Неточные совпадения
Катрин была уверена, что божественный Ченцов (она иначе не воображала его
в своих мечтах) явился собственно для нее, чтобы исполнить ее приказание приехать к ним с утра, но расчет m-lle Катрин
оказался при самом
начале обеда неверен.
Не бывая
в ней долгое время, я решился, наконец, года три тому назад вместе с дочерью провести там лето; соседние дворяне, разумеется, стали посещать меня и рассказывают мне, что
в околотке — то тут, то там —
начали появляться скопцы и, между прочим, один небогатый помещик со слезами на глазах объявил, что у него
в именьице найдено десять молодых девушек, у которых тут не
оказалось ничего — гладко!..
— Вот видите-с, —
начал он, — доселе у меня были управляющие из моих крепостных людей, но у всех у них
оказывалось очень много родных
в имении и разных кумов и сватов, которым они миротворили; а потому я решился взять с воли управляющего, но не иначе как с залогом, который,
в случае какой-нибудь крупной плутни, я удержу
в свою пользу.
Это был, по-видимому, весьма хилый старик, с лицом совершенно дряблым; на голове у него совсем почти не
оказывалось волос, а потому дома,
в одиночестве, Мартын Степаныч обыкновенно носил колпак, а при посторонних и
в гостях надевал парик; бакенбарды его состояли из каких-то седоватых клочков; уши Мартын Степаныч имел большие, торчащие, и особенно правое ухо, что было весьма натурально, ибо Мартын Степаныч всякий раз, когда
начинал что-либо соображать или высказывал какую-нибудь тонкую мысль, проводил у себя пальцем за ухом.
Оставшись одна, она действительно принялась сочинять ответ мужу, но
оказалось, что
в ответе этом наговорила ему гораздо более резких выражений, чем было
в письме Тулузова: она назвала даже Ченцова человеком негодным, погубившим себя и ее, уличала его, что об Аксюте он говорил все неправду; затем так запуталась
в изложении своих мыслей и
начала писать столь неразборчивым почерком, что сама не могла ни понять, ни разобрать того, что написала, а потому, разорвав с досадой свое сочинение, сказала потом Тулузову...
Что касается до Англии, то образование каменщиками
в ней общества относят к
началу тысячелетия, когда Эдвин [Эдвин (585—633) — король Нортумбрии с 617 года, принявший христианство.], сын короля Адельстана, собрал первое собрание
в городе Йорке; но
в этом можно сомневаться, ибо документы, на коих основалось такое мнение,
оказались неподлинными, и потому гораздо вероятнее заключить, что
в Англию, собственно, перенесли немецкие каменотесы свой институт вместе с готическим стилем».
Неточные совпадения
Еще не успеешь открыть рта, как они уже готовы спорить и, кажется, никогда не согласятся на то, что явно противуположно их образу мыслей, что никогда не назовут глупого умным и что
в особенности не согласятся плясать по чужой дудке; а кончится всегда тем, что
в характере их
окажется мягкость, что они согласятся именно на то, что отвергали, глупое назовут умным и пойдут потом поплясывать как нельзя лучше под чужую дудку, — словом,
начнут гладью, а кончат гадью.
В другое время все это, конечно, внушало много уважения, но на этот раз Аркадий Иванович
оказался как-то особенно нетерпеливым и наотрез пожелал видеть невесту, хотя ему уже и доложили
в самом
начале, что невеста легла уже спать.
Я узнал только, что он некогда был кучером у старой бездетной барыни, бежал со вверенной ему тройкой лошадей, пропадал целый год и, должно быть, убедившись на деле
в невыгодах и бедствиях бродячей жизни, вернулся сам, но уже хромой, бросился
в ноги своей госпоже и,
в течение нескольких лет примерным поведеньем загладив свое преступленье, понемногу вошел к ней
в милость, заслужил, наконец, ее полную доверенность, попал
в приказчики, а по смерти барыни, неизвестно каким образом,
оказался отпущенным на волю, приписался
в мещане,
начал снимать у соседей бакши, разбогател и живет теперь припеваючи.
По пути домой он застрял на почтовой станции, где не
оказалось лошадей, спросил самовар, а пока собирали чай, неохотно посыпался мелкий дождь, затем он стал гуще, упрямее, крупней, — заиграли синие молнии, загремел гром, сердитым конем зафыркал ветер
в печной трубе — и
начал хлестать, как из ведра,
в стекла окон.
Сердито, звонким голоском Морозов посоветовал ему сначала привести себя
в порядок, постричься, помыться. Через минуту Гапон сидел на стуле среди комнаты, а человек с лицом старика
начал стричь его. Но, видимо, ножницы
оказались тупыми или человек этот — неловким парикмахером, — Гапон жалобно вскрикнул: