Масленников весь рассиял, увидав Нехлюдова. Такое же было жирное и красное лицо, и та же корпуленция, и такая же, как в военной службе,
прекрасная одежда. Там это был всегда чистый, по последней моде облегавший его плечи и грудь мундир или тужурка; теперь это было по последней моде статское платье, так же облегавшее его сытое тело и выставлявшее широкую грудь. Он был в вицмундире. Несмотря на разницу лет (Масленникову было под 40), они были на «ты».
Неточные совпадения
И притом чувствуется с несомненностью, что эти
прекрасные тела и должны быть обнажены, ибо всякая
одежда явилась бы умалением их красоты, неуважением к ней.
Но, почти помимо их сознания, их чувственность — не воображение, а простая, здоровая, инстинктивная чувственность молодых игривых самцов — зажигалась от Нечаянных встреч их рук с женскими руками и от товарищеских услужливых объятий, когда приходилось помогать барышням входить в лодку или выскакивать на берег, от нежного запаха девичьих
одежд, разогретых солнцем, от женских кокетливо-испуганных криков на реке, от зрелища женских фигур, небрежно полулежащих с наивной нескромностью в зеленой траве, вокруг самовара, от всех этих невинных вольностей, которые так обычны и неизбежны на пикниках, загородных прогулках и речных катаниях, когда в человеке, в бесконечной глубине его души, тайно пробуждается от беспечного соприкосновения с землей, травами, водой и солнцем древний,
прекрасный, свободный, но обезображенный и напуганный людьми зверь.
Отчего человеку хочется быть богатым? Отчего ему нужны дорогие лошади, хорошие
одежды,
прекрасные комнаты, право на вход в публичные места, увеселения? Только от недостатка духовной жизни.
Странные мечты вызывало у Матвея её бледное лицо и тело, непроницаемо одетое чёрной
одеждой: ему казалось, что однажды женщина сбросит с плеч своих всё тёмное и явится перед людьми
прекрасная и чистая, как белая лебедь сказки, явится и, простирая людям крепкие руки, скажет голосом Василисы Премудрой:
Твердой поступью взошла она на роковой помост. Простая
одежда придавала еще больший блеск ее прелестям. Один из палачей сорвал с нее небольшую епанчу, покрывавшую грудь. Стыд и отчаяние овладели молодой женщиной. Смертельная бледность покрыла ее прелестное лицо. Слезы хлынули градом из
прекрасных глаз. Ее обнажили до пояса, ввиду любопытного, но молчаливого народа.