По приказам — брадатые бояре, по городам — благочестивые и бородатые же воеводы, и те, и другие, и третьи строго соблюдают посты, по субботам ходят в баню, по воскресеньям — за крестными ходами, часто ездят по
святым обителям на богомолья, отнюдь не дозволяют народу бесовских игр и ристалищ «яже от бога отводят, к бесом же на пагубу приводят», истребляют театры, запрещают танцы, музыку, маскарады, воздвигают гонения на общечеловеческое, истинное просвещение, как на богохульное, святыми отцами не заповеданное и притом еще заморское, и пр. и пр.
— Ай, срам-от, срам-от какой!.. Из
святой обители да вдруг замуж!.. За кого ж это понесло ее, сердечную?.. — жалобно говорила Аксинья Захаровна.
Земля, которую некогда попирали стопы благочестивых царей и благоверных цариц русских, притекавших сюда, под тихую сень
святых обителей, отдохнуть от царственных забот и трудов и излить воздыхания сокрушенных сердец своих!
И видит Пахомовна: перед нею
святая обитель стоит, обитель стоит тихая, мужьми праведными возвеличенная, посреде ее златые главы на храмах светятся, и в тех храмах идет служба вечная, неустанная. Поют тамо гласами архангельскиими песни херувимские, честное и великолепное имя Христово прославляючи со отцем и святым духом и ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Неточные совпадения
Всех же более, казалось, был поражен совершившимся чудом вчерашний захожий в
обитель монашек «от
святого Сильвестра», из одной малой
обители Обдорской на дальнем Севере.
— Из малой Обдорской
обители, от
святого Селивестра, — смиренно ответил захожий монашек, быстрыми, любопытными своими глазками, хотя несколько и испуганными, наблюдая отшельника.
— Вашими бы устами да мед пить, Патап Максимыч, — грустно проговорила Дарья Сергевна. — А впрочем, мне-то что ж? В ихнем семействе я буду лишняя, помехой буду, пожалуй. Люди они молодые, а я старуха. Черную рясу решилась надеть я. Слезно стану молить мать Манефу, приняла бы меня во
святую свою
обитель, а по времени и ангелоподобного чина удостоила бы.
Тот скит несколько лет пред тем весь выгорел дотла; а между тем дошли до Петербурга сведения, что там есть много
обителей, а из них самою главною и многолюдною считается
обитель Анфисина, построенная будто бы лет двести тому назад инокиней Анфисой, родственницей, как говорило предание,
святого Филиппа митрополита.
И лекаря-то выписала поганить нечестивым лекарством
святую душеньку, и власть-то забрала в
обители непомерную, такую власть, что даже ключницу, мать Софию, из игуменских келий выгнала, не уважа того, что пятнадцать годов она в ключах при матушке ходила, а сама Марья Гавриловна без году неделя в
обители живет, да и то особым хозяйством…