Неточные совпадения
Оба покушали, но другой-то
тайный советник превозмог, а этот —
не превозмог.
Правда, что в то время никому и в голову
не приходило, что заемные письма именно самые оные краеугольные камни и суть, а только думалось: вот-то глупую рожу Крутобедров состроит, как тетенька, мимо его дома, в Великие Луки переезжать будет! — но все-таки должен же был становой понимать, что какая-нибудь
тайна да замыкается в заемных письмах, коль скоро они милую очаровательную даму заставляют по целым неделям проживать в Великих Луках на постоялом дворе без дела, без кавалеров, среди всякой нечисти?
Из посторонних
не позабыл Варварина дня только
тайный советник Стрекоза, тот самый, который уцелел после аракчеевской катастрофы, за то, что оказался невинным.
— Было бы безрассудно… о, как я это понимаю! Ты прав, мой друг! в чине
тайного советника, так сказать, на закате дней, еще простительно впадать в меланхолию — разумеется, ежели впереди
не предвидится производства в действительные
тайные советники… Но надворный советник, как жених в полунощи, непременно должен стоять на страже! Ибо ему предстоит многое совершить: сперва получить коллежского советника, потом статского, а потом…
Да и вообще никто из почетных гостей
не прибыл в кухмистерскую (было приглашено: пятьдесят штук
тайных советников, сто штук действительных статских советников, один бегемот, два крокодила и до двухсот коллежских асессоров, для танцев), а приехали какие-то"пойги"из Вильманстранда, да штук двадцать подруг-кухарок, а в том числе и моя кухарка.
Нередко я спрашиваю себя: примет ли от меня руку помощи утопающий действительный
тайный советник и кавалер? — и, право, затрудняюсь дать ясный ответ на этот вопрос. Думается, что примет, ежели он уверен, что никто этого
не видит; но если знает, что кто-нибудь видит, то, кажется, предпочтет утонуть. И это нимало меня
не огорчает, потому что я во всяком человеке прежде всего привык уважать инстинкт самосохранения.
И едва ли я ошибусь, сказав, что
тайна его исчезновения заключается
не в собственном его бессилии, а в отсутствии почвы, которую оно могло бы эксплуатировать.
Но ежели везде, куда ни оглянись, ничего, кроме испуга и обязательной
тайны,
не обретается, то ясно, что самая смелая попытка разложить и воспроизвести этот загадочный мир ничего
не даст, кроме беглых,
не имеющих органической связи обрывков. Ибо какую же может играть деятельную роль творчество, затертое среди испугов и тайностей?
Не дальше как вчера я был на рауте у
тайного советника Грызунова (кроме медалей, имеет знак отличия мужского ордена для ношения по установлению).
Иногда он впадал в уныние от этой несправедливости, но вера, что никому в целой России
не известны так близко
тайны спроса и предложения (а это, тетенька, позамысловатее «
Тайн мадридского двора») — спасала его.
Пишете вы, например, мне, что совсем порвали связь с Пафнутьевым, а об Мартыне Задеке будто бы и
не слыхивали, а между тем мне достоверно известно, что потихоньку вы им обоим назначаете
тайные свидания в рощице и что при этом нередко присутствует и Иван Непомнящий.
С вашей стороны это, конечно, только шалость, а Пафнутьев пользуется этим и распускает слухи, что, в сущности, тетенька симпатизирует ему и только потому облекает свои симпатии
тайною, что боится, чтоб
не пронюхали о ваших свиданиях потрясатели основ и подрыватели авторитетов.
Немецкая наука, и это ее главный недостаток, приучилась к искусственному, тяжелому, схоластическому языку своему именно потому, что она жила в академиях, то есть в монастырях идеализма. Это язык попов науки, язык для верных, и никто из оглашенных его не понимал; к нему надобно было иметь ключ, как к шифрованным письмам. Ключ этот теперь
не тайна; понявши его, люди были удивлены, что наука говорила очень дельные вещи и очень простые на своем мудреном наречии; Фейербах стал первый говорить человечественнее.
Неточные совпадения
Он весел был. Чрез две недели // Назначен был счастливый срок. // И
тайна брачныя постели // И сладостной любви венок // Его восторгов ожидали. // Гимена хлопоты, печали, // Зевоты хладная чреда // Ему
не снились никогда. // Меж тем как мы, враги Гимена, // В домашней жизни зрим один // Ряд утомительных картин, // Роман во вкусе Лафонтена… // Мой бедный Ленский, сердцем он // Для оной жизни был рожден.
Привычка усладила горе, //
Не отразимое ничем; // Открытие большое вскоре // Ее утешило совсем: // Она меж делом и досугом // Открыла
тайну, как супругом // Самодержавно управлять, // И всё тогда пошло на стать. // Она езжала по работам, // Солила на зиму грибы, // Вела расходы, брила лбы, // Ходила в баню по субботам, // Служанок била осердясь — // Всё это мужа
не спросясь.
Но, может быть, такого рода // Картины вас
не привлекут: // Всё это низкая природа; // Изящного
не много тут. // Согретый вдохновенья богом, // Другой поэт роскошным слогом // Живописал нам первый снег // И все оттенки зимних нег; // Он вас пленит, я в том уверен, // Рисуя в пламенных стихах // Прогулки
тайные в санях; // Но я бороться
не намерен // Ни с ним покамест, ни с тобой, // Певец финляндки молодой!
И поделом: в разборе строгом, // На
тайный суд себя призвав, // Он обвинял себя во многом: // Во-первых, он уж был неправ, // Что над любовью робкой, нежной // Так подшутил вечор небрежно. // А во-вторых: пускай поэт // Дурачится; в осьмнадцать лет // Оно простительно. Евгений, // Всем сердцем юношу любя, // Был должен оказать себя //
Не мячиком предрассуждений, //
Не пылким мальчиком, бойцом, // Но мужем с честью и с умом.
Быть может, он для блага мира // Иль хоть для славы был рожден; // Его умолкнувшая лира // Гремучий, непрерывный звон // В веках поднять могла. Поэта, // Быть может, на ступенях света // Ждала высокая ступень. // Его страдальческая тень, // Быть может, унесла с собою // Святую
тайну, и для нас // Погиб животворящий глас, // И за могильною чертою // К ней
не домчится гимн времен, // Благословение племен.