.