Собственно сама для себя Елена не
желала больше жить; но, вообразив, что без нее Коля, пожалуй, умрет с голоду, она решилась употребить все, чтобы подняться на ноги, и для этого послала к частному врачу, чтоб он приехал к ней; частный врач, хоть и был дома, сказался, что его нет.
Неточные совпадения
Мне
больше всех из них противны их лучшие люди, их передовые; и для этого-то сорта людей (кровью сердце обливается при этой мысли) отец готовил меня, а между тем он был, сколько я помню, человек не глупый, любил меня и, конечно,
желал мне добра.
Ограниченность применения женского труда в ту эпоху в России вынуждала девушек стремиться к получению преимущественно педагогического и медицинского образования.] мать очень мало понимала и гораздо
больше бы
желала, чтобы она вышла замуж за человека с обеспеченным состоянием, или, если этого не случится, она, пожалуй, не прочь бы была согласиться и на другое, зная по многим примерам, что в этом положении живут иногда гораздо лучше, чем замужем…
— Да! — поспешила согласиться княгиня: она
больше всего в эти минуты
желала, чтобы как-нибудь прекратить подобный разговор, от которого, она очень хорошо видела и понимала, до какой степени князь внутри себя рвет и мечет; но Елпидифор Мартыныч не унимался.
Она сама гораздо бы
больше желала, чтобы князь бывал у них, а то, как она ни вооружалась стоическим спокойствием, но все-таки ей ужасно тяжело и стыдно было середь белого дня приходить в Роше-де-Канкаль. Ей казалось, что она на каждом шагу может встретить кого-нибудь из знакомых, который увидит, куда она идет; что швейцар, отворяя ей дверь, как-то двусмысленно или почти с презрением взглядывал на нее; что молодые официанты, стоящие в коридоре, при проходе ее именно о ней и перешептывались.
— Если уж говорить о несправедливостях, — воскликнула она, тоже, видно,
желая похвастать своими гуманными соображениями, — так войны вредней всего. Des milliers d'hommes combattent les uns centre les autres! [Тысячи людей сражаются друг с другом (франц.).] Изобретают самые смертоносные орудия!.. Дают кресты и награды тем, кто
больше зверства показал!
Все эти подозрения и намеки, высказанные маленьким обществом Григоровых барону, имели некоторое основание в действительности: у него в самом деле кое-что начиналось с Анной Юрьевной; после того неприятного ужина в Немецком клубе барон дал себе слово не ухаживать
больше за княгиней; он так же хорошо, как и она, понял, что князь начудил все из ревности, а потому подвергать себя по этому поводу новым неприятностям барон вовсе не
желал, тем более, что черт знает из-за чего и переносить все это было, так как он далеко не был уверен, что когда-нибудь увенчаются успехом его искания перед княгиней; но в то же время переменить с ней сразу тактику и начать обращаться холодно и церемонно барону не хотелось, потому что это прямо значило показать себя в глазах ее трусом, чего он тоже не
желал.
— Почему безрассудно?.. Странный вопрос! — отвечала г-жа Петицкая грустно-насмешливым голосом. — Словом, — присовокупила она решительным тоном, — любовницей я ничьей
больше быть не
желаю, но женой вашей с величайшим восторгом буду!
Княгиня догадалась, что приехал князь, и от одного этого почувствовала страх, который еще
больше в ней увеличился, когда в комнату к ней вошел лакей и доложил, что князь
желает ее видеть и просит ее прийти к нему.
На прощание
желаю вам
больше всего не страдать скукою, так как я часто замечал, что за улыбающимся и счастливым личиком амура всегда почти выглядывает сморщенное лицо старухи-скуки!»
— В таком случае, поедемте за границу, — сказал ей на это барон: последнего он даже еще
больше желал.
Его в это время, впрочем, занимала
больше собственная, довольно беспокойная мысль. Ему пришло в голову, что барон мог уйти куда-нибудь из гостиной и оставить Жуквича с Еленой с глазу на глаз, чего князь вовсе не
желал.
Очутившись на дворе, он простоял несколько времени, как бы
желая освежиться на холодном воздухе, а потом вдруг повернул к
большому подъезду, ведущему в квартиру старика Оглоблина. У швейцара князь спросил...
— Очень жаль это!.. — заговорила она. — И я, признаюсь, в этот раз гораздо бы
больше желала быть каким-нибудь уродом, чем красивою женщиной!
— Естем до живего доткнентным! (Я оскорблен до последней степени!) — раскраснелся вдруг маленький пан как рак и живо, в страшном негодовании, как бы не
желая больше ничего слушать, вышел из комнаты. За ним, раскачиваясь, последовал и Врублевский, а за ними уж и Митя, сконфуженный и опешенный. Он боялся Грушеньки, он предчувствовал, что пан сейчас раскричится. Так и случилось. Пан вошел в залу и театрально встал пред Грушенькой.
Горе мне, увы мне во младой во юности! // Хочется пожити — не знаю, как быти, // Мысли побивают, к греху привлекают. // Кому возвещу я гибель, мое горе? // Кого призову я со мной слезно плакать? // Горе мне, увы мне по юности жити — // Во младой-то юности мнози борют страсти. // Плоть моя
желает больше согрешати. // Юность моя, юность, младое ты время, // Быстро ты стрекаешь, грехи собираешь. // Где бы и не надо — везде поспеваешь, // К Богу ты ленива, во греху радива, // Тебе угождати — Бога прогневляти!..
Он
желал больше, больше и, наконец, ничего желать не мог, — а кто знает сердце свое, кто размышлял о свойстве нежнейших его удовольствий, тот, конечно, согласится со мною, что исполнение всех желаний есть самое опасное искушение любви.
Неточные совпадения
Женщины должны бы
желать, чтоб все мужчины их так же хорошо знали, как я, потому что я люблю их во сто раз
больше с тех пор, как их не боюсь и постиг их мелкие слабости.
Уж не оттого ли, что в нем
больше правды, нежели бы вы того
желали?..
— Если я имел дерзость вас чем-нибудь оскорбить, то позвольте мне иметь еще
большую дерзость просить у вас прощения… И, право, я бы очень
желал доказать вам, что вы насчет меня ошибались…
— То-то и дело, что я, в настоящую минуту, — как можно
больше постарался законфузиться Раскольников, — не совсем при деньгах… и даже такой мелочи не могу… я, вот видите ли,
желал бы теперь только заявить, что эти вещи мои, но что когда будут деньги…
Странно и смешно: ни к кому я никогда не имел
большой ненависти, даже мстить никогда особенно не
желал, а ведь это дурной признак, дурной признак!