Неточные совпадения
— Да, за
доктором!.. — отвечала Домна Осиповна, и, выйдя на улицу, она наняла извозчика,
сказав ему, чтобы он взял, что хочет, только бы скорее ехал.
К Домне Осиповне Перехватов попал в домашние врачи тоже довольно непонятным образом: она послала дворника за своим обычным старым
доктором, и дворник,
сказав, что того
доктора не застал, пригласил к ней Перехватова, кучер которого, как оказалось впоследствии, был большой приятель этому дворнику. Домна Осиповна, впрочем, рада была такой замене. Перехватов ей очень понравился своею наружностью и тем, что говорил несколько витиевато, а она любила это свойство в людях и полагала, что сама не без красноречия!
— Господин
доктор! —
сказала ему Домна Осиповна, показывая на Перехватова.
— Мысль для меня совершенно новая! —
сказал насмешливо
доктор.
— Лучше! — отвечала Домна Осиповна. — А
доктор,
скажи, как тебе понравился?
— Вкладчиков, вы хотите
сказать?.. Отчего ж они корыстолюбивые? — спросил
доктор.
— Это совершенно все верно и справедливо, что говорит Александр Иванович, — подхватила Домна Осиповна, — но
скажите: акции Хмурина, вероятно, упадут? — обратилась она к
доктору.
— Я сейчас пошлю за
доктором! —
сказал он Аделаиде Ивановне.
— Приезд
доктора, кроме твоей болезни, меня успокоит, потому что он мне
скажет, чем ты, собственно, больна! — возразил Бегушев.
— Как же она существует? — спросил тот, почти задыхавшийся от любопытства или, лучше
сказать, от более сильного чувства и желавший, чтобы ему рассказывали скорее и скорее. Но
доктор начал довольно издалека...
— А вы,
скажите, бывали за границей? — спросил Бегушев, желая позондировать
доктора в этом отношении.
— Я все видел! — закричал было Долгов и остановился, потому что Бегушев в это время порывисто встал из-за стола. Никто не понимал, что такое с ним. Дело в том, что
доктор, пройдя несколько раз по столовой, подошел опять к Домне Осиповне и
сказал ей негромко несколько слов. Она в ответ ему кивнула головой и поднялась со стула.
— Полагаю, что станет и он! —
сказал доктор.
— Будем ждать-с! —
сказал доктор.
— Ты меня не понимаешь! —
сказала она и, еще более пододвинувшись к
доктору, положила ему руки и голову на плечо. — Я готова быть твоей женой, но я боюсь тебя!
—
Скажите, — продолжал тот вполголоса, когда им и Янсутским еще было выпито по стакану вина, — эта Олухова овдовела и вышла снова замуж за какого-то
доктора?..
— Пускай войдет!.. —
сказала почти презрительно Домна Осиповна лакею, и, когда тот ушел, она выпрямилась на диване и приняла величественную позу, а
доктор, очень довольный, кажется, что освободил свою руку из рук супруги, пересел к своему письменному столу, уставленному богатыми принадлежностями.
— Она вышла замуж за
доктора Перехватова, —
сказал Бегушев.
— Я Мерову перевожу к себе и желал бы пригласить навещать ее того
доктора, который начал ее лечение, —
сказал он ему.
«На поверку выходит, что это я помог путям природы!» — мучительно подумал он, а потом, обратясь к Минодоре,
сказал, чтобы она вышла к
доктору и попросила его еще раз завтра приехать; графа Хвостикова и Аделаиду Ивановну он услал в свои комнаты. Старушка поплелась, ведомая под руку Минодорой.
— Ничего, ничего! — кричал он матери и сестре, — это обморок, это дрянь! Сейчас только
доктор сказал, что ему гораздо лучше, что он совершенно здоров! Воды! Ну, вот уж он и приходит в себя, ну, вот и очнулся!..
К утру опять началось волнение, живость, быстрота мысли и речи, и опять кончилось беспамятством. На третий день было то же, и
доктора сказали, что есть надежда. В этот день Алексей Александрович вышел в кабинет, где сидел Вронский, и, заперев дверь, сел против него.
Я не уехал ни на другой, ни на третий день. Дорогой на болотах и на реке Мае, едучи верхом и в лодке, при легких утренних морозах, я простудил ноги. На третий день по приезде в Якутск они распухли.
Доктор сказал, что водой по Лене мне ехать нельзя, что надо подождать, пока пройдет опухоль.
Неточные совпадения
— И знаете, Павел Иванович! —
сказал Манилов, явя в лице своем выражение не только сладкое, но даже приторное, подобное той микстуре, которую ловкий светский
доктор засластил немилосердно, воображая ею обрадовать пациента. — Тогда чувствуешь какое-то, в некотором роде, духовное наслаждение… Вот как, например, теперь, когда случай мне доставил счастие, можно
сказать образцовое, говорить с вами и наслаждаться приятным вашим разговором…
— Бросьте жребий,
доктор! —
сказал капитан.
Доктор посмотрел на меня и
сказал торжественно, положив мне руку на сердце:
— Я предчувствую, —
сказал доктор, — что бедный Грушницкий будет вашей жертвой…
— Пора! — шепнул мне
доктор, дергая за рукав, — если вы теперь не
скажете, что мы знаем их намерения, то все пропало. Посмотрите, он уж заряжает… если вы ничего не
скажете, то я сам…