Неточные совпадения
Понятно, что
при таких условиях встречается необходимость в людях, которые умели бы говорить
даже в такое время, когда другие молчат; но понятно также, что это положение совершенно проклятое и что люди скромные принимают его весьма неохотно.
При этих словах раздается гром рукоплесканий, и восторженное «ура!» потрясает стены залы.
Даже лакеи взволновались. Управляющий удельной конторой опять идет целоваться.
Даже дамы не остаются праздными; они наперерыв устраивают для нового начальника спектакли, шарады и живые картины; интригуют его в маскарадах; выбирают в мазурке и
при этом выказывают такое высокое чувство гражданственности, что ни одному разогорченному супругу
даже на мысль не приходит произнести слово «бесстыдница» или «срамница»
При таком беспрерывном поднимании довольно трудно обойтись без подергиваний (я знал одного мудреца, который
даже зажимал нос, как только приходилось поднимать завесу будущего).
Не сердилась
даже, когда у нее целовали ручки и заводили
при этом расслабляющий чувства разговор.
— Отстаньте! вы мне мерзки! все противно! все мерзко! все отвратительно! — кричала она на него и нередко
даже разбивала
при этом какую-нибудь безделицу.
Старшие все-таки улыбались
при его появлении и находили, что в его физиономии есть что-то забавное, а сверстники нередко щелкали его по носу и на ходу спрашивали: «Что, Козлик, сегодня хватим?» — «Хватим», — отвечал Козлик и продолжал гранить тротуары на Невском проспекте, покуда не наступал час обедать в долг у Дюссо, и не обижался
даже за получаемые в нос щелчки.
Весь околоток трепетал его; крестьяне, не только его собственные, но и чужие, бледнели
при одном его имени;
даже помещики — и те пожимались, когда заходила об нем речь.
Платона Иваныча, по обыкновению, окружили и просили еще раз пожертвовать собой на пользу сословия, но когда он изъявил готовность баллотироваться (и
при этом
даже заплакал), то, против обыкновения, его прокатили на вороных.
Правитель канцелярии
даже побагровел от исступления
при этом воспоминании.
В таких безрезультатных решениях проходит все утро. Наконец присутственные часы истекают: бумаги и журналы подписаны и сданы; дело Прохорова разрешается само собою, то есть измором. Но
даже в этот вожделенный момент, когда вся природа свидетельствует о наступлении адмиральского часа, чело его не разглаживается. В бывалое время он зашел бы перед обедом на пожарный двор; осмотрел бы рукава, ящики, насосы;
при своих глазах велел бы всё зачинить и заклепать. Теперь он думает: «Пускай все это сделает закон».
Помпадура
даже передернуло
при этом ответе.
И помпадур — ничего,
даже не поморщился. Ни криков, ни воззвания к оружию, ни революций — ничего
при этом не было. Просто взял и вынул из кармана 1 р. 43 к., которые и теперь хранятся в казне, яко живое свидетельство покорности законам со стороны того, который не токмо был вправе утверждать, что для него закон не писан, но мог еще и накричать
при этом на целых 7 копеек, так чтобы вышло уж ровно полтора рубля.
Но,
при всем либерализме, мы не только не отрицали необходимости помпадура, но
даже прямо говорили, что без помпадура мы пропадем, как шведы под Полтавой.
И
при этом оба так простодушно удостоверяли: «Как хотите, а с простым народом без того нельзя-с», что
даже несомненные противники системы оглушения — и те становились в тупик, следует ли ставить в вину такие подвиги, которые служат лишь выражением самых заветных и искренних убеждений?
Но
даже и
при существовании этого могущественного прикрытия мы никогда не могли предотвратить, чтобы наши политические противники не напоминали нам, с едва скрываемою дерзостью, кто мы и из каких мы принципов выходим.
Уже умственному моему взору без труда представляется удручающая сердце картина будущего. Край пустынен; полезные и кроткие породы птиц и зверей уничтожились, а вместо оных господствуют породы хищные и неполезные; благочестие упразднилось, а вместо оного царствуют пьянство и разврат! Какое сердце патриота не содрогнется
при виде столь ужасного зрелища,
даже если бы оное было лишь плодом моей предусмотрительной фантазии?!
Она готова по целым дням болтать с молодыми монашками; у нее есть между ними фаворитки, которые
даже вступают с ней в разговор об нем, и она нимало не чувствует себя
при этом сконфуженною.
Ибо опала моя есть лишь плод недоразумения, я же во всякое время готов и опять занять прежний свой пост
при моем всемилостивейшем повелителе, и
даже, если ему будет угодно, устроить в любезном отечестве точь-в-точь такую же корпорацию помпадуров, какую я видел в России».
— История жизни великих людей мира сего — вот подлинная история, которую необходимо знать всем, кто не хочет обольщаться иллюзиями, мечтами о возможности счастья всего человечества. Знаем ли мы среди величайших людей земли хоть одного, который был бы счастлив? Нет, не знаем… Я утверждаю: не знаем и не можем знать, потому что
даже при наших очень скромных представлениях о счастье — оно не было испытано никем из великих.
Неточные совпадения
Трещит по улицам сердитый тридцатиградусный мороз, визжит отчаянным бесом ведьма-вьюга, нахлобучивая на голову воротники шуб и шинелей, пудря усы людей и морды скотов, но приветливо светит вверху окошко где-нибудь,
даже и в четвертом этаже; в уютной комнатке,
при скромных стеариновых свечках, под шумок самовара, ведется согревающий и сердце и душу разговор, читается светлая страница вдохновенного русского поэта, какими наградил Бог свою Россию, и так возвышенно-пылко трепещет молодое сердце юноши, как не случается нигде в других землях и под полуденным роскошным небом.
Даже начальство изъяснилось, что это был черт, а не человек: он отыскивал в колесах, дышлах, [Дышло — толстая оглобля, прикрепляемая к середине передней оси повозки
при парной упряжке.] лошадиных ушах и невесть в каких местах, куда бы никакому автору не пришло в мысль забраться и куда позволяется забираться только одним таможенным чиновникам.
При всем том он, однако ж, не мог скрыть своей радости и пожелал всяких утешений не только ему, но
даже и деткам его, не спросив, были ли они у него или нет.
Но
при всем том трудна была его дорога; он попал под начальство уже престарелому повытчику, [Повытчик — начальник отдела («выть» — отдел).] который был образ какой-то каменной бесчувственности и непотрясаемости: вечно тот же, неприступный, никогда в жизни не явивший на лице своем усмешки, не приветствовавший ни разу никого
даже запросом о здоровье.
А я ее по усам!» Иногда
при ударе карт по столу вырывались выражения: «А! была не была, не с чего, так с бубен!» Или же просто восклицания: «черви! червоточина! пикенция!» или: «пикендрас! пичурущух пичура!» и
даже просто: «пичук!» — названия, которыми перекрестили они масти в своем обществе.