Неточные совпадения
Князь не осмелился даже подойти к ней и пробрался
было в соседнюю комнату, чтобы взглянуть на
сына; но и того ему акушерка на одно мгновение показала, так что он рассмотрел только красненький носик малютки.
Князь, на первых порах, почти ничего не нашел, что ей отвечать: в том, что всякий честный человек, чего не признает, или даже в чем сомневается, не должен разыгрывать комедий, он, пожалуй,
был согласен с Еленой, но, с другой стороны, оставить
сына некрещеным, — одна мысль эта приводила его в ужас.
— А потому, что если бы вы имели его достаточное количество, так и не возбудили бы даже вопроса: крестить ли вам вашего
сына или нет, а прямо бы окрестили его в религии той страны, в которой предназначено ему жить и действовать, и пусть он сам меняет ее после, если ему этого пожелается, — вот бы что сказал вам здравый смысл и что
было бы гораздо умнее и даже либеральнее.
— В том-то и дело, что я вовсе не хочу, чтобы
сын мой
был русский!
— А вот когда не
будет религии, тогда, пожалуй, не крестите вашего
сына: но пока они существуют, так уж позвольте мне даже
быть восприемником его! — заключил он, обращаясь в одно и то же время к князю и к Елене.
Спустя несколько дней после крестин у Елены, г-жа Петицкая, успевшая одной только ей известным способом проведать, что у Елены родился
сын, и даже то, что она не хотела его крестить, — сейчас же прибежала к княгине и рассказала ей об этом. Как княгиня ни
была готова к подобному известию, все-таки оно смутило и встревожило ее. Она решилась расспросить поподробнее Миклакова, который, как донесла ей та же г-жа Петицкая,
был восприемником ребенка.
Умаслив таким образом старуху, Елпидифор Мартыныч поехал к Елене, которая в это время забавлялась с
сыном своим, держа его у себя на коленях. Князь сидел невдалеке от нее и почти с пламенным восторгом смотрел на малютку; наконец, не в состоянии
будучи удержаться, наклонился, вынул ножку ребенка из-под пеленки и начал ее целовать.
— Но он ужасно много
ест и спит! — как бы пожаловалась Елена на
сына.
— После того, как ты меня понимаешь, мне, в самом деле, следовало бы тебя оставить, что я и сделал бы, если бы у нас не
было сына, за воспитанием которого я хочу следить, — проговорил он, стараясь при этом не смотреть на Елену.
— В отношении воспитания вашего
сына, — начала она, — вы можете
быть совершенно покойны и не трудиться наблюдать нисколько над его воспитанием, потому что я убила бы
сына моего из собственных рук моих, если бы увидела, что он наследовал некоторые ваши милые убеждения!
— Я — поляк, а потому прежде ж всего
сын моей родины! — начал он, как бы взвешивая каждое свое слово. — Но всякий ж человек, как бы он ни желал душою идти по всем новым путям, всюду не
поспеет. Вот отчего, как я вам говорил, в Европе все это разделилось на некоторые группы, на несколько специальностей, и я ж, если позволите мне так назвать себя, принадлежу к группе именуемых восстановителей народа своего.
Елена, накрыв
сына легким шарфом, который
был на ней, не переставала его слегка укачивать.
— Но ты, в этом твоем поклонении, забыла, что у нас с тобой
есть общий
сын, — возразил князь.
Лотерею в пользу мнимых бедных девушек Николя предположил разыграть в доме отца. Старик Оглоблин, очень любивший
сына, который
был у него единственный и в котором он вовсе не замечал особенной простоватости, с удовольствием разрешил ему это и даже с своей стороны предложил сделать для этого une grande soiree. [большой вечер (франц.).]
Мать его, вероятно, несколько жадная по характеру дама, не удержалась, вся вспыхнула и дала
сыну такого щелчка по голове, что ребенок заревел на всю залу, и его принуждены
были увести в дальние комнаты и успокоивать там конфектами; другая, старая уже мать, очень рассердилась тоже: дочь ее, весьма невинное, хоть и глупое, как видно это
было по глазам, существо, выиграла из библиотеки Николя «Девственницу» [«Девственница» («La pucelle») — знаменитая поэма Вольтера, имевшая целью освободить образ Жанны д'Арк от религиозной идеализации.]
Видаясь с Жуквичем каждодневно и беседуя с ним по целым вечерам, Елена догадывалась, что он
был человек лукавый, с характером твердым, закаленным, и при этом она полагала, что он вовсе не такой маленький деятель польского дела, как говорил о себе; об этом Елена заключала из нескольких фраз, которые вырвались у Жуквича, — фраз о его дружественном знакомстве с принцем Наполеоном […принц Наполеон (1856—1879) —
сын императора Франции Наполеона III.], об его разговоре с турецким султаном […с турецким султаном.
«Что ж, и мой
сын, вероятно,
будет огорчать меня впоследствии!» — сказала Елена в утешение себе.
— Что делать-с! — произнес он спокойным тоном философа. — Не по своей вине вас беспокою, а по приказанию князя, который мне поручил передать вам, что он вас по-прежнему уважает и почитает… И как бы вы там лично сами — к-ха! — ни поступали — к-ха! — он не судья вам; но вы еще молоды, можете выйти замуж,
будете переезжать с места на место, а это он находит весьма неудобным для воспитания вашего
сына и потому покорнейше просит вас отдать ему малютку вашего!..
— Все эти предложения князя, конечно, очень лестны и заманчивы, — отвечала она насмешливым голосом. — Но, по несчастью, я никак не желаю
сына моего видеть ни действительным статским советником, ни генерал-майором, а желаю, чтобы он
был человек и человек немножко получше отца своего.
— Но состояние-то-с, состояние-то, поймите вы!.. — старался
было убедить Елену Елпидифор Мартыныч. — Вы, еще бог знает,
будете ли богаты, а князь, мы знаем, что богат и сделает
сына вашего богачом.
—
Сын мой, надеюсь,
будет настолько неглуп, что и без состояния просуществует на свете, — возразила Елена, — и вы потрудитесь передать князю, что я так же, как и он, по-прежнему его уважаю и почитаю, но
сына моего все-таки не отдам ему.
— Я вашей дочери колотить не стану, за это я вам ручаюсь, потому что у меня у самой
есть сын — ребенок, которого я попрошу взять с собой.
— Говорят-с! — отвечал барон, пожимая плечами. — В клубе один старичок, весьма почтенной наружности, во всеуслышание и с достоверностью рассказывал, что он сам
был на обеде у отца Оглоблина, который тот давал для молодых и при этом он пояснил даже, что сначала отец
был очень сердит на
сына за этот брак, но что потом простил его…
Князь начал после того себе гладить грудь, как бы желая тем утишить начавшуюся там боль; но это не помогало: в сердце к нему, точно огненными когтями, вцепилась мысль, что
были минуты, когда Елена и
сын его умирали с голоду, а он и думать о том не хотел; что, наконец, его Елена, его прелестная Елена, принуждена
была продать себя этому полуживотному Оглоблину.
— Ах, боже мой!.. Как я рад! — воскликнул он, пожимая обеими руками руку Миклакова. — А я сейчас от баронессы Мингер, — продолжал Николя, вовсе забыв, в каких отношениях баронесса Мингер
была некогда с Миклаковым, — она родила
сына!
Неточные совпадения
Добчинский.То
есть оно так только говорится, а он рожден мною так совершенно, как бы и в браке, и все это, как следует, я завершил потом законными-с узами супружества-с. Так я, изволите видеть, хочу, чтоб он теперь уже
был совсем, то
есть, законным моим сыном-с и назывался бы так, как я: Добчинский-с.
Следовало взять
сына портного, он же и пьянюшка
был, да родители богатый подарок дали, так он и присыкнулся к
сыну купчихи Пантелеевой, а Пантелеева тоже подослала к супруге полотна три штуки; так он ко мне.
К дьячку с семинаристами // Пристали: «
Пой „Веселую“!» // Запели молодцы. // (Ту песню — не народную — // Впервые
спел сын Трифона, // Григорий, вахлакам, // И с «Положенья» царского, // С народа крепи снявшего, // Она по пьяным праздникам // Как плясовая пелася // Попами и дворовыми, — // Вахлак ее не
пел, // А, слушая, притопывал, // Присвистывал; «Веселою» // Не в шутку называл.)
— Филипп на Благовещенье // Ушел, а на Казанскую // Я
сына родила. // Как писаный
был Демушка! // Краса взята у солнышка, // У снегу белизна, // У маку губы алые, // Бровь черная у соболя, // У соболя сибирского, // У сокола глаза! // Весь гнев с души красавец мой // Согнал улыбкой ангельской, // Как солнышко весеннее // Сгоняет снег с полей… // Не стала я тревожиться, // Что ни велят — работаю, // Как ни бранят — молчу.
Как только
пить надумали, // Влас сыну-малолеточку // Вскричал: «Беги за Трифоном!» // С дьячком приходским Трифоном, // Гулякой, кумом старосты, // Пришли его
сыны, // Семинаристы: Саввушка // И Гриша, парни добрые, // Крестьянам письма к сродникам // Писали; «Положение», // Как вышло, толковали им, // Косили, жали, сеяли // И
пили водку в праздники // С крестьянством наравне.